Чтение онлайн

Адепты Пути Левой Руки следуют другим, более сложным путём. Это непростой, Драконианский Путь, но цель его велика: стать богом. Вместо исправления ущерба, вызванного Падением, тёмный адепт прославляет Падение, даёт разрушению завершиться. Тёмный адепт сокрушает старое, дабы на его месте могло возникнуть новое. Путь Левой Руки уводит от Древа Жизни и приводит к Древу Познания, [4] и клифот можно рассматривать как плоды последнего. После того, как человек отведал плоды Древа Познания, Бог запретил ему вкушать плоды Древа Жизни. Адепты света надеются на воскрешение после смерти на Небесах или в новом Раю. Поиск тёмными адептами плодов нового Древа Жизни через Древо Познания – это алхимический поиск Эликсира Жизни и Философского Камня. Создание Философского Камня является алхимическим процессом создания изначального Древа Жизни, кое сходно по своей сути с идеальным алмазом. Проследовав путём, открывшимся после поедания плодов Древа Познания, человек обретает плоды Древа Жизни.

После Падения человека пути совершенного Древа Жизни изменили своё положение. Прежде пути от Кетер, Хокма, Бина, Хесед, Гебура и Тифарет соединялись с Даат. Путь от Кетер соотносился с буквой «Гимел» и арканом Таро «Жрица». От Хокма шёл путь буквы «Хе» и аркана «Император». Между Даат и Бина – путь буквы «Заин» и «Любовников». Между Хесед и Даат – путь «Коф» и «Луны». Путь буквы «Шин» и «Суда» («Эона» в колоде Кроули) направлялся от Гебура к Даат. Между Даат и Тифарет проходил путь «Тау» и аркана «Мир» («Вселенная» в колоде Кроули). Когда Даат отпала от высшей триады, разверзлась Бездна и пути к Даат оборвались: путь между Даат и Кетер («Гимел»/«Жрица») теперь соединяет Кетер и Тифарет, к последней же направляются пути от Хокма («Хе»/«Император») и Бина («Заин»/«Любовники»). Поскольку Даат пала, приняв участие в создании материального мира, три оставшихся пути опустились на материальный план к сефире Малкут. Путь от Хесед («Коф»/«Луна») потерял основу и направился от Нецах к Малкут. Также и путь от Даат к Гебура («Шин»/«Суд») совершил падение до Ход, откуда прошёл к Малкут. А путь, ранее соединявший Тифарет и Даат («Тау»/«Мир»), стал нисходить от Йесод к Малкут.

После Падения, там, где раньше была Даат, на Древе Жизни разверзлась Бездна. Некоторые каббалисты называют её «Масак Мавдил», что означает «мусорка для отвергнутых неудачных [деяний]» («scrap heap for banished failures»). Там обитает множество сущностей, например, Месукиэль (Mesukiel), «скрывающий Бога», сущность, которая прячет человеческие и божественные ошибки в глубинах Бездны. Бездной управляют демонические существа, такие как Аббадон (Abbadon) и Хоронзон (Choronzon). Её также соотносят с Геенной, огненным Адом проклятых, названным по имени горящей свалки на окраине Иерусалима. Бездна – врата в клифотические антимиры, где после Падения Люцифер создал Пандемониум. В скандинавской мифологии к каббалистической Бездне можно частично отнести Гнипахолан (др.-сканд. Gnipahalan – «Каменный Чертог»), тёмную пещеру, которую охраняет адский пёс Гарм – врата в мир тьмы и холода, Нифльхейм, куда была низвергнута богиня Хель.

