Чтение онлайн

Став лагерем возле Троицкого монастыря, собрав семью и преданные воинские части, Петр потребовал у Софьи отказа от власти. Бояре и стрельцы, на которых опиралась правительница, не оказали ей поддержки. Постепенно Москва переходила на сторону царя: патриарх, бояре, регулярные солдатские полки, большинство стрелецких полков. Уверившись в своих возможностях, Петр отправил царскую грамоту в Немецкую слободу, приказывая всем иностранным генералам, полковникам и офицерам явиться, в полном вооружении и на конях, к нему в Троицкий лагерь. Первым принял решение пойти к Петру шотландец Патрик Гордон, генерал, один из командующих русской армией во время Крымского похода. За ним последовала вся Немецкая слобода. «Прибытие наше в Троицкий монастырь, - утверждает генерал Гордон в своем дневнике, - было решительным переломом; после того все начали высказываться громко в пользу младшего царя» 17 . До сих пор Петр встречал иностранцев-мастеровых - в Троицкий монастырь к нему явились военные, знавшие Европу, видевшие жизнь, непохожую на московскую. Некоторые из них оставались в окружении Петра долгие годы. Как Патрик Гордон, как самый любимый из иноземцев - женевец Франц Лефорт, явившийся в Москву при Алексее Михайловиче, служивший в войске, делавший карьеру, но не выделявшийся среди других полковников. До смерти Лефорта он будет одним из самых близких Петру людей: он будет рассказывать царю о Европе, учить его пить и гулять. Князь Борис Куракин, родственник царицы Натальи (следовательно и Петра) оставил интереснейшие записки о петровском времени. Многие из его характеристик прочно вошли в историографию, потеряв автора. Франца Лефорта Куракин назвал «французский дебошан», но отметил, что он не имел того высокомерия, которым отличались многие из иностранцев и, пользуясь благосклонностью царя, никому не вредил. Уверенный в победе, Петр потребовал выдачи ему руководителя Стрелецкого приказа Федора Шакловитого, фаворита правительницы и, по общему мнению, организатора заговора на жизнь царя. Софья, увидев невозможность сопротивляться, выдала Шакловитого и его соратников, которых после жестоких пыток казнили. Василий Голицин был сослан, а Софья заключена в монастырь.

6 сентября 1689 г. Петр пишет письмо своему брату Ивану, в котором объясняет необходимость отстранения Софьи от правления и, выражая готовность «яко отца» почитать своего брата, просит позволения не обременять его государственными делами. Таким образом, Иван также отстранялся от власти, исполняя номинально царские обязанности до своей смерти в 1696 г.

12 сентября от имени Петра были назначены руководители центральных московских учреждений. «Началом действительного царствования Петра, - пишет биограф, - можно считать 12 сентября». Избранный царем в 10 лет, Петр остается один на троне (в 17 лет и четыре месяца), но царствовать не начинает. Власть его не интересует. Правление страной перешло в руки царицы Натальи, а поскольку, по выражению Бориса Куракина, она была «править инкапабель, ума малого», властвовали родственники. Князь Куракин продолжает: «Правление царицы Натальи Кирилловны было весьма непорядочное, и недовольное народу, и обидимое. И в это время началось неправое правление от судей, и мздоимство великое, и кража государственная, которая доныне продолжается с умножением, и вывести сию язву трудно».

Одной из черт нового правления было резкое неприязненное отношение к иноземцам. Наступает реакция на западничество двора Софьи. Важную роль в борьбе с «иностранщиной» играет патриарх Иоаким. В своем завещании (патриарх умер 17 марта 1690 г.) он настаивал: «Не должно иметь общения с латины, лютеры, кальвины, безбожными татары…» В это время принимаются меры для затруднения связи с Западом (усиливается цензура переписки, ограничивается въезд в Россию), на Красной площади сжигают в октябре 1689 г. Квиринуса Кюльмана, наполовину поляка, наполовину немца, приехавшего в апреле этого года в Москву, чтобы подготовить ее к превращению в апокалиптическую пятую монархию, куда явится Христос, дабы начать тысячелетнее царство. Кюльман был признан еретиком и сожжен вместе с учениками и книгами.

