Чтение онлайн

Это и есть главный секрет того самого негаснущего оптимизма, в основе которого непоколебимая убежденность в непременном торжестве нашего великого, в высшей степени справедливого дела. Ибо оно в надежных руках тех, кому нести дальше наше знамя, нашу веру, наши священные идеалы…

Перед оргкомитетом стояли большие и сложные задачи. На подготовку Съезда отводилось всего два с половиной месяца. За это время надо было разработать и опубликовать проекты Устава и Программного заявления Компартии Российской Федерации, другие документы, которые предстояло обсудить и принять на Съезде; сформировать предложения по составу центральных органов возрождаемой Коммунистической партии Российской Федерации с учетом рекомендаций региональных коммунистических организаций.

Самым сложным в подготовке Съезда партии было согласование с представителями действовавших в России коммунистических партий и СПТ принципов и порядка их вхождения в возрождаемую Компартию Российской Федерации.

С каждым днем приближения Съезда росло напряжение в работе Оргкомитета и его комиссий. Оно объяснялось не только дефицитом времени, но и обострением вопросов о проведении Съезда как восстановительного и объединительного, создания объединенной Компартии РФ.

Сложнее всего дело обстояло с РКРП. К тому времени это была самая крупная, влиятельная и авторитетная Компартия в России, к тому же юридически уже оформленная в Минюсте РФ. Лидеры РКРП безапелляционно заявляли, что воссоздание единой Компартии России целесообразнее всего вести на ее основе; были самыми непримиримыми оппонентами образования единой Компартии России на основе возрождаемой КПРФ.

Эта позиция уже имела свою историю. Лидеры РКРП не хотели понять необходимость нашего обращения в Конституционный Суд; откровенно выражали недовольство и осуждение по поводу нашего участия в процессе. А ведь там решалась судьба коммунистической идеологии, права коммунистов на создание своей политической партии. В течение полугодия на виду у всего мира, лицом к лицу с властью, с противниками социализма «коммунистическая сторона» стойко и мужественно отстаивала идеалы коммунизма, Советской власти, социализма. Стоило колоссального напряжения нервных и физических сил, воли и интеллекта отстаивать наши позиции, взгляды, идеи.

Лидер РКРП В. А. Тюлькин пренебрежительно говорил о нашей миссии в Конституционном Суде: «Пока они (то есть, мы – прим. И.О.) заседали в Конституционном Суде, РКРП вела открытую борьбу с режимом на улицах и площадях».

С болью и сегодня воспринимаю эти слова В. А. Тюлькина, ибо хорошо помнится и никогда не забудется, какой ценой нам доставался каждый день и час «заседания» в Конституционном Суде, сколько нервов и сил было там сожжено каждым из нас, непосредственных участников «процесса века».

Вдвойне больно еще и потому, что в одном строю с нами бесстрашно сражались за правду и справедливость такие видные и заслуженные активисты РКРП, как Юрий Максимович Слободкин и Дмитрий Егорович Степанов, Борис Сергеевич Хорев и Алексей Алексеевич Басалай, руководитель РПК Анатолий Викторович Крючков, многие другие.

Мне, человеку, фактически возглавлявшему штаб подготовки и проведения «процесса века», очень хорошо знающему, чего стоило нам полугодичное «сидение» в Конституционном Суде, тяжело воспринимать такие упреки и оценки от такого весьма уважаемого мною человека, как Виктор Аркадьевич Тюлькин…

Откровенно говоря, с самого начала в инициативном оргкомитете, в его уставной и программной комиссиях постоянно шли острые, подчас, казалось, непримиримые споры по всем рассматриваемым вопросам: по составу Съезда, нормам представительства на нем, количеству мест для каждой партии в составе будущего ЦК и даже о должностях в центральном органе партии. В горячей полемике проходило обсуждение каждого уставного параграфа и положения Программного заявления.

