Чтение онлайн

Дверь открылась, и в комнату вошел человек. Это не был хозяин отеля.

Это был мой друг.

Он прошел через комнату и сел в кресло. На нем не было петли. Его лицо не почернело, язык не вываливался. Обычный человек. Только голову он держал как-то странно. Чуть на бок…

Почему-то я не сильно удивился, увидев его здесь. Скорее, наоборот, я недоумевал бы, не встретив его рано или поздно в этом городе. Выходит, хозяин не солгал и ничего не перепутал. Выходит, все еще более запутано, чем я думал раньше…

— Здравствуй, — сказал он. За то время, что мы не виделись, в его голосе появилась легкая хрипотца. Женщинам бы очень понравилось.

Я сел на кровати и привалился спиной к стене. Сидеть прямо было пока тяжело. Болезнь здорово вымотала меня.

— Ну, здравствуй, — ответил я. И замолчал. Все вопросы вдруг исчезли куда-то. Я даже не представлял, что еще можно сказать. Как здоровье?.. Что нового в жизни?.. Так я сказал бы недели четыре назад. Но теперь… Теперь человек, сидящий передо мной, был уже не моим другом. Точнее, не тем человеком, которого я знал когда-то. Знал и любил.

Не знаю, кто из нас изменился. Может, он, может, я. Но нам не понадобилось долго разговаривать, чтобы это понять. Мы чужие. У каждого своя жизнь и свой путь. Возможно, они пересеклись в последний раз.

Мне не было этого жаль. Судя по всему, ему тоже. Разве можно жалеть о наступлении ночи?.. Это не зависит от нас, наших желаний и целей. Просто приходит ночь, и ты должен ее принять. Другого выхода нет. И сожаление здесь неуместно. То же произошло и с нами. Дружба ушла. Виноватых в этом не было. Наши чувства не принадлежат нам. Они приходят и уходят, когда им заблагорассудится. И помешать этому мы не в силах. Если нет желания заниматься самообманом.

— Зачем ты пришел? — спросил я наконец.

— Попрощаться.

— Я так и подумал. Но почему только сейчас?

— Не всегда мы выбираем время… Да и смысла не было.

— Почему?

— Не думаю, что ты все правильно понял бы, приди я хотя бы два дня назад. Сейчас мы можем разговаривать, оба понимая о чем идет речь.

— Ты знаешь, что со мной творилось здесь… — я не спрашивал, я почти утверждал.

Он не стал отрицать. Молча кивнул головой и хрустнул пальцами.

— Тогда какого черта ты не пришел раньше? Только не говори, что я не понял бы тебя… Я чуть с ума не сошел. А может, уже сошел и ты тоже всего лишь галлюцинация.

Он слабо улыбнулся.

— Я не галлюцинация… Гораздо хуже. Или лучше — как посмотреть…

— Что ты хочешь сказать? — в глубине души я уже знал, что он имеет в виду. Но боялся всерьез об этом думать.

Друг снова хрустнул пальцами, потом встал с кресла и подошел к окну.

Он стоял спиной ко мне и ногтями отбивал на стекле дробь, а я не сводил взгляда с его искривленной шеи. Теперь я был уверен.

— Ты все-таки повесился, — сказал я.

— Да.

— На дверной ручке.

— Да.

— Но мне сказали, что тебя убили.

— Я сделал так, чтобы это было похоже на убийство. Было непросто… Несколько очень неприятных минут.

— Но зачем?

— Не хотел, чтобы обо мне думали, как о самоубийце. И еще мне нужен был ты. Ведь будь ты уверен, что все это я сделал сам, тебя сейчас здесь не было бы.

— Но ты мертв?

— Да.

Его «да» падали, как булыжники в глубокий колодец.

— А я? Я тоже…

— Нет, — он отвернулся от окна и посмотрел на меня. — Ты жив. И даже почти здоров. По крайней мере, с ума ты не сошел.

— С трудом верится.

Теперь, когда все было сказано, мне стало совсем спокойно. Что случилось — то случилось. Ничего уже не изменить. Можно только либо принять все, как есть, либо застрелиться…

— Но как это все возможно?.. Индеец, собаки… Хозяин отеля… Кто они? Они были на самом деле? А ты? Как вышло, что я разговариваю с тобой, хотя ты… мертв?

— Ты внимательно читал это, — он небрежно кивнул на разбросанные по полу листки.

— Внимательно — не то слово.

— А знаешь, как индейцы называют этот город?

— Откуда мне знать? Я видел его название на билетах… Но там по-испански.

— Я знаю, — кивнул друг. — Но это название придумали сравнительно недавно… И его прежнее имя как-то слишком быстро забылось. Словно люди, жившие в нем, всеми силами стремились стереть его из памяти. Но оно не исчезло бесследно. Сохранилось в древних записях…

— И как же назывался этот город?

— Индейцы назвали его…

И в этот момент я все понял. Это было озарение. На долю секунды стены отеля исчезли. Я увидел, словно с большой высоты, узкие кривые улочки, вымощенные булыжником, причудливые колонны и портики, барельефы на фасадах домов, скульптуры в глубоких нишах…

— Печальная собака. — Сказал я.

— Да. Это город по имени Печальная собака.

— Значит, все, что было в этой рукописи, — правда?

— Более или менее. Конечно, много приукрашено, додумано, приглажено… Это писали люди… Но суть передана верно. Здесь был казнен пророк.

— Танцующий?

— Так его называют в древних книгах. Хотя, я думаю, что это опять же литературная обработка. Подозреваю, что сначала его называли Пляшущий в петле. Вернее, так его стали называть после казни. Каким было его имя, пока он был жив, не знает, скорее всего, никто… Потом он превратился в Танцующего. Это звучит не столь мрачно.

— Рукопись… Это все ты написал? — спросил я.

— Я перевел один текст. Он попал мне в руки случайно. Работник одного антропологического музея… Ему нужны были деньги. Ты же знаешь, я всегда был падок на подобные вещи. Мы с ним сумели договориться… Это было несложно. Он сказал мне, что это старая копия с древнего манускрипта. Причем, видимо, переводился исходный текст не один раз. Естественно, я решил перевести этот текст на испанский. Знал бы ты, чего мне это стоило! Но рукопись… Впрочем, ты сам знаешь, как она затягивает. Я угодил в ловушку. А когда понял это, было уже поздно. Я жил только ею. Примерно на середине я начал догадываться, что все описанное в ней если и не полностью правда, то, по крайней мере, очень близко к этому. И тогда я начал искать этот город и вообще все, что так или иначе могло иметь отношение к пророку по имени Танцующий. Рукопись словно вела меня. Я находил нужных людей, нужные книги… Постепенно картина становилась все более полной. Наконец, я нашел город, о котором говорилось в тексте… Несколько раз я бывал здесь. Один раз с тобой. Не знаю точно, что пережил здесь ты, но про себя не хочу даже говорить… Когда перевод был закончен… В общем, произошло то, из-за чего ты здесь.

— Но зачем?

— Тебе не понять… Ты сумел остановиться. А я не захотел этого делать. Я всегда хотел заглянуть по ту сторону мира…

— Но город…

— Он мертв уже давно.

— А люди, которых я видел?

— Они тоже мертвы. Как я… Здесь нет места живым.

— Как же я здесь оказался?

Была в рассуждениях друга какая-то брешь. Чего-то явно не хватало, чтобы сложилась цельная четкая картина происходящего. Объяснение было близко. Похоже, он рассчитывал, что я и сам смогу понять все остальное. Но у меня ничего не получалось. Может, я слишком устал…