Качели судьбы
Шрифт:
Это были еще цветочки, ягодки пошли потом. Где-то через пару недель, Алена, ожидая Руслана вечером, вспомнила, что забыла купить хлеба к ужину и вышла из дома, намереваясь быстро сбегать в ближайший магазин. Тут девушка увидела, как во двор заруливает шикарная иномарка, названия которой она даже не знала. А из-за руля этой машины выходит ее парень.
Руслан, увидев Алену, как-то изумленно-радостно развел руками.
– Вот, представляешь, отец настоял. Просто ключи в руки сунул. Говорит, негоже начальнику отдела закупок на приоре ездить.
Алена растерянно смотрела на своего роскошного парня, в дорогом костюме, на крутой тачке, и у нее неожиданно появилось чувство, что она неподходящая ему замарашка, непонятно почему находящаяся рядом.
– Нет, и еще раз нет! – категорично воскликнула Алена, с возмущением смотря на Руслана, который только что, с невинным видом, предложил ей переехать в дом его отца.
– Я, в принципе, так и думал, – сказал Руслан и с беспечным видом продолжил ковырять жареную картошку, которую приготовила Алена на ужин.
– Да зачем ты вообще это предложил, как тебе в голову пришло? Мы живем отдельно, к чему нам переезжать в этот особняк?
– Отец сильно уговаривал, – пожал плечами Руслан. – Говорил, огромный дом пустует. Вдвоем с Виолой им скучно. Почему бы и нет? Но раз ты против, мы не будем переезжать.
Руслан немного недоговаривал своей девушке. На самом деле Альберт предложил жить у него только сыну. Алена не понравилась мужчине, и он это не скрывал, говоря сыну, что такая девушка ему не по статусу, слишком простовата. Тогда, Руслан весьма жестко высказал отцу, что не желает больше слышать подобных слов в адрес своей девушки, которую он любит и на которой собирается жениться. И, либо отец примет Алену и никогда больше не посмеет бросить даже косого взгляда в ее сторону, либо Руслан уходит немедленно. И из компании, и из жизни Альберта. Тогда мужчина примирительно поднял ладони, заверив сына, что больше ничего такого себе не позволит. И даже сказал, что, если сын желает, пусть переезжает в его дом вместе с Аленой. Об этом Руслан умолчал, сидя на кухне и пытаясь есть нехитрый ужин.
Однако, Алена все никак не могла успокоиться:
– Нет, ну ты посмотри, жить в доме отца! А что мы будем там делать? Как я буду готовить тебе ужин? На кухне, вместе с прислугой?
– Там не надо готовить… – попытался вставить слово Руслан, но девушка не дала ему это сделать.
– Да, да, я знаю. Там готовить не надо. Там готовит прислуга. А мы с тобой будем либо сидеть в своей комнате, либо проводить вечера в гостиной за бокальчиком вина. Так что ли? Да я тогда тот вечер вынесла с трудом. Еле-еле дождалась, пока мы уедем. Ну не наше все это, Руслан, неужели ты не чувствуешь?
– Нет, не чувствую, – искренне ответил парень. – Мне интересно общаться с отцом. И никакой неловкости я не испытывал.
«Вот это-то и странно, – подумала Алена, понимая что Руслан говорит правду. – Может быть, на самом деле, они с отцом похожи больше, чем мне кажется?»
Но вслух девушка этого не произнесла, а сказала другое:
– Ты мне лучше ответь, ты когда тете Оле собираешься все рассказать? О своем общении с отцом, о работе в его компании. Почему, когда мы идем к твоей маме, ты надеваешь свою старую одежду и мы едем к ней на приоре? Ты хоть понимаешь, что будет, если теть Оля узнает обо всем от кого-то другого? Знаешь, что она почувствует? Что ее предали во второй раз! Только твое предательство будет для нее гораздо больнее!
Руслан опустил голову. Алена задела его за живое. Она тысячу раз права. Маме рассказать необходимо. Оттягивать дальше уже нельзя. Вот только как же трудно это сделать!
Парень решительно поднялся и отодвинул от себя тарелку с недоеденной картошкой.
– Ален, я все, конечно, понимаю, жареная картошка очень вкусно у тебя получается, но все-таки денег у нас хватает. Может быть, приготовишь что-то наподобие того, что мы ели в доме отца? Что-нибудь посложнее?