По программному заявлению основные споры велись с различных идеологических позиций. Представители СПТ стояли за социал-демократические идеи; другие – отстаивали догматические положения; третьи – выступали с позиций ортодоксальных марксистов-ленинцев. Острые разногласия разделяли сторонников и противников И. В. Сталина, оценки его роли и места в истории. Немало противоречивых суждений высказывалось по проблеме «рынок и социализм»; о причинах крушения КПСС, разрушения СССР, временного поражения социализма; о путях возвращения к социализму и его будущем облике; по другим вопросам.

Но какие бы острые и сложные проблемы не возникали, членам оргкомитета, уставной и программной комиссии удавалось добиться взаимопонимания и принятия согласованных решений.

Чем ближе приближалась дата Съезда, – тем сильнее накалялась атмосфера по самым различным вопросам партийного строительства, идеологических и организационных основ будущей партии, ее программных целей, стратегии, тактики, парламентской и политической деятельности.

Споры не могли быть бесконечными. И когда не удавалось достичь согласия по спорным вопросам, приходилось применять один из принципов демократического централизма – подчинения меньшинства большинству.

В итоге удалось выйти на согласованные проекты Устава и Программного заявления, передать их в печать, направить в возрождаемые региональные коммунистические организации для обсуждения на собраниях, пленумах, конференциях.

Оргкомитет счел необходимым предоставить делегатские полномочия для участия в работе Съезда всем депутатам-коммунистам, не только состоявшим во фракции «Коммунисты России», но и входившим в другие фракции. Делегатские мандаты получили все депутаты, подписавшие ходатайство в Конституционный Суд о проверке конституционности ельцинских антикоммунистических указов, все коммунисты, состоявшие в Общественном Объединении «В защиту прав коммунистов» и составлявшие «коммунистическую команду» на процессе в Конституционном Суде РФ.

При всех острых разногласиях, к чести членов оргкомитета, им хватило ответственности не противиться созыву Съезда, отложить оставшиеся разногласия и противоречия, включая спорные вопросы по Уставу и Программному заявлению, а также по составу центральных органов партии до Съезда.

Однако руководство РКРП продолжало оставаться на своих позициях: оно отказалось входить с оргкомитет, в уставную и программную комиссии, делегировать своих представителей на Съезд, внести свои предложения по квоте, установленной оргкомитетом, – в состав ЦИК и Центральной ревизионной комиссии, создаваемой объединенной Компартии Российской Федерации. Руководство РКРП все настойчивее и решительнее, все амбициознее ставило вопрос о своем особом приоритетном праве на воссоздание единой Компартии России на базе РКРП. Это обострялось тем, что по мере возрождения территориальных, районных, городских, региональных организаций коммунистов России, вставших под знамя инициативного оргкомитета по созыву Съезда, все большее число бывших членов РКРП уходило из ее рядов как из «временного пристанища» и переходило во вновь восстанавливаемую Коммунистическую партию Российской Федерации.

То же самое, но еще более разительно, происходило и с СПТ. Десятки тысяч коммунистов, временно вставших на учет в СПТ, чтобы легализовать свою борьбу за воссоздание Коммунистической партии Российской Федерации, теперь возвращались «на круги своя», в возрождаемые коммунистические организации КПРФ. И СПТ таяла, «как снежный ком в знойный день».

Были и другие трудности, связанные с проведением Съезда. Особенно сложным был вопрос о месте его проведения. Рассматривалось несколько вариантов. Но в каждом отдельном случае, как только «демократическая» власть узнавала о предполагаемом месте проведения Съезда, она оказывала такое давление на руководителей, согласившихся предоставить помещение для Съезда коммунистов России, что те вынуждены были аннулировать свое прежнее обещание и отказывать нам. Так повторялось несколько раз.

И вот однажды ко мне зашел один из членов Общественного Объединения «В защиту прав коммунистов», бывший работник Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС Игорь Корнев, и как бы между прочим, спросил: «Решен ли вопрос о месте проведения съезда?» Я уклончиво ответил: «Вроде, решен». Но он продолжил разговор на эту тему: «Ко мне подходили знакомые офицеры-отставники и просили сообщить в оргкомитет по созыву Съезда о возможности его проведения в пансионате «Клязьминское водохранилище». У них там «Совет ветеранов» и они даже готовы взять на себя охрану Съезда».