Чтение онлайн

…Из киевской летописи, как мы теперь ее имеем, начало Руси и киевских князей рассказывается так:

Род Кия княжил над полянами, но затем вымер. Киев остался без князей, и его захватили два брата, варяжские предводители Аскольд и Дир, пришедшие из Новгорода, из северных стран.

В Новгороде тогда господствовали варяги, они брали дань с северных славянских и финских племен: новгородских славян, кривичей, мери; эти племена взбунтовались было и прогнали варягов, но от этого не стало у них больше порядка, и в конце концов они решили взять себе князя от варягов: сами добровольно призвали к себе князя от варягов, чтобы те княжили над ними. Три брата варяга, Рюрик, Синеус, и Трувор, приняли это приглашение…».

И далее пересказывается летопись киевского монаха Нестора, без упоминания его имени, об Аскольде, Дире, Игоре и Олеге. М.С. Грушевский делает умопомрачительный вывод:

«Так рассказывает один из летописцев, передавши более раннюю киевскую летопись, и этот рассказ перешел в историю (речь идет о летописце Несторе, Грушевский упорно не упоминает его имени – С.А.)

Особенно полагаться на его рассказ нельзя.

Летописец соображал наугад, многого не знал: не знал даже, что Олег был киевский князь, а не Игорев воевода. Ввиду этого трудно ему верить наслово, когда он рассказывает, что Аскольд и Дир были варяжские предводители, и что Игорь был сыном какого-то новгородского князя из варяжского рода, призванного новгородцами (князя Юрика – Грушевский упорно ненавидит Великий Новгород, но Михаилу Сергеевичу противопоставить князю Рюрику и Великому Новгороду нечего – С.А.). Трудно верить его уверениям, что имя русское было принесено в Киев варяжскими дружинами из Новгорода: странно, почему не утвердилось это имя за Новгородом, а только за Киевом, а именно за киевской окрестностью, полянской землей.

Не легко поверить также и тому, что киевские князья пришли из Новгорода, два раза попарно, один за другим: сначала пришли Аскольд и Дир, а спустя несколько лет Игорь с Олегом и заняли место Аскольда и Дира.

Не принимая на веру всего того, что рассказывает киевский летописец, как верили раньше, мы кое чего не можем узнать и из других источников, и эти вопросы остаются неясными для нас. Но лучше признать, не знаем ничего достоверно, чем повторять, как правду, чужие домыслы. Тем более, что начало государства и у других народов обыкновенно остается не известным во всех подробностях.

Лишь позже, когда государственная жизнь разовьется, появятся письменность, исторические записи, летописи, тогда последние о своих временах недавнем прошлом начинают рассказывать подробно и верно.

Так у нас из наших летописей довольно хорошо известны события позднейших времен Владимира, отчасти его отца (князя Святослава – но опять имя Михаил Сергеевич не упомянул – С.А.), а о предыдущих известно лишь кое что, по чужим источникам или по позднейшим преданиям…».

Прочитав это «низвержение» М.С. Грушевским летописца Нестора с исторического пьедестала, можно лишь улыбнуться. Голословное умозрительное «низвержение» без единого подтверждения гнусности летописца Нестора. Но ведь были и другие независимые от Нестора летописцы, рассказавшие нам о Древнем Великом Новгороде и о Киеве практически тоже, что и киевский монах.

Концепция Грушевского и ныне является флагом для националистической части украинского общества при обосновании необходимости глубокого отделения Украины от России.

М.С. Грушевский был одним из лидеров украинского национального движения, председателем Украинской Центральной Рады. В советское время, вернувшись из эмиграции, стал академиком Всеукраинской Академии Наук и Академии Наук СССР.

После публикации «Истории Украины-Руси» в 1904 году на М.С. Грушевского сразу же обрушился вал критики.

В 1905 году в Харькове были опубликованы критические статья и книга под одним и тем же названием «Ученый труд профессора Грушевского: «Очерки истории украинского народа». Их автор историк, писатель, член Общества любителей российской словесности с 1874 года, член Русского исторического общества с 1902 года Николай Михайлович Павлов сразу же опроверг исторические измышления Грушевского.

