Как читать Библию и видеть всю ее ценность
Шрифт:
Такие казуистические законы составляют большую часть из тех более чем шести сотен заповедей, что находится в законе Пятикнижия Ветхого Завета. Интересно, что ни один из них не обновлен недвусмысленно в Новом Соглашении. Потому что подобные законы применимы лишь к гражданской, религиозной или этической жизни Израиля, самой своей природой они ограничены в своем применении и, следовательно, вряд ли применимы к христианам. Тогда какие же герменевтические принципы может христианин познать из этих казуистических законов? Из отрывка Втор. 15, 12–17 мы отметим несколько пунктов.
Во-первых, хотя мы лично, может быть, и не держим рабов, мы можем отметить, что условие Бога относительно рабства едва ли было грубым и жестоким. Едва ли мы можем оправдать то рабство, которое практиковалось в основном в истории мира — включая, например историю Америки — с помощью этого закона. Отпускать рабов на свободу после всего лишь шести лет службы серьезно ограничивало рабство, так что такая практика не могла быть нарушена, разве что в случае экстраординарном.
Во-вторых, мы узнаем, что Бог любит рабов. Любовь Его видна в обязательных гарантиях, вставленных в закон, как, например, в стихах 14 и 15, которые требуют щедрости по отношению к рабам, так как Сам Господь считает Израиль, Его народ, бывшими рабами.
В-третьих, мы узнаем, что рабство может практиковаться так милостиво, что рабам лучше оставаться рабами, чем быть свободными. Т. е. рабовладелец, принимая на себя обязательство предоставлять пищу, одежду и жилье своим рабам, в большинстве случаев содержал их живыми и здоровыми. Сами же по себе они могли умереть от голода или холода, если у них не было ресурсов, чтобы выжить в жестких экономических условиях, преобладающих в древней Палестине.
В-четвертых, рабовладелец не владел рабом в глобальном смысле. Он владел рабом в определенных рамках, описанных или упомянутых во множестве других законов о рабстве. Его власть над рабом не была абсолютной в соответствии с Законом. Бог был хозяином и рабовладельца и раба. Бог выкупил всех евреев, как гласит стих 15, и имел все права хозяина на всех них, и рабов и свободных.
Эти четыре наблюдения являются для нас ценными уроками. Не имеет значения, что закон (Втор. 15, 12–17) не является прямой заповедью для нас или о нас. Имеет значение то, как много мы узнаем из этого закона о Боге, Его требовании честности, Его идеалах Израильского общества, Его взаимоотношений со Своим народом, особенно что касается значения "искупления". Этот закон дает нам:
(1) важную часть основы учения об искуплении в Новом Завете,
(2) более ясную картину того, насколько рабство ветхозаветное отличалось от того, что мы обычно думаем о рабстве и
(3) взгляд на Божью любовь, которого иначе у нас бы не было.
Этот юридический отрывок, другими словами, все еще является для нас драгоценным Словом Божиим, хотя оно не является заповедью Божией для нас.
Однако не все можно узнать из того закона о рабстве в древнем Израиле. Например, определенные правила для рабов иностранного происхождения довольно широки по своему диапазону. И вообще, все законы о рабстве в Пятикнижии, собранные вместе, только затрагивают проблему. Должно быть очевидно, что несколько сотен законов могут действовать только парадигматически, т. е. в качестве примеров того, как должны люди вести себя, а не исчерпывающе. Даже если современные уголовные и гражданские кодексы с их тысячами индивидуальных законодательных актов не могут дать исчерпывающее направление обществу, то и закон Ветхого Завета не может быть понят как всеобъемлющий. Тем не менее, поскольку он содержит типы стандартов, установленных Богом для Своего народа во время Старого Соглашения, он должен быть исключительно инструктивным для нас, когда мы ищем пути, как выполнить Его волю.
Закон Ветхого Завета и другие
Древние законодательные кодексы
Израильтяне не были первыми, кто жил по законам. Несколько других кодексов дошли до нас от древних наций, времен даже более ранних, чем то время, когда Израилю через Моисея был дан Закон (1440 г. До н. э. или позже, в зависимости от даты Исхода из Египта). Если сравнить эти более ранние законы с законом Ветхого Завета, становится очевидным, что закон Ветхого Завета представляет собой определенный шаг вперед относительно своих предшественников. Можно полнее оценить его, если осознать разницу между ним и другими законами, из которых он развился. Говоря об этом, мы отнюдь не имеем в виду, что закон Ветхого Завета представляет собой наивысший возможный стандарт морального или этического учения. Это появляется только с учением Самого Христа в Новом Завете. Но закон Ветхого Завета показывает значительную степень прогресса по сравнению с предыдущими стандартами.