Наиболее популярно представление о Змее в Эдемском саду как о некоем образе Сатаны или Люцифера. Тем не менее, многие теологи считают, что Змей был женщиной – Лилит (первая жена Адама по апокрифическим преданиям, а изначально – шумерская демоница бурь). На изображениях Лилит часто предстаёт с телом женщины, переходящим от талии в змеиный хвост; обвиваясь вокруг Древа Познания, она убеждает человека отведать его плод. Каббалисты связывают Лилит с сефирой знания, Даат. Она соотносится с образом дочери изначального каббалистического четверичного единства Отца, Матери, Дочери и Сына. Это деление отражено в четырёх группах карт: Короли (Рыцари у Кроули), Королевы, Принцы (Рыцари у Уэйта) и Принцессы (иногда их называют Пажами). Хокма – Отец, Бина – Мать, Даат – Дочь, Тифарет – Сын. Даат-дочь представляет собой форму Шекины, женского аспекта божественного. В предании о Лилит говорится, что она была сотворена независимым от Адама существом, а не из его ребра как Ева, и поэтому считала себя равной мужу: у них возникла ссора из-за того, кто во время соития должен находиться снизу, а кто сверху. В их спор вмешался Бог и попытался заставить Лилит подчиниться Адаму. Однако она произнесла тайное имя Бога, Шемхамфораш, и смогла бежать из Эдема в дикие земли, где повстречала демонов, в том числе Самаэля и Асмодея. Каббалистическая интерпретация этой мифической драмы говорит, что Даат-Дочь-Лилит на изначальном Древе находилась над сефирой Тифарет, которая соотносилась с Адамом. Даат должна была подчиниться Тифарет, и именно в этот момент изначальный порядок Древа Жизни был нарушен. Даат низверглась в Бездну и отпала от Древа Жизни. В качестве компенсации за потерянную Даат-Лилит Адам получил новую жену, Еву, а новой Дочерью стала Малкут – падшая женщина, покорившаяся солярной и патриархальной власти Адама-Тифа-рет. Она представляет принцип, позволивший создать материальный мир и поддерживающий его существование через материальное зачатие. Однако внутри Евы-Малкут словно её тёмное «альтер эго» обитает готовая взбунтоваться Лилит. Мы можем соотнести эти концепции с тантрическими представлениями о Майе и Шакти – двумя сторонами одного принципа. Майя поддерживает и воспроизводит мир иллюзий, двойственности и материи, но в то же самое время она – Шакти, первобытная змеиная сила, могушая восстать и разрушить иллюзии и материальный план. Своим Падением Лилит дала возможность создать Еву-Малкут, а сама затаилась в Бездне и в клифе Малкут. Даат означает «знание». В греческой и гностической философии роль Даат-Шекины выполняет София, олицетворяющая мудрость и знание. Изначально «философия», что по-гречески значит «любовь к мудрости», подразумевала любовь к Софии в тантрическом эрото-мистическом смысле. Философия – греческо-гностический путь, на котором философ стремился к пробуждению тёмной богини посредством эротических ритуалов, дабы получить силу и мудрость и стать богом.

Проблема зла – один из основных вопросов религии и духовного поиска. Существует множество явлений, которые могут восприниматься в качестве зла. Религия стремится объяснить, что такое зло и как его избежать, однако такие объяснения в разных религиях не совпадают и могут значительно меняться даже в рамках одной и той же системы верований.

С безопасного расстояния зло, как правило, завораживает, что заметно по жёлтой прессе, поп-культуре, а также философии и теологии. Зло – тёмное зеркальное отражение человечества. Возможно, наше представление о том, что есть зло, поведает о нас больше, нежели суждение о том, что такое добро. Над всевозможными парадоксами божественного и природой добра и зла размышляли самые разные религиозные и духовные деятели. Наиболее известна в этом ряду проблема теодицеи: как можно совместить всемогущество Бога с его же всеблагостью, если в мире столько зла, бедствий и горя?

Религиозное толкование зла зачастую заметно отличается от того, что мы понимаем под злом в повседневной жизни. С точки зрения религии зло определяется через отношение к божественному, как нечто, что ему противостоит. Гордыня и нарушение божественного порядка, например, бунт Люцифера, представляются злом на религиозном уровне, однако, с обыденной точки зрения могут злом и не считаться. Если бы Бог был благим и всемогущим отцом, каким его изображают, то бунт Люцифера оказался бы не намного страшнее подростковой строптивости. Боги, считающиеся олицетворением добра, в том числе и Бог Ветхого Завета, допускают и сами совершают такие действия, которые можно счесть отвратительно жестокими и злыми. Ветхозаветный Бог подстрекает своих последователей к геноциду и чудовищному насилию. В самом деле, при чтении древних религиозных текстов часто сложно понять, что есть добро, а что – зло. Гностики даже выдвинули идею, что Бог Ветхого Завета и есть настоящий Дьявол, а Змей в Эдемском саду – Спаситель. Аналогичное переворачивание представлений вошло и в мировоззрение сатанизма: поскольку понятия добра и зла с самого начала были извращены, то поменять их местами считается не нарушением, а восстановлением порядка. Мистики объясняли зло множеством самых неожиданных и удивительных способов. Для каббалистов зло представлялось важной проблемой, требующей своего разрешения. Гершом Шолем писал, что большинство каббалистов, истинных хранителей печати тайного мира, считали существование зла одним из важнейших мотивов развития своей доктрины, подвигавшим их на скорейшее разрешение его проблемы. Для них было характерно своеобразное ощущение реальности зла и тёмного ужаса, окутывающего всё живое.

