Чтение онлайн

Но во всех случаях необходимо соблюдать осторожность, и тому, кто не примет это во внимание, лучше оставить все попытки проникнуть в тайноведение. Необходимо, чтобы человек, становясь духовным учеником, не утратил своих качеств, делающих его благородным и добрым человеком, восприимчивым ко всему физически действительному. Более того, во время своего духовного ученичества он должен постоянно возвышать свою моральную силу, внутреннюю чистоту, свой дар наблюдения. Приведем пример: во время выполнения элементарных упражнений, относящихся к просветлению, духовный ученик должен постоянно заботиться о том, чтобы усилить свое сочувствие к миру людей и животных, свою чуткость к красоте природы. Если он не позаботится об этом, то благодаря подобным упражнениям упомянутые способности будут постоянно притупляться в нем. И тогда сердце очерствеет и чувство притупится, а это может привести к опасным результатам.

Как складывается просветление в дальнейшем, когда ученик от упражнений над камнем, растением и животным восходит к человеку, и каким образом после просветления рано или поздно устанавливается соединение души с духовным миром и приводит к посвящению: об этом, насколько возможно, будет идти речь в следующей главе.

В наше время многие ищут пути к тайноведению. Это делается различным образом; и при этом нередко прибегают к опасным и даже предосудительным методам. Поэтому те, кто считает себя обладателем истинного знания обэтих вещах, должен предоставить другим возможность ознакомиться с некоторыми особенностями тайноведческого обучения. И здесь сообщается лишь столько, сколько это отвечает такой возможности. Необходимо, чтобы известная доля истинного знания получила распространение, с тем, чтобы ложное не причинило большого вреда. На указанном здесь пути никто не понесет никакого ущерба, если только не будет ничего форсировать. Но одно надо помнить: никто не должен уделять подобным упражнениям времени и сил больше, чем это ему могут позволить его жизненное положение и его обязанности. Вступая на путь тайноведения, никому не следует резко изменять что-либо во внешних условиях своей жизни. Если он хочет достичь действительных результатов, он должен иметь терпение; нужно уметь после нескольких минут упражнения прекратить их и спокойно перейти к своей каждодневной работе. И никакие мысли об упражнениях не должны примешиваться к ней. Кто не научился ждать — в высшем и лучшем смысле слова, тот не годится в духовные ученики и никогда не достигнет сколько-нибудь значительных результатов.

Когда кто-то ищет пути к тайноведению описанным в предыдущей главе способом, он должен помнить о необходимости постоянно укреплять себя в течение всей своей работы одной мыслью. Ему следует все время иметь в виду, что через некоторое время может оказаться, что он сделал уже весьма значительные успехи, которые, однако, проявятся совсем не так, как он, быть может, этого ожидал. Не приняв это во внимание, легко можно потерять настойчивость и выдержку в работе и вскоре прекратить ее вовсе. Силы и способности, подлежащие развитию, поначалу обладают очень нежным и тонким характером. И сущность их совершенно отличается от всего того, о чем человек прежде мог составить себе представление. Ведь он привык иметь дело только с физическим миром. Духовный и душевный ускользали как от его взора, так и от его понятий. Поэтому нет ничего удивительного в том, что теперь, когда в нем развиваются духовные и душевные силы, он замечает их не сразу. В этом кроется возможность заблуждения для того, кто, не основываясь на опыте, собранном сведущими исследователями, вступает на оккультный путь. Духовный исследователь узнает об успехах, сделанных учеником, задолго до того, как последний сам сможет осознать их. Он знает, как у ученика слагаются нежные духовные очи, прежде чем ученик узнает об этом сам. Поэтому значительная часть указаний духовного исследователя состоит именно в том, чтобы вызвать в ученике те силы, которые помогут ему сохранить доверие, терпение и выдержку до тех пор, пока он сам не придет к осознанию своих успехов. Ибо духовный наставник и не может дать своему ученику ничего такого, что – скрытым образом – не было бы уже заложено в нем. Он может только направлять развитие дремлющих способностей ученика. Но в то же время опыт, которым он делится, послужит опорой тому, кто из тьмы хочет пробиться к свету.

