Чтение онлайн

«Суэц позвал Багдад» — так назвал Пьер Ро.сси посвященную этим событиям главу своей книги «Ирак повстанцев». «Два года физической жизни, которые были им (монархии и ее прислужникам — Л. М. ) еще отпущены,— пишет Росси,— оказались лишь отсрочкой для тщетной суеты... Уже к концу 1956 года королевский режим оказался в полной изоляции. Даже иракская буржуазия, которую он обогатил, не решалась афишировать свою верность. В шикарных салонах деловых людей на самом видном месте устанавливались портреты египетского президента подполковника Насера, который превратился в подлинного кумира Ирака. Над Хашимитами (королевской семьей) открыто насмехались. Армия чувствовала себя морально подавленной. Генерал Касем позднее признался, что именно с того момента он стал серьезно думать о революции и начал устанавливать контакты не только с единомышленниками в армии, но и с представителями гражданской оппозиции» [65] .

Багдадский пакт лишился самого важного для империалистов звена. В результате оказалась разорванной вся цепь военных союзов на Ближнем и Среднем Востоке, иракско-иорданская федерация рухнула. Позиции феодализма как важнейшей социальной опоры колонизаторов пошатнулись во всем этом регионе. Это было второе после национализации Суэцкого канала тягчайшее поражение империализма и колониализма на Арабском Востоке.

Революция в Ираке явилась, по признанию западных авторов, полной неожиданностью для империалистов. Подъем национально-освободительного движения в Египте, в странах Магриба, в Сирии, Иордании и даже в Ливане еще можно было объяснить тем, что все эти страны представляют собою слабые звенья, уязвимые места колониальной системы. Но Ирак был тогда главной опорой колонизаторов, считался самым прочным и надежным звеном колониальной системы на Ближнем и Среднем Востоке. Именно поэтому иракская революция оказалась для империалистических кругов особенно ощутимым ударом и в политическом, и в экономическом, и в военном отношениях. События наглядно показали, что американский курс в этом регионе, основанный на «доктрине Эйзенхауэра», в такой же степени мало отвечает реальности и бессилен изменить ее, как и колониалистская англофранцузская политика.

Июльская революция в Ираке означала для империалистов крах их попыток остановить революционно-освободительный процесс в арабском мире с помощью местной реакции. Но они не хотели мириться с поражением. Пренебрегая свежими и, казалось, столь наглядными уроками суэцкого кризиса, империалисты снова прибегли к обанкротившимся военным методам колониализма — к «дипломатии канонерок». То, чего им не удалось добиться в 1956 году с помощью операций «Мушкетер» и «Кадеш», они в июле 1958 года попытались осуществить, начав почти одновременно в Ливане и в Иордании операции «Синие летучие мыши» и «Золотая рыбка»

Романтические названия этих операций никак не соответствовали их коварным замыслам и агрессивным целям. В течение трех дней после революции в Багдаде под дулами американских кораблей, вплотную подошедших к берегам Ливана, и прикрытием сотен самолетов в Ливане были высажены морские десанты. Их общая численность — около 17 тысяч — превышала численность всей ливанской армии. Утром 17 июля английская парашютная бригада «Красные дьяволы» была десантирована в Иордании.

Одновременно подкрепления английских войск прибыли в Аден, Кувейт, Оман, на Бахрейн. Всего в этот период на Ближнем Востоке США и Англия сосредоточили сухопутные войска численностью около 70 тысяч человек. На военно-воздушных базах, а также на авианосцах находилось в общей сложности около тысячи самолетов, а в военно-морских силах — до 120 боевых и десантных кораблей. Американские самолеты и корабли были снабжены атомным оружием [66] . Масштабы военных акций и приготовлений были на этот раз еще более широкими, чем во время «тройственной» агрессии против Египта в 1956 году.

Оккупировав, по существу, Ливан и Иорданию, англо-американские интервенты собирались двинуться на Ирак, а затем, возможно, и на Сирию. Высадка десантов в Ливане и Иордании должна была стать лишь прелюдией к более широкой агрессии, преследовавшей цель задушить иракскую революцию и остановить арабское национально-освободительное движение Западная печать не скрывала тогда этих целей. О них цинично говорили сами интервенты. «Мы здесь затем, чтобы закончить та, что мы начали в Суэце»,— заявил американскому корреспонденту командир одного из подразделений английской парашютной бригады, высадившейся в Иордании.

Впервые после суэцкого кризиса США и Англия выступили на Ближнем Востоке сообща. Общие интересы колонизаторов по подавлению арабского национально-освободительного движения возобладали над их соперничеством:. Правительства обеих этих держав стремились с помощью чисто колониальных методов обеспечить нефтяные интересы монополий, удержать политические и военные позиции неоколониализма. По существу же это был обновленный вариант «тройственной» агрессии, поскольку Израиль тоже был ее косвенным соучастником.

