Как это было
Шрифт:
Летом 1942 года, были построены в Хжанове и Прушкове несколько новых цехов по сборке паровозов, в октябре 1942 года их должны были пустить в эксплуатацию. Авиационные заводы в Будзине, под руководством фирмы «Хейнкель», так же должны быть восстановлены. Это всё требовало огромных затрат, для этого ещё в июне 1942 года, правление «Дейче индустрибанк», учредило в Берлине создание акционерного общества «Хеерес-Рюстунгскредит», с капиталом в 10 000 000 марок. Членами этого общества были все, от армии до самого ведомства Шпеера, включая банкиров самой Германии. Общество финансировало строительство как в Германии, так и в оккупированных странах. С увеличением кредитов, выдаваемых на вооружение в Польше, росло и количество заводов. Хотя это приводило к страшной инфляции, Эмиссионный банк выпускал столько необходимой валюты, сколько было нужно. То есть в Германии продукции выпускалась меньше, чем печатали деньги, которые приравнивали к золоту. В результате золото обесценивалось. Вот статистика курса на 31 декабря 1942 года: весной 1940 года на территории Генерал-губернаторства в обращении было около 1 млрд злотых, к концу 1940 года эта цифра возросла до 1,3 млрд, к июню 1941 года – до 1,7 млрд, к концу 1941 года – до 2,3 млрд злотых. Количество банкнот Эмиссионного банка, находившихся в обращении в августе 1942 года, составляло 3 млрд злотых, а 31 декабря – 4,1 млрд злотых, что превышало оборот валюты по сравнению с концом 1940 года. Всё это говорит о том, что Германии в то время не с кем было соревноваться. Деньги были неким фарсом. Почему? Долг рос перед кем? И кому надо было его отдавать? Германия печатала деньги, для себя самой, грабя страны, которые завоевала вместе с ресурсами в них, как и их жителей, убивая евреев, отдавая их вещи и имущество тем, кто должен был кормить нацистскую Германию выращенной едой. Используя при этом рабов и истребляя население Украины, Беларуси, Сербии и СССР. Да были страны, с которыми ещё приходилось торговать. Швейцария, где делались зенитки и снаряды, Америка до объявления войны, Япония, когда была необходимость. Но так ли это было важно? Гитлер не собирался делить мир не с кем. Нацисты просто брали вещи, которые отбирали, убивая людей, вводили бумажки, запрещая другие деньги. А валюту оставляли себе. Причём не надо было ничего производить, для людей, которые умирали тысячами. Чудо Шпеера заключалось в том, что он научился грабить и держать рабов, которых кормили как ни будь до трёх недель, а потом они просто умирали. Оставляя место следующим. Однако между собой нацисты делали вид что деньги что-то значат. С июля 1941 и до июня 1942 года Генерал-губернаторство выполнило заказы стоимостью в 398,7 млн. марок.
Конечно, Польша давала Вермахту и другое, полезные ископаемые: добыча железной руды (в тоннах) в 1940 года – 222134, в 1941 года – 190312, в 1942 года – 15109132. Другой польский историк, Ч. Мадайчик, приводит следующие данные (в тоннах): 1940 г. – 813 000, 1941 года – 906 000, 1942 года – 809 00033.
В целом, нацисты наладили экономику Польши заново, однако это не отразилась на судьбе самих поляков, их загоняли в концлагеря, они работали везде, где только было необходимо нацистам. При этом нацисты уничтожали людей в других налаженных фабриках смерти, таких как Освенцим, Триблинка, Майданек, Собибур, и т. д.