Многие, едва вступив на путь тайноведения, покидают его, потому что их успехи не становятся для них тотчас же заметными. Даже когда первый высший опыт замечается учеником, он часто смотрит на него как на иллюзию, поскольку он предварительно составил себе совершенно иные представления о том, что ему предстоит пережить. Он падает духом, потому ли, что считает свой первый опыт не имеющим никакой ценности, или потому, что опыт этот кажется ему слишком незначительным, и он не верит, что тот может привести его в течение обозримого времени к чему-нибудь значительному. Но мужество и доверие к себе – это два светоча, которые никогда не должны угасать на пути к тайному знанию. Кто не в состоянии превозмочь себя и терпеливо продолжать упражнение, которое, кажется, бесконечное число раз ему не удавалось, тот не уйдет далеко.

Гораздо раньше, чем отчетливо обнаружится успех, у человека появляется смутное ощущение того, что он на верном пути. И это чувство надо беречь, ибо оно может сделаться верным водителем. Прежде всего нужно с корнем вырвать убежденность в том, будто высшие познания достигаются благодаря каким-то странным, таинственным приемам. Следует уяснить себе, что исходить нужно из чувств и мыслей, в которых человек живет постоянно, и что этим с мыслям и чувствам он только должен придать другое направление вместо привычного. Пусть каждый начнет с того, что скажет себе: «В мире моих собственных мыслей и чувств сокрыты высочайшие тайны, но я до сих пор не воспринимал их». Все, в конце концов, упирается в то, что человек постоянно несет с собой тело, душу и дух, сознает же он, собственно говоря, не душу и не дух, а только свое тело. Духовный же ученик начинает сознавать свою душу и свой дух, подобно тому, как обычный человек сознает свое тело.

Поэтому все дело в том, чтобы суметь придать верное направление чувствам и мыслям. Тогда развивается восприятие незримого в обыкновенной жизни. Здесь будет указан один из путей, позволяющих осуществить это. Он так же прост, как почти все, что до сих пор сообщалось. Но он может привести к значительным результатам, если настойчиво выполнять это упражнение и если человек способен отдаваться ему с необходимым интимным настроем.

Надо положить перед собой семя какого-нибудь растения. Здесь важно направить свои усилия на то, чтобы вызвать в себе перед этой малоприметной вещью надлежащие мысли и благодаря этим мыслям развить в себе определенные чувства. Прежде всего он должен отдать себе отчет в том, что именно он действительно видит глазами. Пусть он про себя опишет форму, цвет и все прочие свойства этого семени. Затем пусть он углубится в следующее размышление. Из этого семени, если посадить его в землю, разовьется сложное растение. Пусть он представит себе это растение. Пусть воссоздаст его в своем воображении и затем подумает так: «То, что я создаю силой собственного воображения, впоследствии будет действительно вызвано наружу из семени силами земли и света. Если бы передо мной был искусственный предмет, в точности похожий на семя, похожий настолько, что мои глаза были бы не в состоянии отличить его от настоящего семени, то никакие силы земли и света не могли бы извлечь из него растение». Кто полностью уяснит себе эту мысль и внутренне переживет ее, тот сможет с верным чувством образовать и следующую мысль. Он скажет себе: «В семени уже покоится скрытым образом – как сила целого растения – то, что позднее вырастет из него. В искусственной копии семени этой силы нет. И все же для моих глаз они неразличимы. Итак, в подлинном семени содержится нечто невидимое, то, чего нет в его имитации». На это невидимое и необходимо теперь направить чувство и мысли. [5] Надо представить себе: это невидимое превратится впоследствии в видимое растение, которое я буду иметь перед собой в форме и цвете. Нужно проникнуться мыслью: невидимое станет видимым. Если бы я не мог мыслить, то мне не было бы уже теперь известно то, что сделается видимым лишь впоследствии.

Особенно тщательно надо подчеркнуть: то, что человек при этом мыслит, он должен также и интенсивно прочувствовать. Находясь в покое и не допуская до себя других, отвлекающих мыслей, нужно пережить в себе одну только эту вышеуказанную мысль. И нужно дать себе время, чтобы мысль и связанное с ней чувство успели как бы внедриться в душу. Если делать это надлежащим образом, то через некоторое время – возможно, только после многих попыток – можно будет ощутить в себе некую силу. И эта сила создаст новое созерцание. Семя предстанет как бы заключенным в маленькое световое облако. Его можно будет ощутить чувственно-духовным образом как род пламени. По отношению к середине этого пламени ощущение будет таким, какое возникает при впечатлении от лилового цвета, а по отношению к краям – какое оставляет голубоватый цвет. Здесь появляется то, чего мы прежде не видели и что создано силою мысли и чувства, которую мы в себе вызвали. То, что чувственно было незримо, то растение, которое лишь впоследствии станет видимым, выявляется здесь духовно-видимым образом.

