Чтение онлайн

Месопотамия, Египет, царство хеттов. Затем Греция, Рим. Все древние цивилизации сменяют друг друга, и за одной исторической эпохой неизменно следует другая. Но вот бесконечный поток истории вдруг изменяется. Вместо тысяч людей, государств и народов показывается одна девочка, только что родившаяся. По коже женщины проходит лёгкая дрожь – она узнает себя.

Девочка растет. Первые шаги, первый класс школы… Воспоминания захватывают, точно ураган…

Но нужно сделать перерыв в просмотре. Женщина ещё раз взывает стол. На нем уже стоит бокал, до краев наполненный бордовой жидкостью. После недолгого перерыва просмотр событий собственной жизни продолжается.

Вот семнадцатилетняя девчушка, ловко лавируя между расставленными на полу коробками, окидывает оценивающим взглядом новую квартиру.

Её отца перевели из филиала компании, в которой он работал, в главный офис – жить в старом доме теперь им было не престижно, да и ездить далеко. Так что за ужином отец спокойно выслушал доводы Марии, это было её имя, о том, что переводится в новую школу за год до окончания довольно глупо. Во всяком случае, она могла бы снимать комнату в районе на старом месте, чтобы не покидать свой уютный мир, сложившийся за все годы учебы. А затем отец так же спокойно объявил, что они трое – он, мать и Маша, переезжают, а новая школа будет куда лучше прежней, и там дочь сможет, наконец, закрыть все свои пробелы в математических науках.

Что там со школой пока неизвестно, а вот квартира и правда гораздо просторнее и лучше. Но мысль об оставленных подругах девушку все еще расстраивала и даже немного злила. Прижав к груди пакет с домашней одеждой и любимым, пусть и повидавшим виды, пледом, Маша добирается до своей новой, непривычно пустой комнаты и ложится на диван, по-детски прижав коленки к груди.

Утомленная собственной обидой и переездом, девушка очень быстро проваливается в сон.

Солнечный свет заливает гладкую, простирающуюся до самого горизонта брусчатку. Я иду и слышу, как отчетливо стучат каблуки моих туфель. Я сама еще не очень поняла зачем, но что-то тянет меня туда – вперед, за горизонт. Мне нужно туда. И… Это совсем несложно. Нужно просто продолжать идти. Шаг. Шаг. Меня переполняет чувство легкости, я смеюсь, и смех мой оборачивается яркими голубыми бабочками, порхающими вокруг.

И в следующий миг чьи-то сильные, грубые руки сжимают меня за талию. Мне страшно, а его пальцы сильно впиваются в мою кожу, тонкая ткань блузки не спасает от боли – там наверняка останутся синяки.

Но он продолжает тащить меня куда-то в бесконечную тьму переулков. Я изворачиваюсь, чтобы видеть его лицо – беспристрастное, холодное будто мрамор. Тяну руку – хочу исцарапать этого гада, вцепиться в его ледяные глаза, хочу, чтобы меня отпустили, наконец, туда, обратно, на солнечную и прямую дорогу. Но он перехватывает моё запястье, механически, даже не глядя – и только теперь смотрит мне прямо в глаза. Смотрит, и хищно улыбается. Я визжу, извиваюсь, брыкаюсь…

– Пусти! Пусти! – кричу я, а по щекам текут слезы – слезы бессилия, беспомощности, беззащитности. – Пусти меня! Зверь, изверг, мерзавец! Пусти!

Просыпаюсь в холодном поту. Несколько секунд мне кажется, что кошмар продолжается, что незнакомец из сна все-таки утащил меня куда-то в совершенно незнакомое место. Затем, посмотрев на пакет с вещами и придя в себя, понимаю – это всего лишь наша новая квартира. Вздыхаю, и, мотнув головой, чтобы стряхнуть с себя остатки дурного сна, иду на кухню. Подхожу к окну задернуть шторы – яркое Солнце над крышей соседнего дома бьет своими лучами в мои глаза… И я вижу за окном выше Солнца нечто похожее на тарелку.

Съев несколько бутербродов и выпив чашку терпкого и приторно-сладкого чая, я решила пойти покататься на велосипеде – это занятие всегда поднимало мне настроение, помогая привести мысли в порядок и выплеснуть негатив в полезное русло. Именно регулярные велопрогулки служили причиной приятной спортивности моей фигуры и зависти многих подруг.

К счастью, велик уже перевезли со старой квартиры, и он стоял уже на балконе, демонстрируя зачехленные полиэтиленом колеса. Расправившись с упаковкой, я натянула кеды и покатила велосипед на лестничную площадку. Подняв велик на дыбы я кое-как втиснувшись в лифт, нажала было на кнопку, как вдруг меня остановил чей-то окрик.

– Погодите секундочку!

Парень практически влетел в лифт, прижав меня к велосипеду так, что тот оставил темный земляной след на моих светлых джинсах. Даже не заметив своего промаха, незнакомый парень нажал на кнопку «1», и только после этого абсолютно невозмутимо повернулся к струсевшей и одновременно кипящей от такой бесцеремонности девушке.

– Доброго вечера! Оу, кажется, я вас испачкал?

– Он оказывается внимательный! – промелькнула у меня мысль и я осмелела.

– Вот уж не думала, что придется жить в одном подъезде с таким грубияном! – Выпалила я. – Аккуратнее надо быть! И вообще, видно же что места мало, подождать нельзя что ль?!

– Прошу прощения. Я очень спешу – опаздываю на курсы, на которые меня великодушно записал мой отец. – Запустив руку в карман выглаженных брюк, парень извлек оттуда упаковку салфеток и протянул мне.

– Какой странный парень раз у него в кармане всегда салфетки? Или он их сегодня специально для чего-то взял? – Задумалась я.

Двери лифта, тем временем, открылись, и я раздраженно выхватив салфетки, опустила на пол своего металлического коня вслед за вышедшим из лифта в подъезд незнакомцем.

– А вообще, как вы верно заметили, я живу в этом же доме, квартира 28. Николай Коваленко. Так что если салфеток будет недостаточно, чтобы загладить мою вину – занесите джинсы после прогулки, я лично их постираю, и напою вас отменным чаем.

– Вот уж спасибо! – Фыркнула я. – Свою одежду как-нибудь сама постираю, а уж чай ваш мне и даром не нужен!

– Дело ваше – парень все также невозмутимо пожал плечами, вышел на улицу и стал держать дверь открытой.

Вслед за Николаем вышла из подъезда и я. Сев на велосипед, я со злобой вжала подошвы в педали. Что же так взбесило меня в этом непрошенном соседе?

Несколько минут я думала об этом, сосредоточенно вперив взгляд в горизонт, а потом неожиданное осознание настигло меня с головой. Это был тот самый незнакомец из моего недавнего кошмарного сна.