Чтение онлайн

С каждым днем нарастала смертельная опасность вынужденной зимовки на пустынном берегу.

Надо было возможно скорее дойти до устья большой реки, пока льды еще не остановили кочи. По реке молено было бы подняться вверх до тех мест, где начинаются леса. Там надо-было сделать зимовье и найти в долине реки юкагиров или другое охотничье племя. Тогда удалось бы перезимовать так же, как уже не раз приходилось зимовать в прошлые годы.

Осенью в реках начинался ход рыбы, шедшей в море. Нетрудно было наловить ее столько, чтобы хватило на зиму. После короткой схватки с юкагирами или другими иноземцами молено было бы получить как военную добычу меха и зимние запасы. А торговые люди выменяли бы мелкие товары на пушнину и оленье мясо.

По река Анадырь все еще была где-то впереди.

— Ежели опоздаем к осеннему рыбному промыслу, как бы не? помереть голодною смертью, — говорили на кочах с тревогой.

В конце августа впереди увидели черные скалы. Берег вытянулся далеко в море и как будто закончился крутой горой и.ъ сплошного камня, соединенной с землею низким перешейком.

Дул сильный ветер, тучи низко нависли над водою, темносвинцовое море волновалось. Пена прибоя качалась широкой белой лентой у черной каменной горы, выдвинувшейся в море.

Кормщики крепко сжимали руль в руках, а гребцы налегали на весла, чтобы волны не выбросили кочи на скалистый берег.

За черной каменистой горой берег круто повернул к югу. Сами того не зная, Дежнев и его спутники обогнули северо-восточный угол Азии, до которого тщетно стремились дойти европейские моряки. И высокий каменистый мыс, мимо которого прошел Семен Деяснев, теперь носит его имя.

Повернув к югу, кочи вошли в пролив между Азией и Америкой.

Противоположный американский берег не был виден. Дежнев, и его спутники не могли знать, что плывут между двумя материками. Они видели только два небольших острова, находящихся в северной части пролива.

Кочи подошли к одному из этих островов. На берегу увидели людей, очень похожих на чукчей и одетых в такую же меховую одежду.

— На островах живут люди. Называют их зубатыми, потому что продевают они сквозь губу по два зуба немалых костяных, — говорил впоследствии Дежнев.

Он думал, что эти люди чукчи. В действительности здесь жили эскимосы, носившие странное украшение: две костяные палочки, проткнутые через нижнюю губу.

Вскоре налетела буря, и коч Герасима Акундипова разбился о прибрежные камни. Людей удалось спасти. Герасима Акунди-иова принял к себе Федот Алексеев. Теперь на его коче плыли вместе торговые люди, промышленники, несколько казаков из отряда Акундинова и единственная женщина, участвовавшая в плавании: якутка, которую взял с собой .Федот Алексеев. А на коче Дежнева плыли остальные казаки и промышленники.

Пустынный берег пролива казался почти непригодным для жилья. Но люди жили и здесь.

С кочей были видны чукотские яранги, сделанные из моржовых шкур, натянутых на китовые кости, врытые в землю. Около них лежали байдарки — легкие кожаные лодки, на которых чук-чн выходили в море, чтобы охотиться на морских зверей и ловить рыбу.

Охота на море, опасная и трудная, закаляла чукчей, воспиты-яая мужество и стойкость.

— В бою чукчи много крепче других иноземцев, — утверждали казаки, которым приходилось иметь дело с ними.

Федот Алексеев и Семен Дежнев с товарищами высадились у чукотских жилищ.

«Федота Алексеева чухочьи люди на драке ранили», писал потом Дежнев.

Раненый Федот Алексеев вернулся на свое судно. Кочи пошли дальше, мимо негостеприимной и суровой Чукотской земли.

В конце сентября ветры со снегом перешли в шторм. Маленькие кочи не смогли держаться вместе на разбушевавшемся море.

«Федота со мною, Семейкою, на море разнесло без вести. И носило меня, Семейку, по морю после Покрова богородицы всюду неволею», писал впоследствии Семен Дежнев якутскому воеводе.

Ветры вынесли коч Дежнева из пролива в Тихий океан.

В ночной темноте или в тумане с коча могли даже не заметить большой залив, в который впадает река Анадырь ниже Чукотского полуострова. А через некоторое время волны выбросили судно на каменистый берег. Коч разбился, но люди уцелели.

Земля, на которую они сошли, казалась почти безжизненной. Только местами видна была побуревшая трава и торчали черные прутья кустов, уже потерявших листву. На невысоких голых горах лежал снег, кое-где покрывавший и равнину.

Шел уже октябрь. Нужно было попытаться во что бы то ни стало добраться до большой реки, на берегах которой могло оказаться человеческое жилье.

Семен Дежнев и его товарищи догадывались, что устье Анадыря осталось позади. Они сделали из разбитого судна несколько длинных, узких саней — нарт — и лыжи. Потом нагрузили на нарты остатки провизии, котлы и топоры, пищали, боевые доспехи и все, что можно было взять с собою. А когда выпал снег, впряглись в нарты и пошли без дороги по гористому берегу на север.

Чукчи.

С рисунка из атласа к путегиествию Литке вокруг света.

«А было нас на коче двадцать пять человек. И пошли мы все в гору, сами пути себе не знаем, холодны и голодны, наги и босы». писал Семен Дежнев через несколько лет якутскому воеводе, вспоминая пережитые опасности и лишения.

Семен Дежнев и его товарищи шли десять недель, несмотря на мороз и холодные ветры. Нужны были сверхчеловеческие силы, чтобы семьдесят дней тащить до изнеможения нарты, недоедать, ночевать в ямах, вырытых в снегу, а наутро опять шагать без дороги по снежным сугробам. Несколько человек умерло в пути.

Когда наконец дошли до реки Анадырь, уже скованной льдом, увидели такой же пустынный белый берег, на котором рос лишь невысокий тальник.

В окрестностях не было никаких признаков близости человеческого жилья. Продолжать путь дальше вверх по замерзшей реке, пытаясь найти юрты юкагиров, нехватало сил. Семен Дежнев-; решил строить зимовье.

На берегу Анадыря валялись покрытые снегом большие деревья, принесенные течением откуда-то сверху еще во время половодья. Из них сложили небольшую избушку. В крыше сделали дыру для дыма, а под нею на земляном полу положили камни для очага. В стене прорубили окошко и вставили в него кусок чистого речного льда вместо стекла.

Дым от дров, горевших на очаге, ел глаза, льдина в окошке-едва пропускала свет, но избушка все-таки защищала от ветра и снега, а у огня можно было согреться.

Люди отдыхали, несмотря на голод и тревожные мысли о том, что будет дальше: запасы пищи скоро должны были кончиться.

III

Прошло несколько дней, после того как Семен Дежнев с товарищами добрел до реки Анадырь. Начали заживать стертые ноги, перестали ныть плечи, стала проходить слабость во всем теле, одолевавшая в конце пути.