Чтение онлайн

Третья попытка, по тому же пути, началась 26 сентября. На этот раз место бивуака было выбрано выше, у самого языка ледника. Снова пришлось рубить ступени, но подъем шел быстрее. Наконец, пройдя несколько взлетов снежного гребня, 27 сентября 1829 г. на Большой Арарат взошли Ф. Паррот, X. Абовян, армянские крестьяне О. Айвазян и М. Погосян, солдаты А. Здоровенко и М. Чолпанов.

Экспедиция Паррота еще более месяца продолжала исследование Арарата и окончилась восхождением 28 октября 1829 г. на Малый Арарат (3923 м).

В последующие годы XIX в. на Большой Арарат было совершено более 30 восхождений, почти половина которых принадлежала представителям России: Спасский и Артамонов (1834 г.), академик Г. Абих и X. Абовян (1845 г.) и др.

Значительный след в истории горовосхождений оставил русский географ Платон Чихачев. Еще в 1835 г. он совершил путешествие по Америке от Канады до Огненной Земли. В Андах Южной Америки он покорил ряд вершин, в том . числе и Пичинчу (4787 м).

Примечательными были восхождения Чихачева на пик Ането. Второе из них он совершил на пари вместе с французом Жуанвиллем, не поверившим русскому восходителю, что он победил вершину, считавшуюся неприступной. Подобранная Жуанвиллем на вершине визитная карточка Чихачева подтвердила факт восхождения.

Платон Чихачев был членом академий и географических обществ ряда стран, но в России (в правительственных кругах ее) не пользовался популярностью. Такое отношение объяснялось его прогрессивными взглядами и симпатиями к декабристам. Особенно ярко это отношение проявилось к идее Чихачева провести экспедицию в Среднюю Азию для исследования верхнего бассейна Сырдарьи и Амударьи. Несмотря на энергичную поддержку только что организованного в России Географического общества, осуществление ее встретило, как писал впоследствии П. П. Семенов-Тян-Шанский в истории полувековой деятельности Императорского Русского географического общества, «непреодолимые препятствия со стороны Министерства иностранных дел, и Обществу не удалось еще снарядить экспедицию в Среднюю Азию в первом периоде своей деятельности. Впоследствии того талантливый, отважный и имеющий прекрасную научную подготовку Пл. А. Чихачев, который мог бы уже и в то время сделаться пионером русской географической науки по исследованию Средней Азии, должен был отказаться от своей заветной мечты и, уехав надолго за границу, выбыть, если можно так выразиться, из строя русских исследователей Внутренней Азии».

Немало восхождений на вершины совершали и русские топографы во время своей многотрудной работы в горных районах страны.

В 1848 г. отряд топографов во главе с В. Близнецовым покорил кавказские вершины Чаухи западную (3689 м) и Амуго (3815 м). Широко известно восхождение группы И. Ходзько на Большой Арарат в 1850 г. Топографы не только поднялись туда, но и жили под самой вершиной почти неделю, производя увязку заканчивавшейся геодезической съемки Кавказа. В том же году топографы С. Александрова взошли на Базардюзю (4466 м). В 1874 г. Александров с сотрудниками побывал на этой вершине и зимой. В 1852 г. топографы И. Ходзько поднялись на Зильга-хох (3853 м). Топограф П. Жаринов с группой товарищей в 1860 г. совершил восхождение на вершину Демавенд (5604 м) в хребте Эльбурс (Иран).

Почетное место в истории русских горовосхождений принадлежит топографу Андрею Васильевичу Пастухову. Он глубоко изучал не только горный рельеф, но И растительный и животный мир, население гор. К тому же он был хорошим фотографом, что для тех времен, особенно в России, было редкостью. Пастухов горячо любил горы и всегда стремился к их вершинам.

