Чтение онлайн

– Прекрати ерзать, - донесся до меня его смех.
– А то я могу понять тебя неправильно.

– У тебя свитер колючий, - пожаловалась я, потирая щеку.

Он тяжко вздохнул и вышел из комнаты. Когда он вернулся несколько минут спустя, я поняла, что с трудом сдерживаю смех. На нем красовалась черная футболка с ярким рисунком с аниме-персонажем во всю ширину. Он занял свою первоначальную позицию, но на этот раз выключил свет.

– А теперь спи, - произнес он, поцеловав меня в макушку, после того как я наконец свернувшись калачиком у него под боком, примостила свою голову у него на груди. Темнота скрыла мою улыбку, но не умерила любопытство. Пять минут спустя, понимая что у меня сна ни в одном глазу я, наконец, не выдержала и спросила:

– А откуда у тебя эта футболка?
– не смотря на все усилия смешок все таки сорвался с моих губ.

– Анюта подарила. А что?

– Ничего, - еле сдерживая смех, ответила я.

– Так, - поднял он до уровня своих глаз мою голову за подбородок.
– Что смешного?

– Ничего, - вновь повторила я и, не выдержав, расхохоталась.
– Тогда все понятно.

В ответ он без предупреждения включил свет, отчего у меня в глазах заплясали разноцветные искорки, и резко сел на кровати.

– Что понятно?

– Ты знаешь кто это?
– отсмеявшись, указала я на рисованного персонажа на его футболке.

– Понятия не имею. Я телевизор не смотрю.

– А это по телевизору и не показывают. Это один из персонажей манги, по которой снят сериал и по сюжету этот очаровательный мужчина, между прочим, чистокровный вампир-аристократ. А похож, - протянула я напоследок и широко улыбнулась.

– Ладно, Анюта вернется, я ей выскажу свои мысли по этому поводу, - спокойно произнес он.

– Не надо, мне, например, он очень нравится. Чем-то на тебя похож - такой загадочный, такой сексуальный, - пропела я и провела кончиками пальцев по рисунку.

– Ну все..., - сердито выдал он и неожиданно стянув через голову футболку, отбросил ее в сторону.
– Мне здесь еще только вымышленных персонажей не хватает.

Зря он это сделал. Я, распахнув глаза, немигающим взглядом уставилась на его обнаженную грудь. У меня тут же вспотели ладони и заныл низ живота. Поддавшись порыву, я повторила свое недавнее действие и легко провела ладонью от ключицы до его солнечного сплетения. Он вздрогнул и хрипло предостерег:

– Тома...

Но я поняла, что я остановиться не в состоянии и переместила свою руку ему на живот.

"О, Великие Магистры..."

Там где моя рука касалась его кожи, я почувствовала, как меня пронзают миллионы крошечных иголочек, так как будто между нашими покровами пробегали молнии.

– Тома..., - повторил он еще более глухо.

Странно, но его голос произвел на меня, вопреки ожидаемому, совершенно обратный эффект, и я прикоснулась к его предплечью уже второй рукой. Ощущение тепла его кожи под всеми моими десятью пальцами окончательно снесло у меня крышу и я, помахав ей напоследок, потянулась к нему губами. Но он опередил меня и, мгновение спустя, яростно целуя меня в губы, обхватил руками за талию и усадил себе на колени.

Я выгнулась дугой в его ладонях, когда он не менее страстно начал целовать мою шею и ключицы. Я чувствовала, как стучит его сердце под моими ладонями и подозревала, что мое собственное может посоревноваться с ним в скорости гона крови по венам. На мгновение, вернувшись к моим губам, он одним резким движением, от которого я и вовсе забыла, как дышать, сдернул с меня футболку.

"Хорошо, что там у меня лифчик...", - промелькнула мысль, прежде чем я успела ее остановить.

– Ненадолго, - прорычал он, и я тут же почувствовала, как моя грудь лишилась привычной поддержки.

Я чувствовала, как плавилась подобно мягкому мороженному под его прикосновениями. Мне совершенно точно не хватало кислорода, а еще мне не хватало сил на то, чтобы остановить себя. Ощущения от касания его горячих ладоней и еще более обжигающих губ практически на всем моем теле ничуть не помогали мне вернуть самообладание. Мое тело, вопреки сознанию приветствовало каждое его действие, и разрастающийся узелок внизу моего живота окончательно лишил мою голову всех регалий власти и с упоением впервые вышедшего из под родительского контроля подростка, пустилось во все тяжкие. Мое бренное вместилище души, позволив этому демону-искусителю лишить меня предпоследней части одежды, отозвавшись на это покалыванием кончиков пальцев, стоном и едва слышным выдохом "да".

Но в тот момент, когда его руки позволили себе более серьезную ласку, в отношении моего вышедшего из под контроля сознания тела, помимо блаженной истомы, поразившей меня подобно молнии, я почувствовала дикий, всепоглощающий, почти звериный страх. Холод сковал все мои внутренности и я ... опять поняла, что плачу. Эйфория пополам с ужасом, как плавящийся в огне лед. Тело скрутило так, как будто его поразила судорога. Я боялась пошевелить даже пальцем.

Он тут же оценил обстановку, и, остановившись, посмотрел мне в глаза. Я же, не зная, что мне делать и куда спрятаться, чувствуя себя зайцем на снежной равнине, под пристальным оком ястреба, закрыла глаза руками, пытаясь скрыть свои слезы.

– Тома, - тихо позвал он.
– Посмотри на меня, пожалуйста.

И попытался мягко отвести от лица мои руки. Я же в ответ только помотала головой.

"Я чувствую себя ужасно. Я не знаю, что со мной. Прости... прости... прости... И я опять плачу. Не смотри на меня. Не надо. Завтра же начну пить успокоительное. Я сама себе отвратительна."

– Ты прекрасна, - прошептал он мне на ухо и мягко прикоснулся губами к нему, как бы ставя печать под только сказанным.
– Ты красивая, умная, добрая и чертовски темпераментная тигрица. Я восхищаюсь тобой. И я безмерно рад, что ты позволила мне сейчас подсмотреть, буквально краем глаза, какая ты будешь, когда, наконец, перестанешь истязать себя попусту и примешь как данность свою женскую суть - такую притягательную и чрезвычайно желанную мною.

"Даже сейчас?", я на несколько сантиметров раздвинула руки.

– Тем более сейчас. Видела бы ты себя со стороны..., - вздохнул он.
– Ложись спать, Солныщко. Ты устала, тебе просто нужно отдохнуть.

Поднявшись, он протянул мне мою футболку и после того как я натянула ее на себя, накрыл одеялом.

– А ты?
– сонно пробормотала я, увидев, как он встает и, выключив свет, направляется к выходу.

– Если хочешь, я приду, но позже.

– Хочу, - упрямо проговорила я и тут же зевнула.

– Тогда я приду, - он мягко поцеловал меня в губы и добавил, - сладких снов, родная.

И я провалилась в сон.

Я проснулась, как от легкого толчка. Вокруг все еще царила тьма и понять, который час было невозможно. И я по-прежнему была одна. Мне стало одиноко и грустно. Идти искать его или звать мне не хотелось. Я чувствовала его присутствие неподалеку и пока была рада и этому. Я в очередной раз обидела его, сыграв на его чувствах, его инстинктах. Последнее было, пожалуй, еще хуже... для меня. Но почему? Что произошло? Я не находила прямого и однозначного ответа.