Как делаются большие дела. Удивительные факторы, которые определяют судьбу каждого проекта, от ремонта дома до освоения космоса и всего, что между ними
Шрифт:
Они изобретают на ходу. В большинстве помещений потолки - это не более чем место, куда можно повесить светильники. Но в студии звукозаписи потолок должен поглощать окружающий звук. Сторик и Крамер узнали от акустиков, что в штукатурку нагнетают воздух, чтобы сделать ее более звукопоглощающей, и придумали способ нагнетать в штукатурку дополнительный воздух, взбивая ее промышленными яйцерезками.
Финансирование было еще большей проблемой. Хендрикс зарабатывал много денег на концертах и записях, но его денежный поток был нерегулярным. "Мы вели строительство месяц, полтора, два месяца, а деньги заканчивались", - вспоминает Крамер. Рабочие увольнялись, "стройка закрывалась, и Джими отправлялся в путь". Когда Хендрикс давал концерт, ему платили наличными. Сумки были набиты десятками тысяч долларов. Кто-то из свиты Хендрикса прилетал с сумками обратно на Манхэттен и передавал их менеджерам Хендрикса. "И мы могли бы снова начать проект".
Поскольку строительство затягивалось, а счета росли, Хендрикс не мог воздушные перелеты, но его менеджер убедил Warner Bros., звукозаписывающий лейбл Хендрикса, выделить сотни тысяч долларов. Это едва позволило проекту выйти на финишную прямую. Он занял год и стоил более 1 миллиона долларов - с поправкой на инфляцию за пятьдесят лет это примерно 7,5 миллиона долларов - но дело было сделано. Вдохновленный своим последним альбомомElectric Ladyland, Хендрикс назвал студию Electric Lady, позже переименованную в Electric Lady Studios.
Вечеринка по случаю открытия студии состоялась 26 августа 1970 года. На ней присутствовали Патти Смит, Эрик Клэптон, Стив Уинвуд, Рон Вуд и другие звезды. В студии царила идеальная атмосфера, характерная для Хендрикса: рассеянное освещение, изогнутые стены и, конечно, круглые окна. "Это было место, похожее на утробу матери", - вспоминает Крамер. "Джими чувствовал себя в нем невероятно счастливым, комфортным и творческим". А звук поражал воображение. Музыканты называют его "плотным". Лишь спустя десятилетия Сторик получил технологию для проведения измерений, которые подтвердили это: Штукатурка на потолке, как и ожидалось, поглощала среднечастотные звуки, но также, к его удивлению, и низкочастотные. Яичные колотушки оказались гениальным решением.
По трагической случайности Джими Хендрикс умер менее чем через месяц после открытия своей студии, и мир потерял целую жизнь гениальной музыки, которую он, несомненно, мог бы создать. Но его студия продолжала жить. В ней записывался Стиви Уандер. Затем появились Led Zeppelin, Лу Рид, Rolling Stones, Джон Леннон, Дэвид Боуи, AC/DC, the Clash и многие другие. И это продолжается до сих пор. U2, Daft Punk, Адель, Лана Дель Рей и Jay-Z записывались в старейшей действующей студии звукозаписи в Нью-Йорке и одной из самых известных студий в мире.
"У меня до сих пор хранятся шесть чертежей, - говорит Сторик о первоначальном дизайне. Один известный техномагнат однажды предложил купить их за 50 000 долларов. "Не продаю. Все еще в пробирке". Музей современного искусства сказал, что возьмет их".
Проект был прыжком в темноту: Неземной художник импульсивно уполномочил двух детей с небольшим опытом и отсутствием плана разработать и реализовать беспрецедентный проект, за который он заплатил буквально мешками денег. По всем правилам, все должно было закончиться плохо. В некоторые моменты, например, когда у Хендрикса закончились деньги, казалось, что так и будет. Работа заняла целую вечность. Он стоил целое состояние. Но в итоге проект окупился с лихвой.
ПРОСТО СДЕЛАЙ ЭТО
Я люблю Джими Хендрикса, и мне нравится эта история. А кто бы не любил? Есть что-то глубоко притягательное в том, что люди решаются пропустить планирование и просто броситься в большой проект - а потом мечтают, строят планы и пробиваются через трудности, чтобы добиться грандиозного успеха. Это романтично, что не так часто используют для описания планирования.