Рассмотрите, например, следующие две группы законов. Первая — из "Законов Ешнунны", Аккадийского кодекса, датирующегося ок. 1800 г. до н. э.
Если свободный человек не имеет претензий к другому свободному человеку, но захватывает рабыню первого свободного человека, насильно держит ее в своем доме и является причиной ее смерти, он должен отдать двух рабынь владельцу той рабыни в качестве компенсации. Если же он, не имея претензий, захватывает жену или ребенка человека высшего класса и является причиной их смерти, это — преступление, караемое смертной казнью. Захватчик должен умереть (законы 23 и 24, Ешнунна, перевод автора, ср. Дж. Б. Притчард "ДревниеБлижневосточные тексты, связанные с Ветхим Заветом", 3-е изд., Princeton: University Press, 1969, с. 162).
Вторая — из знаменитого Кодекса Хаммураби, Вавилонского царя, который "декретировал закон страны" в 1726 г. до н. э.
Если свободный благородный человек ударил дочь другого свободного благородного человека и в результате этого у нее был выкидыш, он должен заплатить за ее плод десять шекелей серебра. Если же эта женщина умерла, его дочь приговаривают к смерти. Если жестокий удар, который нанес дочери незнатного человека, вызвал у той выкидыш, он должен заплатить пять шекелей серебра. Если же эта женщина умерла, он должен заплатить 1/2 мины серебра. Если он ударил рабыню свободного благородного человека, и от этого у нее был выкидыш, он должен заплатить два шекеля серебра. Если же она умерла, он должен заплатить 1/3 мины серебра (Хаммураби, законы 209–214, перевод автора, ср. Дж. Б. Притчард "Древние Ближневосточные тексты, связанные с Ветхим Заветом", 3-е изд., Princeton: University Press, 1969, с. 175).
В этих законах есть несколько пунктов, которые можно было бы рассматривать, но мы хотим привлечь ваше внимание к одному — классовым различиям в законах. Отметьте, что законы предусматривают только штрафы в качестве наказания за действия, повлекшие за собой смерть раба или незнатного человека, в то время как наказание за смерть человека благородного — смерть. Отметьте также, что мужчины благородного звания были практически освобождены от личного наказания, если зло, которое они причинили, они причинили женщине, так что, во второй группе законов (Хаммураби, законы 209–214), даже если благородный человек приносит смерть дочери другого благородного человека, сам он не страдает. Его дочь приговаривается к смерти. В первой же группе законов (Ешнунна, законы 23,24) смерть раба просто компенсируется уплатой двух рабов. Убийца остается свободным.
В подобных законах в то время к женщинам и рабам относились как к собственности. Зло, причиненное им, трактовалось так же, как зло, причиненное животному или материальной ценности в других законах этих кодексов.
Закон Ветхого Завета представляет собой этически световой прыжок вперед по отношению к подобным кодексам. Запрещение убийства абсолютно не зависит от пола или социального статуса: "Не убий" (Исх. 20,13). "Кто ударит человека, так что он умрет да будет предан смерти" (Исх. 21,27). Вообще, рабы имели совершенно иной статус в других законах. "Не выдавай раба господину его, когда он прибежит к тебе от господина своего. Пусть он у тебя живет, среди вас на месте, которое он изберет в каком-нибудь из жилищ твоих, где ему понравится" (Втор. 23, 15–16). И в отличие от условий законов Хаммураби, позволяющих благородному человеку отдать свою дочь на смерть за смерть, которой он был причиной, закон Ветхого Завета недвусмысленнен: "Отцы не должны быть наказываемы смертию детей, и дети не должны быть наказываемы смертию за отцов, каждый должен быть наказываем смертию за свое преступление" (Втор. 24, 16).
Закон Ветхого Завета как благодеяние Израилю
В терминах своей способности дать вечную жизнь и истинную праведность пред Богом Закон довольно неадекватен. Он не был создан для таких целей. Тот, кто пытался получить спасение и Божие принятие исключительно через Закон, был обречен на провал, ибо закон был исключительно не соблюдаем — по меньшей мере одно из его правил было бы обязательно нарушено за время жизни человека (Рим. 2,17–27, 3,20). А нарушение даже одного закона делает человека, по определению, "виновным во всем" (ср. Иак. 2,10).