Нацисты правда пытались сохранить лицо. Сырьё и продукция, вывозилось из завоёванных стран, как в Польше, по расчетам с Германией за получаемые ею товары по клиринговой системе. Относительно системы клиринга на Нюрнбергском процессе говорилось: «Во многих оккупированных странах Востока и Запада власти (Германия) делали вид, как будто бы они заплатили за все конфискованное имущество. Эта прямо-таки в воздухе висящая отговорка только прикрывала тот факт, что имущество, переправлявшееся из оккупированных стран в Германию, было оплачено самими оккупированными странами либо в виде чрезмерных оккупационных платежей, либо же принудительными займами… Во многих оккупированных странах Востока гитлеровцы не придерживались даже этой ширмы законности; экономическая эксплуатация была умышленным ограблением». Советский исследователь Ф. Телегин так описывает этот процесс: «Официально речь шла якобы о нормальных торговых соглашениях. Однако клиринговые расчеты были организованы таким образом, что Германия была должником тех стран, которые экспортировали в нее товары. Расчеты по клирингу откладывались на «будущие времена»». Ну, про потом деньги, понятно. А вот про экспорт импорт… Цена на вывоз из Германию была, фиксирована до военными расценками на таможне. А вот ввоз стоил денег и немалых. А поскольку нацисты особо ничего не вывозили, то и выглядело всё очень прибыльно. Мало того что, когда ни будь деньги за товары, так ещё и ввозить, платить надо было. Правда к тому времени Польши как страны не существовало, однако на её территории нацистами были привлечены некоторые иностранные инвесторы, работа с которыми проводилась в таком духе. И некто не возражал. Хотя до войны взаиморасчёт по клирингу с государством Польша, вела немецкая расчетная касса в Берлине и «Расчетный институт» в Кракове, созданный в ноябре 1939 года. Всё это нацисты объявляли “Крестовым походом против большевизма и мирового еврейства”. 17 марта 1942 года президент Рейхсбанка Вальтер Эмануэль Функ в речи назвал “…кредитные клиринговые сальдо будут выравнены после войны посредством усиленных поставок немецких товаров. Сейчас же эти претензии следует считать вкладом отдельных европейских стран, в особенности стран, не принимающих непосредственного участия в войне, в дело общей борьбы с большевизмом и английским империализмом”.
Нацисты, оккупировав страны, старались передавать предприятия, которые были в этих странах немецким предпринимателям. В Польше они выкупались именно так. Предприятия конфисковались в пользу государства, например, отсутствие хозяина у предприятия, что значит, конфискация «в пользу государства», а немецкие магнаты выкупали их, кто больше даст, под государственные и военные заказы. Для чего им было это нужно? Что-бы потом в суде знать кому что принадлежит, если возникнет такая необходимость. Нацисты делили мир между собой, не собираясь объясняться с прежними хозяевами. В 1942 году под принудительным управлением находилось 1 659 промышленных предприятий, 1 036 торговых заведений и ремесленных мастерских, более 490 000 единиц различного рода недвижимого имущества.
21 марта 1942 года, в Германии вышел указ Гитлера, о том, что Эрнст Фридрих Кристоф «Фриц» Заукель является генеральным уполномоченным по использованию рабочей силы в системе четырёхлетнего плана, с 27 февраля 1942 года по май 1945 года, министерство которое он возглавляет, называется “Министерством труда”. По сути, он командовал системой рабского труда, с поголовным истреблением еврейского и русского народа. Конечно, были бельгийцы, французы, голландцы, но их убивали не поголовно в стране, как русский народ, для освобождения территорий до Урала. Вот его простая позиция на то время:
“Избитые, полуголодные и мертвые русские совсем бесполезны, если они не в состоянии добывать уголь, производить сталь и чугун, оружие и прочую военную технику”.
