К чему снится кровь
Шрифт:
Он помолчал. Молчала и Валерия, откинув голову и покачивая носком туфли… подобно надменной индийской принцессе.
– Видишь ли, я достаточно одинокий человек. У меня было много женщин… и я делал глупости ради них… маленькие и необременительные глупости. Я привык м-мм… спокойно держать в руках настоящие сокровища, имеющие баснословную цену. Ни разу мысль завладеть чем-либо обманом не тревожила мой ум. Возможно, в будущем ты встретишь кого-нибудь лучшего, чем я, и уйдешь. Это не будет трагедией. Трезвый расчет – только один из моих недостатков. Остальные ты увидишь сама. Я даже мм-м… готов поверить, что ты не знаешь ни себя, ни своих желаний. Может быть, благодаря этому мы сейчас вместе…
Гостья, казалось, не хотела разбираться в сложных речах и еще менее в сложных чувствах. Она просто сидела в кресле, закрыв глаза и наслаждаясь теплом и покоем.
Евгений выбирал диск с медленной музыкой, стараясь отвлечься от охватившего его желания. Эротические картинки возникали в его сознании помимо воли. Он знал: эта женщина сегодня будет его. Он умел чувствовать такие вещи безошибочно. Любит ли она? Скорее всего, нет. Не стоит обманывать себя. Ей просто скучно, чего-то хочется… Развлечений, перемен, острых ощущений?.. Какая разница?! Главное – использовать это ее состояние достаточно умно. Они оба получат удовольствие.
Восточная мелодия заполнила волнующими вибрациями пространство комнаты. Валерия открыла глаза, интуитивно ощущая направленный на нее поток вожделения. По телу побежали мурашки. Это смутило ее.
Евгений протянул Валерии рюмку с коньяком. Каждое его движение было исполнено достоинства.
– Съешь что-нибудь… Ты не обедала.
Она взяла большую кисть винограда с крупными желтыми ягодами.
– Вкусный… немного горьковатый. Он еще помнит жаркое солнце. – Валерия вздохнула. Внезапно ее пронзила жалость к хозяину. Взгляд скользнул по его круглому и обманчиво добродушному лицу, крепкой коренастой фигуре, ухоженным рукам. Расстегнутая на груди рубашка открывала черные завитки волос на груди.
«Обычный беззащитный человек, – подумала она. Глаза ее заблестели от подступивших слез. – Да что же это со мной творится сегодня!»
– А какую глупость ты мог бы совершить ради меня?
– Я совершаю ради тебя мм-м… самую большую глупость в своей жизни уже целых полчаса. Неужели ты не видишь?
Он наклонился и поцеловал ее, осторожно прижимая к себе и ощущая сладкий вкус винограда на ее губах. Его прикосновения, уверенные и мягкие, оказались приятными. Валерию охватило блаженство… растворяясь в нем, она поняла, что хочет большего…
Ей нравились ласки и поцелуи, хотелось забыться, потерять контроль над собой. Евгений расстегнул молнию на ее платье, и оно соскользнуло на пол. Он чувствовал, что безумствует, теряя голову от желания, с трудом сдерживал готовую прорваться агрессию. Остатки здравого смысла ушли на то, чтобы не разорвать дорогое кружевное белье. Он так хотел эту женщину, что сознательно оттягивал момент полной близости. Валерия лениво уступала ему… Неожиданно в ее затуманенном сознании всплыло видение: она четко увидела себя в объятиях мужчины, в роскошной постели с полупрозрачным балдахином…
…Мужчина был необычайно красив, в восточном головном уборе, с бородкой. Взгляд его темных глаз повелевал, светился силой, названия которой нет среди слов, придуманных людьми. Он шептал странное имя – Сабхидари…
То ли тут, то ли там, в странном забытьи, Валерия застонала, чувствуя приближение оргазма. Она не хотела отпускать видение, несмотря на то что краски померкли. Постепенно картинка опять приобрела четкость.
…Ее запястья, лодыжки ног были унизаны драгоценными браслетами, на бедрах – украшение из золотых пластин, с цветком посередине. Рубин, окруженный жемчужинами, дивно переливался в цветке между золотых листьев… Воздух, густо напитанный ароматом тропических цветов, окутывал любовников плотным душистым облаком. Длинные гирлянды из розовых и белых бутонов спускались по обеим сторонам ложа…
Кто может предсказать извилистый путь мысли? Почему вдруг в такую минуту Валерия вспомнила свое замужество? Непродолжительное, оно сразу же началось с размолвок, переходящих в скандалы, и постоянных обвинений во всех смертных грехах. Она уже сама запуталась, права она или нет. Может быть, она действительно неблагодарная, бестолковая неряха, тупая и беспомощная? Прежде чем она положила конец своему браку, пролилось немало слез… Душевное равновесие возвращалось медленно. Гораздо медленнее, чем хотелось бы. С тех пор Валерия избегала мужчин.
Горькое воспоминание о семейной жизни вытеснило чудесное видение, испортило удовольствие.
Евгений принес высокий стакан, полный гранатового сока.
– Я всегда добавляю немного сахара, так лучше. – Он протянул Валерии стакан. – Останься до утра. Мне хочется, чтобы завтра м-мм… ты проснулась здесь. Я отвезу тебя домой, а потом на работу.
Она уловила в его голосе робкие и просящие нотки.
– Ладно… – Валерия завернулась в атласное покрывало, зевнула. – Уговорил…
В комнате стало темно и тихо, грань между явью и сном постепенно стиралась.
– Валерия… – услышала она тихий шепот, но сладкая полудрема лишила воли ее тело. Она не ответила…
ГЛАВА 5
Белоснежный дворец – сон небесного облака – тонул в аромате жасмина. Его изящные формы, стрельчатые своды, каскад легких колонн отражались в неподвижном зеркале прозрачного водоема, мраморный пол которого мерцал зеленовато-голубым светом… Среди цветущих кустов и стройных пальм на желтых камнях дорожки застыл в ожидании босоногий человек в белом одеянии. Он что-то напевал. Певец обращался к утренней заре как к живому существу, называя ее прекрасной, розовощекой, нежной и чарующей Ушас – богиней восхода солнца. Таков был мудрец, брахман, живущий во дворце.
Теплый ветерок зашуршал в душистой листве… Шелест звучал, словно шепот, сладостно-вкрадчивый: брахма… брахма… что означает «святые слова». Громкие шаги заглушили сладкозвучный шепот.
То же лицо! Она узнала мужчину, с которым видела себя в роскошной спальне. Теперь он был в богатых одеждах. Это хозяин дворца, могущественный раджа. Он шел быстро и решительно, вовлекая в движение множество нежных цветочных лепестков.
«И тучи над их головами превращались в цветы, которые падали с неба, источая чудесный аромат, и осыпали их, словно дождь из жемчужных лепестков…» – нараспев произнес мудрец слова древнего поэтического текста.
– Рад видеть тебя в покое и здравии, любимец богов! – Владыка дружески улыбался. Взгляд царя был полон неукротимой энергии и жажды жизни.
Мудрец приветствовал его грациозным жестом, прикоснувшись ко лбу и груди, в том месте, где ощущалось биение сердца.
– Прими искренность мою, Владыка, ибо видишь меня среди дня и среди ночи. Прими труд мой, если он тебе на пользу. Яви, Владыка, милость твою, ибо тьма велика, а путь нескончаем!..