К северу от Чернобыля
Шрифт:
Шеф, у меня появилась возможность расширить клиентскую базу. Петру Эдуардовичу я уже доложил. Меня это отвлечет еще недельки на две. Можно мне это все в счет нашей командировки?
В принципе, у тебя такой случай первый раз за много лет, сурово сказал шеф.
Я мысленно вспомнил подвиги своих сослуживцев. Просто попадались пьяные, теряли документы, дрались в ресторанах, попадали в полицию за непристойное поведение и приставание к женщинам, на их фоне я просто ангел, подумалось мне.
Ну, так как, шеф?
– спросил я и не удержал дрожь в голосе.
Ладно, сказал шеф, у каждого в жизни должен быть шанец. Работай спокойно, если это на пользу банку, но старайся до осени вернуться. Осенью у нас ревизия отдела капитального строительства.
Шеф, вольно выдохнул я, отработаю.
Уверенная зона прием двадцать секунд, влез в разговор Умник.
Спасибо, шеф, до свидания, успел крикнуть я. В трубке раздалось шипение.
Следующий подходящий по параметрам связи спутник через двадцать одну минуту тридцать семь секунд.
Спасибо, мы закончили.
Следующая задача?
– спросил Умник.
Приглядывайся к местности и народу. У тебя есть военный раздел?
– спросил я.
У меня есть все, ответил Умник.
Изучай раздел «Тактика применительно к малым группам», участвуй в общей жизни коллектива.
У меня три коммуникатора, сказал Умник.
– Если их распределить на разные объекты я буду видеть и слышать больше.
Один коммуникатор я оставлю себе, сказал я.
– А насчет двух других у меня есть очень оригинальная идея, но для ее воплощения нужно время. У нас часть команды убежала на охоту. Вернутся, познакомишься.
Я Умник, я член команды.
Правильно, согласился я.
– Ну вот, пошли к народу.
Грустный Дядька Семен смотрел на бутылку водки.
Никто не хочет пить, я, что один должен, что ли? Как последний алкаш!
Ну, тяпни, сколько душа просит, посоветовал ему я.
Душа у него не просит, а то бы выпил, подковырнул Семена Волк.
– Это привычка. Что за отдых без бутылочки и без головной боли на утро?
Ну, все, изверги, сказал Дядька Семен и засунул бутылку в ящик, стоящий неподалеку от костра.
– Надоели мне наши шашлыки из колбасы, буду я из тушенки суп варить. Пробегитесь вдоль забора и наберите мне молодой крапивы и черемши.
Я устало сел на землю. Только сейчас я понял, как я нервничал из-за невыполненного задания и отсутствия связи.
Я член команды. На меня сварят суп?
– неожиданно влез в разговор Умник.
Ты член команды, но кристаллический, а не белковый, поэтому, когда у тебя сядут батарейки тебе их заменят, а суп ты не ешь. Ты посмотришь на нас, и мы тебе расскажем какой он вкусный. Понятно?
Понятно.
Жизнь текла своим чередом. Я спустился в подвал, поставил на тумбочку чемоданчик, сбросил на кровать броник и автомат. Я поглядел на низкий свод подвала и удивился ребятам, выбравшим это место в качестве основной базы. То ли дело мой шалашик, подумал я. Скинув ботинки, я вышел на улицу. Надо поглядывать под ноги, подумал я, чтоб на стекло не нарваться. Пройдя два дома, я сел на свободную скамеечку.
Батарейки сядут через семьсот двадцать часов.
Значит, сменим, успокоил я Умника.
– Семьсот двадцать часов это чертова уйма времени.
Почему я здесь?
– спросил Умник.
Ты в таком месте, где можешь принести максимальную пользу. Ты здесь всем нужен.
Я нужен.
Из- за угла вывернул паренек. Я пошевелил босыми пальцами, радуясь майской травке. Пришелец глянул на меня дикими глазами и залопотал невнятно и непонятно:
Не трогай меня, зомби, я с собачками дружу.
Я тоже дружу с собачками, сказал я ласково, чтобы не напугать мужика.
– Иди к костру в центре, там, в ящике снаряга лежит всякая, подбери себе, что подойдет. Водочки себе возьми. Скажи Волку, я разрешил. И вали куда-нибудь в крайние домики. Поближе к дороге. Ты все понял?
– другим голосом спросил я.
Я все понял, добрый зомби, ответил гость нежданный и скрылся за забором.
Кто это был?
– спросил Умник.
А я откуда знаю. Он не из нашей команды. Так, проходил мимо. У нас удачный день, праздник. Пусть и он порадуется.
Какой праздник?
– поинтересовался Умник.
У тебя день рождения, ответил я.
Обалдевший комп заткнулся. Я радостно зашевелил пальцами ног. С чердака тигром спрыгнул Микола. Из-за забора вылетел Волк с автоматом на перевес.
Вы что всполошились?
– удивился я.
Тут где- то зомби.
Нет тут никого, твердо сказал я.
Что- то мне этот мужик не понравился, сказал Микола.
– Надо его догнать и дать по шее.
Прогресс, брат, сказал я.
– Крота ты по горячке пришить хотел, а этому ты хочешь только по шее дать. Небольшой отрезок вечности, лет двести, триста, и до тебя дойдет, что никого ловить вообще не нужно.
Микола покраснел.
Да, ладно, конечно из-за черного плаща да подержанного «Калашникова» не буду я ему по шее давать.
Ну ладно, народ, пойдемте к костру, похлебаем горяченького, да начнем планы строить, как нам дальше жить.
Не так хотел помереть геройский парень Леха. Когда двадцать лет назад он подавал документы в Хабаровское училище бронетанковых войск, смерть виделась в двух вариантах. Гибель с героическим экипажем в пригородах Багдада, Тегерана или Парижа и некролог во весь разворот «Страна прощается с любимым сыном…» или смерть в собственном особняке лет через семьдесят генерал-лейтенантом в отставке. Других возможностей для костлявой старушки Найденов в то время не представлял.
Он лежал тихо. Боли не было. Сил тоже. Кто-то схватил его за шиворот и проворно потащил. Автомат зацепился за ногу ремнем и смешно подпрыгивал.
Не стоит, сказал Найденов, все одно, финиш.
– И потерял сознание.
Что- то журчало прямо под ухом. Найденов открыл глаза. Журчал родник. Он оттолкнулся от земли ногами и припал к воде. Литр выпил не меньше, подумал он через минуту и уснул. Сколько проспал, он не понял. Наградные часы отсоветовал брать Овсов, а других у него не было.
По здешнему солнцу можно было гадать, то ли солнце тусклое, то ли луна яркая.
Эй, мужик! Это луна или солнце?
Да, я не знаю, я не здешний.
Найденов не шевелясь, одними глазами осмотрелся. Он лежал в шалаше на подстилке из лапника. Сверху его укрывал брезентовый полог. Рядом журчал родник, за стенкой шалаша кто-то по-хозяйски шуршал. Найденов сжал правый кулак, затем левый, согнул ноги в коленях. Перевернулся на живот встал на четвереньки. Здорово, подумал он и как был на четырех костях, выполз из шалаша. Не вставая, дошел до воды и вдоволь напился. Почувствовав затылком взгляд, Найденов повернулся. Прямо на него смотрела собачья семья, папа, мама и уже взрослый щенок. Щенок, радостно махая ушами, подбежал к нему.