Понятно, что кто-то сочтет все это иллюзией. Многие скажут: «Что мне до подобных видений, до подобных химер?» И иные уйдут и не продолжат пути. Но именно в эти трудные моменты человеческого развития особенно важно уметь не путать фантазию с духовной действительностью. К тому же надо иметь мужество настойчиво идти вперед и не впадать в боязливость и малодушие. Но, с другой стороны, нужно твердо помнить о необходимости постоянно развивать в себе здравый смысл, умеющий отличать истину от обмана. Во время этих упражнений человек никогда не должен терять полного сознательного господства над собой. Так же уверенно, как он мыслит о вещах и процессах обычной жизни, должен он мыслить и здесь. Было бы плохо, если бы он впал в мечтательность. В каждое мгновение должен он сохранять полную ясность, чтобы не сказать – трезвость рассудка. И было бы величайшей ошибкой, если бы благодаря этим упражнениям человек утратил равновесие, если бы он перестал судить о вещах обыденной жизни так же здраво и ясно, как он делал это прежде. Поэтому духовный ученик должен постоянно испытывать себя: не утратил ли он своего равновесия, остается ли он самим собой в условиях своей обычной жизни. Твердое внутреннее спокойствие, ясное сознание, выступающее навстречу всему, – вот что ему надлежит сохранить. И прежде всего надо строго следить за тем, чтобы не предаться какой-либо мечтательности, не увлечься всевозможными упражнениями. Указанные здесь направления мысли еще в древнейшие времена были испытаны и применялись в тайноведческих школах. Только такие направления и сообщаются здесь. Если же кто-то пожелает применить другие, которые он образовал себе сам или о которых где-либо слышал или читал, то он начнет блуждать наугад и вскоре окажется в области безбрежной фантастики.

Дальнейшее упражнение, примыкающее к описанному, состоит в следующем. Надо стать перед каким-нибудь растением, находящимся в стадии полного развития. Затем надо проникнуться мыслью, что придет время, когда это растение увянет. Из того, что я вижу сейчас перед собой, не останется ничего. Но при этом растение разовьет из себя семена, которые впоследствии сделаются новыми растениями. Я вновь убеждаюсь, что в зримом мною таится нечто скрытое – то, чего я не вижу. Я всецело наполняю себя мыслью; этого растения, в данном облике и красках, в будущем уже не станет. Но представление об образуемых им семенах дает мне знание о том, что оно не обратится в ничто. Как раньше в семени я не мог увидеть растения, так и теперь я не вижу глазами то, что сохраняет растение от уничтожения. Следовательно, в нем есть нечто, чего я не вижу глазами. Если я дам этой мысли жить в себе и если она встретит во мне соответствующее ей чувство, тогда через некоторое время в моей душе снова разовьется сила, которая обратится в новое созерцание. От растения вновь распространится нечто вроде пламенного образования. Оно, соответственно, будет большего размера, чем описанное ранее. В средней части это пламя можно ощутить приблизительно зеленовато-голубым, а края – желтовато-красными.

Необходимо особо подчеркнуть, что описываемое здесь как «цвета» человек видит не так, как он видит цвета физическими глазами; в духовном восприятии им переживается нечто родственное тому ощущению, которое сопровождает телесное впечатление от цвета. Духовно воспринимать «голубое» – значит ощущать или чувствовать нечто подобное тому, что можно ощутить, когда физический глаз видит «голубой» цвет. Кто действительно хочет постепенно подняться к духовным восприятиям, тот должен принять это во внимание. Иначе он в духовном будет искать лишь повторение физического. Это привело бы его к жесточайшему заблуждению.

Кто способен духовно видеть это, тот достиг уже многого. Ибо теперь вещи раскрываются ему не только в своем настоящем бытии, но также и в самом возникновении и исчезновении. Он начинает повсюду видеть дух, о котором чувственные глаза ничего не могут знать. Тем самым он сделал первые шаги к тому, чтобы постепенно, через собственное созерцание, проникнуть в тайну рождения и смерти. Для внешних органов чувств любое существо возникаетпри рождении и уничтожается в момент смерти. Но такое впечатление создается в силу того, что скрытый дух существа не воспринимается этими органами чувств. Для духа рождение и смерть суть лишь превращения, подобно тому, как распускание цветка из почки есть также превращение, совершающееся перед нашими чувственными глазами. Но если хотят познать это через собственное созерцание, то сначала надо указанным образом пробудить в себе духовное чувство.