История Electric Lady также согласуется с широко распространенным представлением о творчестве как о чем-то таинственном и спонтанном. Его нельзя запланировать и спланировать. Самое большее, что вы можете сделать, - это поставить себя в положение, когда творчество необходимо, и поверить, что оно появится. В конце концов, "необходимость - мать изобретения".
Из этого легко сделать вывод, что тщательное планирование, которое я советую в этой книге, не нужно, или, что еще хуже, что тщательное планирование выявляет проблемы. Обнаружив проблемы и не найдя решений, вы можете решить, что проект слишком сложен, и отказаться от него, так и не найдя решений, которые вы могли бы придумать, если бы слепо рванули вперед.
Согласно этой точке зрения, "Просто сделай это" - гораздо лучший совет. "Я считаю, что все лучше делать спонтанно", - сказала одна женщина, чей капитальный ремонт дома был показан в сериале BBC. Она купила дом на аукционе, предварительно не осмотрев его и не спланировав серьезный ремонт. По ее словам, это было сделано намеренно. "Слишком много планирования, и вы, как правило, не делаете этого".
У этого мышления есть мощная интеллектуальная поддержка. Полвека назад Альберт О. Хиршман был известным экономистом в Колумбийском университете , когда он написал эссе, которое с тех пор пользуется большим влиянием. В последние годы журналист Малкольм Гладуэлл с восторгом писал о нем в журнале The New Yorker, а профессор Гарварда и бывший сотрудник Белого дома Касс Р. Санстайн - в New York Review of Books. В 2015 году Институт Брукингса, известный вашингтонский аналитический центр, переиздал книгу, в которой впервые появился текст Хиршмана, как Brookings Classic, с новым предисловием и послесловием, чтобы отметить мысли Хиршмана и предстоящую пятидесятую годовщину публикации книги.
Хиршман утверждал, что планирование - плохая идея. "Творчество всегда приходит к нам неожиданно", - писал он. "Поэтому мы никогда не можем на него рассчитывать и не смеем верить в него, пока оно не случится". Но если мы знаем, что большие проекты сопряжены с большими трудностями, которые можно преодолеть только с помощью творчества, и не верим, что творчество окажется волшебным, когда оно нам понадобится, зачем кому-то вообще запускать большой проект? Они не должны этого делать. И все же они это делают. Хиршман утверждал, что за это мы должны благодарить невежество: оно - наш друг в начинании проектов. Он называл это "провиденциальным незнанием "8.
По словам Хиршмана, когда мы задумываемся о крупном проекте, мы обычно не видим, сколько проблем и трудностей он вызовет. Это незнание делает нас слишком оптимистичными. И это, по мнению Хиршмана, хорошо. "Поскольку мы обязательно недооцениваем свои творческие способности, - писал он, - желательно, чтобы мы примерно в такой же степени недооценивали трудности стоящих перед нами задач, чтобы эти две компенсирующие недооценки обманули нас, заставив взяться за задачи, которые мы можем, но в противном случае не осмелились бы решать".
По мнению Хиршмана, люди "обычно" недооценивают затраты и трудности больших проектов, что приводит к перерасходу бюджета и срыву сроков.9Но эти негативные моменты перечеркиваются большими, чем ожидалось, выгодами от проектов. Он предложил название для этого принципа: "Поскольку мы, очевидно, находимся на пути некой Невидимой или Скрытой руки, которая выгодно скрывает от нас трудности, я предлагаю "Скрывающую руку"".
Хиршман проиллюстрировал свою идею историей о бумажной фабрике, построенной на территории современного Бангладеш. Она была спроектирована таким образом, чтобы эксплуатировать близлежащие бамбуковые леса. Но вскоре после начала работы фабрики весь бамбук зацвел и погиб - естественный цикл, который происходит каждые полвека. Когда сырье для фабрики исчезло, операторам не оставалось ничего другого, как искать альтернативу. Они нашли три: Они создали новые цепочки поставок, чтобы доставлять бамбук из других регионов; разработали и посадили более быстрорастущий вид, чтобы заменить погибший бамбук; и изобрели новые методы замены других видов пиломатериалов.