Из ставшего известным позднее официального документа — телеграммы представителя монархического Ирака в ООН — выяснилось, что еще в конце июня Израиль выразил согласие на проход через его территорию иракской дивизии в Ливан. А накануне революции в Ираке на закрытом заседании израильского кабинета министров было принято решение об участии Израиля в запланированном в рамках Багдадского пакта вторжении в Ливан. В американских штабах, очевидно, считали, что Израиль тогда еще не был готов к «большой войне», но, видимо, допускали его соучастие в подавлении национально-освободительного движения вместе с силами арабской реакции. После начала англо-американской интервенции через территорию Израиля перебрасывались войска и оружие агрессоров в Иорданию.

С самого начала интервенции проявлялось стремление западных держав придать ей широкие масштабы. США, не ограничиваясь выступлением против Ливана, имели в виду распространить свое вооруженное вмешательство и на Иорданию Командующий 6-м флотом США откровенно заявил тогда, что американские военно-морские силы готовы оказать Иордании такую же «помощь», как и Ливану Этот рецидив «дипломатии канонерок» наглядно раскрывал действительные цели «доктрины Эйзенхауэра» как орудия неоколониализма.

Как США, так и Англия всячески старались использовать. пребывание своих войск на ливанской и иорданской территории для подавления прогрессивных сил и укрепления своих позиций, для самого бесцеремонного вмешательства во внутренние дела этих стран. В условиях английской оккупации в тюрьмы и концлагеря были посажены сотни иорданских патриотов. Британская военная миссия снова поставила под свой контроль иорданскую армию.

В Ливане американские оккупационные войска открыто поддержали реакцию. Представители США осуществляли прямое вмешательство в выборы нового президента, что делал, в частности, эмиссар госдепартамента Мэрфи, прибывший с этой целью в Ливан. Поддерживая реакционные группировки, США. фактически разжигали в своих интересах гражданскую войну в стране.

В этой исключительно острой, можно сказать, переломной для судеб всех арабских народов ситуации, как и в период «тройственной» агрессии, с особой силой и эффективностью проявилась принципиальная внешняя политика Советского Союза. В заявлении Советского правительства от 16 июля 1958 года было указано, что истинной причиной вооруженной интервенции США в Ливане является желание сохранить колониальную систему в странах Ближнего и Среднего Востока Правительство СССР высказалось за то, чтобы в рамках ООН были приняты незамедлительные и решительные меры для пресечения интервенции и для защиты национальных интересов арабских государств, подвергшихся неспровоцированной дгрессии Советское правительство подчеркнуло, что Советский Союз не может оставаться безучастным к событиям, создающим серьезную угрозу миру в районе, прилегающем к его границам, и оставляет за собой право принять необходимые меры, диктуемые интересами мира и безопасности.

Аналогичное заявление было сделано Советским Союзом 18 июля в связи с английской интервенцией в Иордании. Эти

акции внешней политики СССР имели самое серьезное значение. 19 июля Советское правительство выдвинуло предложение о созыве совещания глав правительств СССР, США, Англии, Франции, Индии при участии генерального секретаря ООН для обсуждения действий США и Англии и скорейшего вывода их войск с территории Ливана и Иордании. Англо-американскую интервенцию решительно осудили также другие страны социализма. Выступая в Совете Безопасности ООН, представитель СССР показал, что вторжение английских войск в Иорданию, последовавшее за американской интервенцией в Ливане, свидетельствует о сговоре между США и Англией с целью подавления национально-освободительного движения в арабских странах.

В те дни американская дипломатия сбросила с себя маску дружелюбия, прикрываясь которой США еще совсем недавно заверяли арабские страны в своем «бескорыстном» отношении к ним. США отклонили советское предложение провести в Женеве или в ином любом месте совещание глав правительств пяти государств при участии генерального секретаря ООН. Под специальной декларацией участников лондонской сессии Багдадского пакта, одобрявшей агрессию, стояла подпись государственного секретаря США Даллеса.

На чрезвычайной специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН в августе 1958 года столкнулись два диаметрально противоположных курса политики на Ближнем Востоке. Делегация СССР выступила с программой разрядки международной напряженности в этом регионе и потребовала немедленного вывода войск интервентов из Ливана и Иордании. Западные державы всячески стремились отвлечь внимание от этого главного вопроса. США и Англия хотели* провести через Совет Безопасности решение о создании «Вооруженных сил ООН по поддержанию мира на Ближнем Востоке» и тем самым подвести юридическое оправдание под агрессию. Однако этот маневр не удалось осуществить.