В 1889 г. Пастухов с пятью казаками и местным проводником Т. Цараховым избрал никем до того не пройденный путь к Казбеку по леднику Майли. Пройти его удалось лишь Пастухову и Царахову. Поднявшись на вершину, отважный топограф установил там большой красный флаг на пятиметровом древке. В ясную погоду флаг был хорошо виден из Владикавказа (ныне Орджоникидзе). Горожане собирались на набережной Терека, смотрели в бинокли на Казбек и живо обсуждали причины необычного события.

Это привело в ярость начальника городской полиции. Как только Пастухов вернулся с Казбека, «блюститель порядка» вызвал его и приказал немедленно снять «крамольный» флаг. Пастухов мотивировал причину установки красного флага тем, что никакой другой не виден на фоне белых снегов и голубого неба. Снять флаг он категорически отказался «за отсутствием времени» и посоветовал начальнику полиции послать для этого на Казбек полицейских. Красный флаг еще долго развевался на виду у граждан Владикавказа, пока ветры не истрепали его.

В 1890 г. А. Пастухов с казаками Д. Мерновым, Я. Та-рановым и Д. Нехороших покорил западную вершину Эльбруса, а затем на протяжении всего восьми лет стал победителем более чем десяти вершин Кавказа, в том числе таких, как Зыкой-хох (1890 г.), Халаца и Сау-хох (1891 г.), Шахдаг (1892 г.), Арарат и Алагез (1893 г.), восточная вершина Эльбруса (1896 г.). На штурм последней он вышел с казаком В. Воробьевым, своим спутником по другим восхождениям, и двумя местными проводниками. Погода им не благоприятствовала — дул холодный порывистый ветер. Воробьев почувствовал недомогание еще до высоты 5000 м и вернулся. Пастухов с двумя проводниками добрался до седловины. Далее он пошел уже с одним проводником (второй -идти отказался) — Агбаем Залихановым, но вскоре был вынужден вернуться из-за начавшегося снегопада.

При второй попытке штурма вершины Пастухов организовал бивуак на самой верхней группе скал (около 5000 м) по пути к седловине. Утром непогода заставила его снова отступить. Не удались третья и четвертая попытки: одна — из-за ухудшения самочувствия самого Пастухова, другая — опять из-за непогоды. Последовала пятая попытка. Восходителей встретили жгучий мороз поильный ветер. Терял силы проводник. Да и сам Пастухов чувствовал себя неважно. И все же, хотя и медленно, они продвигались к вершине. На этот раз Пастухов достиг ее. Здесь он нашел в себе силы, прежде чем начать спуск, определить еще высоту вершины и температуру воздуха.

Ныне группа скал, откуда Пастухов шел к восточной вершине Эльбруса, называется «Приютом Пастухова» и служит для многих советских и зарубежных альпинистов отправной точкой для штурма высочайшей вершины Кавказа.

Любовь Пастухова к горам была так велика, что он, серьезно заболев в 1899 г., просил друзей похоронить его на склонах горы Машук, чтобы Казбек и Эльбрус всегда стояли перед ним. Последняя воля выдающегося топографа и восходителя была выполнена.

Совершали восхождения на вершины и другие русские топографы — И. Ханыков, Г. Кавтарадзе.

Во второй половине XIX в. оживилась деятельность и любителей гор. На Кавказе их больше всего привлекали Эльбрус, Казбек, Арарат, на которые совершались в те годы повторные восхождения. Одновременно проводились и первовосхождения: Шода (1887 г.) — группа Г. Лобжанидзе, Доносмта (1889 г.) и Кирну-хох (1890 г.) — группа Н. Кузнецова.

Продолжались восхождения представителей нашей страны и в зарубежных горах. В Альпах в те годы покоряли вершины Н. Иванцов, С. Иловайский, А. Мекк. Наиболее энергичным альпинистом показал себя Н. Поггенполь. За пять выездов в Альпы (1883, 1884, 1886, 1900 и 1903 гг.) он совершил восхождения почти на сорок вершин этой горной системы, в том числе на Монблан, Монте-Розу, Юнг-фрау, Малую Цинне. Поггенполь был первым из русских любителей гор, покоривших одну из сложнейших- альпийских вершин — Маттерхорн.