Алена с возмущением открыла рот, собираясь высказаться, но парень не дал ей этого сделать. Он подошел к девушке и обнял ее.
– Все, все, картошка так картошка, молчу! Поехали к маме прямо сейчас. Ты права, тянуть дальше некуда.
Ольга обрадовалась визиту сына с Аленой.
– Ой, как здорово, что вы пришли. А я как раз тортик купила. Что-то мне сладенького захотелось. Идемте на кухню, сейчас чай будем пить.
– Мама, подожди, – Руслан схватил за руку готовую сорваться с места мать. – Не спеши, мы сегодня не просто так, мне нужно тебе кое-что сказать. Я общаюсь с отцом, давно общаюсь, и даже работаю у него в компании, – выпалил парень, решив не оттягивать сложный момент.
Изменившаяся в лице Ольга тяжело опустилась на стул. Затянулась неловкая пауза. Никто не знал, что сказать. Алена была бы и рада разрядить обстановку, но не находила нужных слов.
Первым не выдержал Руслан:
– Мама, ну что ты молчишь? Скажи что-нибудь. Я понимаю, тебе неприятно…
– Неприятно? – громко воскликнула Ольга. – Ты так считаешь – неприятно? Это не совсем подходящее слово, сын. Больно – вот подходящее слово.
– Я не понимаю почему, мама. Ты по-прежнему остаешься самым родным мне человеком. Но и отец оказался не совсем плохим. Он хочет загладить свою вину перед нами за все эти годы. Дал мне работу в своей компании, с такой зарплатой, которую раньше мне и представить было сложно.
– Подарил машину, – вставила свои пять копеек Алена.
– Машинууу, – протяжно сказала Ольга. – Даже так… Хорошую, наверное, дорогую. Теперь тебе на старенькой приоре стыдно ездить! Что теперь с ней сделаешь?
– Мама, ну перестань! Да, машина отца очень дорогая. Но я прекрасно вижу соразмерность этих подарков. Для отца ничего не стоило подарить мне эту машину, а для тебя покупка приоры была непомерной. Твой подарок всегда будет для меня гораздо дороже.
Весь вечер Руслан пытался задобрить мать и объяснить ей, что нет никакого предательства в его общении с отцом. И что их общение никак не повлияет на его отношение к ней, к любимой маме. Но Оля так и сидела, хмурая, даже не предложив больше свой тортик, только съехидничав, что теперь они, наверное, повкусней питаются и дешевые торты из супермаркета не едят.
По возвращении домой Руслану не спалось. Парень вышел на балкон и в темноте курил одну сигарету за другой, с тяжелыми мыслями. К нему пришла Алена, молча обвила руками, положила голову парню на плечо.
– Ален, я неправильно поступил, да? – хриплым голосом спросил Руслан. – Я виноват перед мамой?
– Я не знаю, – прошептала девушка. – Не мне тебя судить. Но теть Оля обижена. Ей правда больно. Вам, мужикам, наверное, не понять эту женскую обиду. А вот я ее понимаю!
– И что ты мне теперь прикажешь делать? Мне и самому сейчас очень трудно. Перед глазами все время стоит мамино лицо, словно я и правда ее предал. Но я ведь этого не хотел, честное слово! Хотел только познакомиться с отцом. А потом… Ну а что потом, да, принял его предложение. А почему нет, скажи, Ален? Если у нас появилась возможность жить лучше, чем мы жили до этого? Почему я должен отбрасывать ее? Что мне сделать? Уйти из компании, прекратить общение с отцом?
– Знаешь, что, – Алена слегка отодвинулась от парня и заглянула ему в лицо, – я была бы этому только рада. Да, у нас с тобой появились деньги, мы ездим на дорогой машине, как ты говоришь, я могу теперь даже не работать. Но мне все это не нужно, мне был нужен только ты! И я была с тобой счастлива, откладывая копейки на нашу свадьбу. А теперь у меня складывается ощущение, что достаток отдаляет нас с тобой друг от друга.
– Но это не так, Алена, – воскликнул Руслан и крепко прижал к себе девушку. – В эмоциональном плане я не стал относиться к тебе по-другому, я также люблю и тебя, и маму. Только хочу изменить наш уровень жизни. Как же вы не можете этого понять? Ты это сейчас серьезно сказала, ты хочешь, чтобы я разорвал отношения с отцом?