Или Веймор 6 января 1943 года, на совещании:
“Там, где нет добровольного согласия, должно иметь место принудительное привлечение к трудовой повинности. Господа доверенные лица, это является железным законом в использовании рабочей силы. Даже во время мировой войны дела не обстояли иначе. Я недавно имел об этом беседу с фюрером. Он рассказывал, что во время мировой войны комендант приказал всей деревне построиться, пересчитал всех, и вся деревня поехала в Германию на работу. Мы должны отбросить остатки нашей глупой гуманности. Я поручу одному господину подвести законодательную основу под это элементарное право победоносной нации. Я прошу разъяснить это господам комиссарам на местах сразу же после вашего возвращения. О том, чего требует от нас фюрер, я уже сказал раньше; это должно и будет выполнено. Каждая пушка, выпущенная сверх плана, на одну минуту приближает нас к победе. Вы слышали, мои дорогие товарищи, что я хочу соответствовать любой необходимости и любому требованию, предъявляемому нам, и при этом я должен быть жестким. Я знаю, что тяжело отрывать людей от их родины и от детей. Но мы не хотели войны! Ребенок, потерявший отца на фронте, страдает больше, и для матери это нелегко. Вы видите, я отрекаюсь от любого проявления чувств. Даже если я хочу соответствовать жестким требованиям войны, я все равно прошу ни при каких условиях не предавать позору немецкую нацию, имя фюрера, мое собственное, а также и ваше. То, что мы должны сделать, – будет сделано. Но это будет сделано так, что при всей жесткости – а я буду беспощадно карать, где это необходимо, это будет соответствовать принципам немецкой корректности. Мы не являемся извращенной, склонной к зверствам нацией, чьей наибольшей радостью является мучение пленных. Наши враги в этом мастера. Мы этого не делаем. У нас все происходит согласно заведенному порядку, но все происходит по-немецки добропорядочно, что уже тысячу раз доказал немецкий солдат.”
Для целей применения рабского труда в Берлине, по данным историков Лоренца Демпса и Райнхарда Хельцера было создано 666 лагерей для рабочих, принудительно угнанных в Германию. Многие из них так же были переправлены в Польшу.
29 января 1942 года местные оккупационные власти опубликовали распоряжение о «законном принуждении поляков к выезду в Германию». В середине 1942 года Франк и Заукель договорились о вывозе дополнительной рабочей силы в Германию. 24 августа 1942 года, указом Франка, начался вывоз 140 000 поляков в Германию. Местная гражданская польская администрация, занимавшаяся выполнением таких указов. Получало предписания, с подобной угрозой:
«Если вы не выполните этого предписания, то члены вашей семьи будут отправлены в штрафной лагерь… ваше движимое и недвижимое имущество, а также имущество ваших родственников будет конфисковано. Кроме того, вас ждет тюрьма, каторга или концлагерь…».
Администрация Польши открывала специальные точки для вербовки населения. В 1943 году на 55 уездов было 21 управление труда, 85 их филиалов и 250 более мелких точек по организации вербовки. Людей “вербовали” с помощью полиции. Перекрывалась улица, и в грузовики на отправку шли все, включая детей возрастом 14 лет. Забирали даже в школах и заводах во время работы. 14 декабря 1942 года Франк заявил, что во всех странах, было вывезено меньше, а в Генерал-губернаторстве уже вывезено около 1 000 000 поляков.
В 1943 году ситуация измениться. Уже в Польшу будут ввозить рабскую силу, в основном советских граждан и неубитых евреев. А концентрационные фабрики по уничтожению людей всех национальностей стран, которые были завоёваны нацисткой Германией, только начинал наращивать темп. Огромная фабрика рабского труда, концентрационных фабрик смерти, остановиться только зимой 1945 года, когда советские солдаты будут освобождать Польшу от нацистского господства, за которую погибнет 600 212 советских солдат и офицеров.
Из информационной справки Политуправления 1-го Украинского фронта о положении в районах Польши, освобожденных войсками фронта в период наступления.
«Подавляющее большинство польского населения повсеместно встретило части Красной Армии как освободительницу. Представители всех слоев населения обращались к воинам Красной Армии со словами благодарности за освобождение польского народа от немецкой оккупации, приглашали бойцов и офицеров к себе в квартиры».
6 февраля 1945 год.
«Гроб, венки, памятник были сделаны польским населением. Польские девушки и дети несли огромное количество венков и живых цветов. На венках были надписи – «Героическим советским летчикам от благодарных польских девушек», «От благодарных детей – своим освободителям». На братской могиле был проведен траурный митинг».
Труд освобождает!
“…Программа строительства жилых помещений, которая является предпосылкой создания здоровой социальной базы всех СС, как и всего корпуса фюреров, немыслима, если я не получу откуда-либо денег. Деньги мне никто не подарит, их нужно заработать, и они будут заработаны благодаря тому, что отбросы человечества, заключенные, профессиональные преступники будут использованы на работах.”