Чтение онлайн

Верховцев Вперед! Ах, черт!

Все в возбуждении разбиваются на группы.

Лунц ( волнуясь). Господа, я прошу… это нельзя так оставить. А убитые! Нет, господа, не только те, кто мужественно боролся и погиб за свободу, а вот эти… жертвы. Ведь их миллиарды, ведь они же не виноваты…

И их убили!

Молчание.

Маруся ( звонко кричит). Клянусь перед вами, горы! Клянусь перед тобою, солнце: я освобожу Николая!. У этих гор есть эхо?

Лунц Здесь нет. Но если бы было, оно ответило бы, как в сказке: да!

Анна ( Житову). Как это сентиментально. Я не понимаю Валентина…

Житов. Нет, ничего. Знаете, я погожу ехать в Австралию: мне тоже захотелось повидать Николая Сергеевича.

Маруся . ( г лядя в небо). Как хочется лететь!

Верховцев. Вот это – астрономия. Ну, как, звездочет, нравятся вам такие астрономы?

Сергей Николаевич. Да. Нравятся. Его фамилия, кажется, Трейч?

Верховцев. Он такой же Трейч, как я-Бисмарк. Сам черт не знает, как его зовут по-настоящему.

Лунц ( перебегая от одной группы к другой). Я счастлив, я так счастлив. Вы знаете… мои родители – они убиты. И сестра. Я не хотел, я никогда не хотел говорить об этом… Зачем говорить? – думал я. Пусть останется глубоко-глубоко в душе, и пусть я один только знаю. А теперь…

Вы знаете, как они были убиты? Трейч, вы понимаете меня? Я никогда не хотел…

Петя. (Житову). Зачем все это?

Житов. Нет, приятно.

Петя. Зачем, когда все это умрет, и вы, и я, и горы. Зачем?

Все разбились на группы. Сергей Николаевич. стоит один.

Верховцев ( Марусе, в восторге). Повесить мало Трейча. Ну и откопал Николай. Ну, Марусенька, ведь убежит, а?

Маруся . ( з атуманиваясь). Я другого боюсь…

Верховцев Чего еще?

Маруся. Но – не стоит говорить. Пустое.

Верховцев. Да в чем дело? О чем ты задумалась?

Маруся (не отвечает; потом неожиданно смеется и поет). Давай улетим!

Инна Александровна ( высовывается в окно). Орлятки!

Обедать!

Верховцев. Цып-цып-цып!

Маруся. Будем пить шампанское! Мамочка, есть?

Г о л о с а. Да, да. Шампанское.

Инна Александровна. Шампанского нет, киршвассер есть.

Смех, восклицания.

Сергей Николаевич . ( о тводит Марусю). Ну, Маруся, я пойду к себе. Я не хочу вам мешать.

Маруся . ( х олодно). Нет, отчего же. Сегодня так весело.

Сергей Николаевич. Да. И я хотел устроить себе маленький праздник ради вашего приезда, но – не вышло.

Маруся. Пообедайте с нами.

Лунц ( кричит). Нужно притащить Поллака. Он порядочный человек, он очень хороший человек. Я иду за ним.

Г о л о с а. Поллака!

– Поллака!

Сергей Николаевич. Нет, обедайте без меня.

Маруся. Как жаль! Инна Александровна будет очень огорчена.

Сергей Николаевич. Скажите ей, что я работаю. Перед отъездом вы зайдете ко мне, Маруся? (Никем не замеченный, уходит.)

Маруся. Шмидт, где вы? Вы будете моим кавалером. Нам еще с вами столько дела. Господа, не правда ли, как он похож на шпиона?

Анна. Маруся становится неприлична.

Маруся. Вы знаете: мне нужно было переночевать у него, а он говорит: нельзя, – я живу в тихом немецком семействе и дал обещание не водить к себе женщин и собак.

Шмидт. И чтоб никто не ночевал. И у меня стоит диван, обитый новым шелком, и они каждый вечер смотрят, не лежит ли на нем какой-нибудь человек. Ужасные люди!

Верховцев А вы бы уехали, Шмидт, какого черта!

Шмидт. Нельзя. Они берут плату вперед.

Анна. А вы бы не давали!

Шмидт. Нельзя, они…

Лунц (ведет Поллака, кричит). Вот он! Насилу оторвал. Присосался к рефрактору, как пиявка!

Поллак . Господа, это насилие. У меня там не кончено…

Маруся. Поллак, милый Поллак! Сегодня так весело! И вы такой хороший человек, такой милый, вас так любят все.

Поллак . Это очень приятно слышать, но я не знаю, отчего вам так весело? Революция кончилась не в вашу пользу.

Верховцев Мы придумали новый план. Мы…

Поллак ( отмахивается рукой). Да, да. Я верю, я верю вам.

Маруся. Мы выпьем за астрономию. Да здравствует орбита!

Поллак . Я не могу, к сожалению, принимать алкоголя: он причиняет мне головную боль и тошноту.