В это самое время Петр начинает открыто посещать Немецкую слободу, завязывает там дружеские и любовные связи. В 1691 г. он влюбляется в дочь немецкого ремесленника Анну Монс - связь с ней будет длиться более десяти лет. Патрик Гордон, которому в 1690 г. исполнилось 55 лет, становится главным учителем военного дела и военной техники; Франц Лефорт, 37-летний «дебошан», обучает Петра не жалея сил поклоняться Бахусу и Венере. Здесь возникла идея создания «всешутейшего, всепьянейшего собора», состоявшего из ближних к царю людей. Ритуал «собора» был пародией на церковные обряды. Цель состояла в кутежах и разгуле. Собор возглавлял бывший учитель Петра, обучавший его грамоте, Никита Зотов, получивший титул всешутейшего патриарха или князя-папы, князь Федор Ромодановский именовался кесарем, Петр носил титул протодьякона. Иван Грозный также создал из опричников особую «церковь», которая молилась за жертв террора.

Пародия Петра носила, если так можно выразиться, невинный характер: давала рамки безудержному пьянству.

Были, несомненно, и другие, психологические причины, побуждавшие Петра до конца его жизни играть в «собор», высмеивать церковные обряды. Церковная реформа, радикально изменившая отношения между государством и церковью, была подготовлена многолетним высмеиванием обрядов. Точно так же, как юношеское увлечение плаванием на Яузе дало толчок к созданию флота, а игра в войну привела к созданию новой армии.

Петр не изобретал ничего совершенно нового: его отец любил спектакли, любил попировать, напоить бояр и духовника, интересовался флотом. Различие между отцом и сыном не только в темпераменте. Все природные качества Петра, его увлечения, страсти, чувства, желания приобрели качественно новый характер после встречи с «Немецкой слободой», с людьми из другого мира. Шаг, сделанный Петром в 1690 г. из Кремля в Немецкую слободу, был разрывом с древними традициями, разрушением стены. «Петр, - пишет Сергей Соловьев, - выбегает из дворца на улицу, чтобы больше уже не возвращаться во дворец с тем значением, с каким сидели там его предки». Для деда, отца и брата Петра, объясняет историк, «недоступный, окруженный священным величием и страхом дворец служил тем же, чем терем для древней русской женщины, - охранял нравственную чистоту… Младший сын Алексея, с пылкой, страстной природою, выбежал из дворца на улицу, а мы знаем, как грязна русская улица в конце XVII в.» 18 .

Молодой царь, выбежав на русскую улицу, оказался в Немецкой слободе - на полпути к Европе.

Потехи полностью занимали молодого монарха, уклонявшегося от государственных дел, может быть и потому, что к его мнению не прислушивались. После смерти патриарха Иоакима Петр предложил свою кандидатуру - псковского митрополита Маркела, но царица Наталья и близкие ей духовные лица настояли на избрании казанского митрополита Адриана. Семь лет спустя, за границей, царь рассказал об этом: «Когда умер последний патриарх московский, он желал назначить на его место человека ученого, который много путешествовал и говорил по латыни, по-итальянски и по-французски; но русские шумным образом умоляли царя не назначать такого человека, а именно по следующим причинам: во-первых, потому, что он знал варварские языки, во-вторых, что его борода была недостаточно велика и не соответствовала сану патриарха, в-третьих, - что кучер сидел обыкновенно на козлах, а не на лошади, как требует обычай» 19 .

Не занимаясь государственными делами, Петр занимался тем, что его интересовало. Прежде всего - флотом. Дважды он едет в Архангельск, чтобы увидеть море и единственный русский морской порт, заказывает строительство двух кораблей. Организует военные маневры, в которых участвуют «потешные полки». Биограф царя замечает, что «Нептуну и Марсу он служил, как Бахусу, без удержу и стеснений» 20 .

