К востоку от Эдема. Хищники
Шрифт:
Разумеется, преследователя надо поймать. Но как? Я даже не знаю, на кого он похож, я никогда не видела этих птиц и не представляю, как их ловить. Хотя… Ай!!! Тошиба, оставь ухо!!! Ррррр, вот тебе, получил?! Больше не будешь кусаться… Ррррр, до крови, хищник полосатый!
…Хищник? Хищник!..
Хэй!!! Молодец, Тошиба! Кагири, я придумала как поймать преследователя! Только пещера нужна… В двух сотнях цеегов на северо-запад видны горы, там-то я пещеру и найду. Держись, кусака несчастная, мы летим строить ловушку!
Хэй, смешно — ловушку-то я построю, а потом сама в ней приманкой стану… Ничего, самурай должен быть готов ко всему. Слышишь, Тошиба? Учись!
Весь вечер вчерашнего дня и большую часть ночи строила ловушку. Пещера нашлась замечательная, на юго-западном склоне большой одинокой горы, а самое удачное — вход густо зарос кустарником. Тут-то я тебя и поймаю, преследователь… Выспаться, правда, не удалось. Ничего, сейчас костёр разожгу, накормлю Тошибу — и посплю… Мой неугомонный спутник — лучший сторож, которого представить можно, мимо него ни один паук не проползёт.
Хотя… Иди сюда, многоногий. Ух, какой мохнатый! Кагири, такого паука даже ты не видел. В шесть когтей размером! И наверняка ядовитый… Ага, ядовитый. Пробует укусить, только где пауку с моей чешуёй справиться. Жаль, ядовитых есть нельзя… А ну, проверим заклинание Хакаса.
Хэй! Работает! Ладно, иди к себе в паутину. Этот паук наверняка мне пригодится потом, надо не забыть.
Та-ак… Ловушка готова, Тошиба ест — он вообще только и делает, что есть да пищит — пора мне спать. До вечера всё равно делать нечего.
Тошиба, если услышишь подозрительный звук — немедленно прячься! Понял, маленький? Умница… Иди сюда, иди, иди… Под крыло. Полосатик ты мой кусачий… А-а-а-угхр…
Оставь медальон!!! Понял?! Я убью тебя!!!.. Ха-йя! Хэ, ногайо, асакэ!!! Вот так! Получил? Будешь знать!
Тошиба, не высовывайся — у них стрелы! Сиди тихо, говорят!!! А-хэ… Сколько вас там ещё?!.. Получи! Но-сасси, татсу’та! Хаятэ!!!
Ещё один?! Умри!!! Хэ… так, да… хо-о-ойа! Остпусти!!! Убъю!..
…Больно!.. Ты, ты, ты!!! Не смей!!!! Если поломаешь мой меч, я из тебя сассими сделаю!!! Ахгрррр!!!
Агррррр… отпусти!.. ай!.. Синава тайо!!!.. Ха, и совсем не больно!!! Не больно, понял… Отпусти крыло, гад… Получи!.. Кагири, помоги!!!! Тошиба!!!.. Ахрррр!..
Помогите…
….
…
..
.
Глава девятая
Десантная группа расположилась вдоль бортов капсулы. Чёрные бронескафандры были тщательно проверены, оружие заряжено, отклоняющие и маскирующие системы включены. Десантная подлодка неслышно скользила возле самого дна избранного для операции залива, все глушители работали на полную мощность. Воины молчали — операция была проработана до мелочей.
— Пора, — тихо прошептала Пантера и закрыла щиток на шлеме. Её команда последовала примеру лидера.
— Три. Два. Один. Пошли! — капсулу тряхнуло, когда зажимы освободились. Длинная сигарообразная подлодка, словно акула, развернулась и метнулась обратно в глубины океана. Невидимая для радаров и эхолотов, она будет ждать своих акулят.
Капсула вынырнула на поверхность в ста метрах от берега. Вся её внешняя обшивка была покрыта чёрным ворсом, никто не услышал бы даже малейшего всплеска. Верхняя секция диска откинулась и шестеро чёрных, как смоль фигур нырнули в воду. Капсула немедленно скрылась на дне.
На охранной башне, в центре основного концлагеря рабов-пардов, один из дежурных отвлёкся от интересной предачи и взглянул на монитор.
— Ты ничего не слышал, Зенгер?
— Не мешай! — второй с огромным азартом наблюдал, как гладиаторы медленно ходят по кругу арены, хлеща себя хвостами.
— Ну, ладно… — неуверенно отозвался первый.
Пантера вынырнула у берега и совершенно бесшумно выползла из воды. Рядом с ней тихо плескались волны тёплого океана, разбиваясь о броню шести воинов, неслышно ступавших по песку. Лидер вскинула руку, сжатую в кулак. Все замерли.
Пантера, крадучись, подошла к ограждению из колючей проволоки, за которым начиналась бетонная территория лагеря, и отцепила со спины тонкую трубку. Коснулась кнопки. Обильно смазанный механизм беззвучно раздвинул телескопические колена, превратив трубку в шест. За спиной десантники повторили действия командира.
Ладонь ребром, расправить пальцы, хвост изогнуть. Команда была принята. Шестеро десантников одновременно взлетели над колючей проволокой ограды, и ещё находясь в воздухе сложили шесты. Приземлились бесшумно, присели. Трубки вернулись на спину.
Пантера двинулась вперёд, прижимаясь к стене одного из бараков. Инфракрасный фильтр шлема был отключён — лидер видела в темноте и без него.
Концлагерь спал. Уставшие за день работы по очистке джунглей, парды вполвалку лежали в грубых бараках, не зная о группе сородичей, вооружённых самым современным оружием воинственной планеты Ферр. Пантера бесшумно кралась сквозь ночь.
Возле угла бетонного барака она замерла и подняла левую руку, показав команде два пальца. Её поняли.
Двое воинов, как тени, возникли за спиной. Продолжая движение ладони, Пантера указала на приземистый бункер, по периметру которого тянулись провода сигнализации. Две невысокие башенки по сторонам бункера периодически обводили всю территорию лучами ультрафиолетового света, а с крыши тянулась к небу решётчатая сторожевая вышка с лучемётами на вершине.
Десантник, стоявший слева от Пантеры, молча отцепил с пояса сложное устройство и сорвал с него защитный кожух. Раскрыв экран, он надвинул на глаза фильтр — дисплей микрокомпьютера светился в инфракрасном диапазоне, как и кнопки. По резиновой клавиатуре пробежались искусные пальцы, бесшумно нажимая клавиши. Пантера неподвижно стояла у стены, ожидая сигнала.
Тихий шелест — застегнули кожух от компьютера, повесив тот обратно на пояс. Ладонь воина поднялась, показав три пальца.
Лидер кивнула и метнулась вперёд. Остальные — за ней.
— Во даёт! — восхитился охранник, глядя как огромный фесс на экране повалил своего противника на песок арены и поставил ногу ему на горло. Оба парда были окровавлены и тяжело дышали.
— Зарежь эту кошку! — кровожадно рявкнул второй охранник. — Пусти ей кровь!
Фесс оглядел трибуны. Почти все зрители опустили большой палец вниз. Закрыв от боли глаза, гладиатор рванул когтями горло поверженного противника и молча ушёл с арены. Роботы подцепили тело проигравшего крючьями и вытащили за пределы экрана. Трибуны ликовали.