Николай Михайлович привел в своей публикации изюминку теории М.С. Грушевского:

«Имя Руси связано ближайшим образом с землею полян и, очевидно, было ее исконным именем. Нельзя класть рассказов «Повести временных лет», летописи XI века, в основание истории Киевского государства, принимать ее теорию о том, что это государство обязано своим возникновением скандинавским конунгам и так далее. Имя Руси указывает на полянскую землю и ее старый центр Киев. Географические, культурные и экономические условия подкрепляют это указание, поясняя, что здесь скорее, чем где бы то ни было на Восточно-Европейской равнине вообще, и в наших (?! – Н.П. Павлов) землях специально, должна была почувствоваться нужда в образовании постоянных военных сил, более прочной и интенсивной государственной организации и были налицо материальные средства к ее созиданию».

Н.М Павлов особо отметил, что если у «Повести временных лет» и есть какие то недостатки, то неужели тогда надо выбросить в корзину всю ту древнюю эпоху вместе с Великим Новгородом, с путем из «варяг в греки»? И что это такое – «были налицо материальные средства к ее созиданию», если для того, чтобы их заиметь, надо было грабить древлян и Византию и даже принять христианство, чтобы обогатиться? Неужели в то время в Киеве в отличие от Великого Новгорода говорили в то время на особом языке – украинском, а не на древнеславянском?

Грушевский назвал киевских таможенников, торговцев съестными припасами и женщинами киевскими патрициями. И «класс купцов-дружинников» вольно же было господину профессору называть «патрициями» несмотря на то, что он очень определенно именовался как в Киеве, так и в Новгороде – варягами».

В заключении Н.М. Павлов написал:

«Совершенная правда, таким образом, что «водный путь из варяг в греки» и обратно был чрезвычайно важен для варягов. Несомненно, они дорожили им и всячески старались обеспечить его в своем владении и в свою пользу. Но ведь именно новгородцы славились своею торговлею и, общению с варягами, пользовались этим путем – киево-новгородским. Таким образом, весь приведенный набор ученых фраз и научных слов господина Грушевского оказывается вздором. Господин профессор… забыл Новгород и варягов».

Забывать ученому историку что то, противоречащее его идеи, это нехорошо! Пахнет историческим недомыслием или более резко – скудоумием.

Весь труд М.С. Грушевского «История Украины-Руси» есть нечто иное, как пересказ творений Карамзина и Соловьева, но без Великого Новгорода, варягов и с позиций украинизма.

Читатель уже знает, что в наше время против М. Грушевского восстал киевский историк и писатель Олесь Бузина. Его книги «Докиевская Русь» и «Тайная историй Украины-Руси» вызвала ярость в среде украинских националистов. Потому и лишили они Бузину жизни.

Уважаемые читатели! Вспомните, что произошло 16 апреля 2015 года. В тот день президент России Владимир Владимирович Путин отвечал на вопросы российских граждан. Вопросов было за миллион. Касались они и общежитейских проблем, были и политические, были и вопросы, касавшиеся международных «распрей». И вдруг к Путину приблизился сотрудник его аппарата и подал какое-то сообщение. Выражение лица Путина тут же изменилось, и он произнес то, что взбудоражило весь зал:

– Только что из Украины пришла трагическая весть. В Киеве застрелен известнейший на Украине историк, писатель и журналист Олесь Бузина. Нельзя не исключать, что это политическое убийство!

В России об Олесе Бузине, как о человеке и как об историке, писателе и журналисте мало что знают. Его книги, наделавшие много шума на Украине, практически неизвестны в России. И все потому, что до России они еще не дошли. Весь 2014 год и в начале 2015 года перед гибелью Бузина принимал участие в российских телевизионных политических ток-шоу на Первом канале и на канале «Россия-1». В этих передачах обсуждались политические события на Украине и в связи с этим отношения между Россией и Украиной. Но Олесь Бузина не обладал таким ораторским искусством, какой, например, есть у В.В. Жириновского. Поэтому, как ни крути, ни верти, но, к сожалению, не смог Олесь Алексеевич построить свое общение с российскими телезрителями таким образом, чтобы миллионная телезрительская «аудитория» запомнила его.