Различные каббалистические источники дают различные описания зла. Для одних зло является независимой силой, для других – представляет часть Бога. Иногда зло считается необходимым, иногда – бесполезным. Представления о зле простираются от строгого дуализма, где добро и зло противостоят друг другу, до идеи о равнозначной важности добра и зла. Зло часто отождествляется с нижними материальными планами, как в гностических и неоплатонических системах, однако встречается и мысль о зле как о независимом духовном принципе, равнозначном Богу.

Описания зла в каббале многочисленны и противоречивы, но существует и несколько часто повторяющихся представлений, которые дают нам следующую классификацию:

1. а) Утверждающее (позитивное) зло;

б) Отрицающее (негативное) зло.

2. а) Полезное (необходимое) зло;

б) Бесполезное (ненужное) зло.

3. а) Дуалистический взгляд;

б) Монистический взгляд.

4. а) Зло как материальный принцип;

б) Зло как духовный принцип.

5. а) Личное зло;

б) Безличное зло.

Зачастую каббалистические представления о зле полярно противоположны. Зло видится врагом, но иногда считается, что зло и добро, по необходимости, должны существовать бок о бок. Более того, противоречащие друг другу взгляды могут обнаружить точки соприкосновения.

1. а) Утверждающее зло мыслится существующим независимо как чистое и абсолютное зло, пример которого можно найти в маздеизме и учении Заратустры, где наличиствуют два духовных принципа: Ахура Мазда, олицетворяющий свет и добро, и Ангра Майнью, представляющий тьму и зло. Такой взгляд подразумевает дуалистический подход, где зло противостоит добру. Однако зло может существовать и как независимое явление внутри объединяющего принципа, как, например, в зерванизме, где Зерван [5] включает в себя и Ахура Мазду, и Ангра Майнью. Каббала рассматривает зло как изначальный аспект Бога.

б) Отрицающее зло, трактуемое как отсутствие добра, не имеет независимого существования. Мир идей или божественный план бытия – благ, исполнен истины и прекрасен, вот почему в платонизме, неоплатонизме и многих видах мистицизма зло считалось просто отсутствием добра. Согласно их точке зрения, зло в мире происходит не вследствие действия какого-то настоящего принципа зла, но по причине отсутствия добра и из-за его существенной удалённости от божественного. Зло характеризовалось такими понятиями как несуществование и небытие. Негативное зло не является абсолютным, но рассматривается относительно добра, что присуще монистическому мировоззрению. Однако иногда небытие отождествляется со злом – как в случае с Ариманом (Ангра Майнью) – и дуалистическая парадигма оказывается тупиком.

2. а) Полезное зло основано на представлении о том, что добро возникает только при наличии зла. Эту идею можно интерпретировать следующим образом: добро является добром исключительно по отношению ко злу. Однако такой взгляд в мистицизме – редкость. Более распространено представление, что добрые и праведные дела ценны лишь тогда, когда приходится преодолевать сопротивление зла и греховности. В человеке заключены и добро, и зло, а кроме того, он обладает свободной волей, дающей возможность выбора между ними. Однако существование человека и его мира становится правомерным лишь при условии выбора добра. Учёный-каббалист Джозеф Дан поясняет: «Зло исходит напрямую от Бога и выполняет божественную функцию. Количество зла на каждом этапе Творения определяется Богом, согласно собственному совершенному замыслу – сотворить праведность. Зло необходимо для того, чтобы породить праведность, проверить её в самых сложных обстоятельствах и оправдать при помощи неё существование мира». Это представление можно легко совместить и с идеей о добре и зле как дополняющих друг друга явлениях, и с монистической философией.