В январе 1694 г. умирает царица Наталья, не достигнув 45 лет. Царю еще нет 22 лет. Это - второе начало царствования Петра. Он начинает с войны. Вольтер, писавший историю Петра по документам, полученным из Петербурга, замечает, что царь мог выбирать между военными действиями против Турции, Швеции и Китая. Теоретически - это верно. Но Китай был слишком далеко, Швеция - слишком сильна, оставалась Турция и ее вассал - крымский хан. Историки по-разному объясняют причины решения начать войну с могучей Оттоманской империей в 1695 г. Счеты были давними, отношения обострились, в частности, в результате кровавых набегов татар на Малороссию, но кроме того, стремление выйти к Черному морю было одним из моторов русской внешней политики, начиная с XVI в. (Лжедимитрий был убит накануне похода на татар). Необходимость в Черном море стала настоятельной после присоединения Малороссии. При отце Петра казаки захватили Азов, но вынуждены были по требованию Москвы, понявшей невозможность сохранения порта, вернуть его. Правительница Софья дважды пыталась захватить Крым - и оба раза неудачно.

В знаменитом антирусском сочинении «Секретная дипломатия XVIII в.» Карл Маркс писал: «России нужна вода». Эти слова… стали девизом его (Петра) жизни». В этом случае трудно спорить с Марксом (для советских историков его слова звучали, как оправдание завоевательной политики строителя империи), но первый поход к Черному морю был лишь началом страсти.

Объявленный Петром поход на Крым выглядел повторением экспедиции Василия Голицина. Подлинной целью был Азов, закрывавший выход с Дона в Черное море. Основной причиной неудач Василия Голицина стала безводная степь, которую необходимо было преодолеть для захвата полуострова. План, составленный, по-видимому, Патриком Гордоном, предусматривал отвлекающее движение в направлении Крыма, а также, что было новшеством.
– переброску части войск и снаряжения реками. Огромное войско старинного московского устройства - 120 тыс. человек под командованием боярина Бориса Шереметева - должно было действовать совместно с казаками против турецких укреплений на Днепре. Войско нового типа, возглавляемое боярином Артамоном Головиным. Патриком Гордоном и Франком Лефортом, появилось под Азовом и начало штурм крепости, которую защищал гарнизон, насчитывавший 8 тыс. турок.

Петр находился в «новой армии» в чине «бомбардира Преображенского полка» и заботился прежде всего об артиллерии. Коллективное руководство осадой обернулось полной неудачей: командующие постоянно спорили между собой. Недостаточная подготовка солдат и офицеров, упорное сопротивление гарнизона, мощные укрепления Азова - стали причинами поражения. После трехмесячной осады и трех штурмов, отбитых с большими потерями для русских, было решено уходить. Отступление по степи, под ударами татар, стоило армии многих новых жертв. Потери были значительнее понесенных во время походов Голицина.

Первая неудача царя Петра выявила важнейшую черту его характера: поражение вызывало в нем подъем энергии, он напрягал усилия, чтобы повторить задуманное и добиться успеха. «Благодаря неудаче, - замечает Сергей Соловьев, - произошло явление великого человека: Петр не упал духом, но вдруг вырос от беды и обнаружил изумительную деятельность, чтобы загладить неудачу, упрочить успех второго похода».

Началась подготовка к второму походу. Было решено атаковать Азов не только с суши, но и с моря. Для этого необходимы были суда, которые начали строиться на верфях в Воронеже. В свое время, при царе Михаиле, здесь началось строительство плоскодонных судов - дремучие леса, дубовые, липовые, сосновые, доставляли замечательный строительный материал. Петр приказал строить галеры - по образцу, привезенному из Голландии. Первая, спущенная на воду галера, получила название «Принципиум», ее капитаном стал Петр, лично следивший за строительством своего флота. Кроме галер и транспортных стругов был сооружен 36-пушечный корабль «Апостол Петр». 26 тыс. человек трудились на воронежских верфях: согнанные силой крестьяне работали плохо или убегали. Работой руководили иноземные мастера.