Чтение онлайн

В приписке к завещанию, сделанной в 1972 году, Теннесси распорядился, чтобы его похоронили в море, как можно ближе к тому месту, откуда в 1932 году совершил свой роковой прыжок американский поэт Харт Крейн. Но брат Теннесси Дейкен решил похоронить его в Сент-Луисе, рядом с матерью, которая умерла в 1980 году. Состояние Уильямса в 10 миллионов долларов перешло Гарвардскому университету, шт. Теннесси.

Уистлер Джеймс Мак Нейл (Whistler James McNeil)

(1834-1903)

Уроженец Соединенных Штатов, художник периодически жил в Лондоне в течение 1889 года. Его любовницей многие годы была рыжеволосая натурщица Джоанна Хеффер-нан, которая заботилась о его сыне от другой. В 1888 году он зарегистрировал брак с вдовой Беатрис Филип. А через восемь лет она умерла от рака.

В последние годы Уистлер часто болел ангиной, и доктор беспокоился за его сердце, ослабленное после ревматической лихорадки, которой он переболел в детстве в России.

Путешествуя по Голландии в 1902 году вместе с детройтским миллионером Фриером, он заболел и возвратился в свой лондонский дом в Челси. Для него приготовили спальню на первом этаже рядом со студией. Большую часть времени он проводил в кресле, держа на коленях кота. Уже не такой фат, как в прежние времена, он кутался в старое меховое пальто поверх ночного халата. Но однажды майским вечером 1903 года он всего за два часа написал портрет рыжеволосой натурщицы Дороти Сетон с яблоком в руке. Уистлер назвал картину «Дочь Евы». Она стала лучшей из его последних работ.

В июне пневмония ухудшила состояние его сердца, и вечером 17 июня 1903 года Фриер прибыл слишком поздно, чтобы предложить прогулку в экипаже: Уистлер был мертв. Фриера попросили остаться с умершим, чтобы принимать посетителей, и он узнал одну из женщин, приподнявшую вуаль: это была Джоанна. 22 июня на заупокойной службе в церкви Челси присутствовало не более пятидесяти человек. Уистлера похоронили рядом с женой на кладбище в Чис-уике. Скульптор Роден предложил изготовить всего за 10 000 долларов памятник, изображающий Венеру, склоняющуюся над Уистлером, как бы желая защитить его. Это предложение не понравилось жителям Челси, и скульптору отказали, сказав, что сам Уистлер отверг бы такую идею.

Уорд Стефен (Ward Stephen)

(1912-1963)

Центральной фигурой в скандале Профюмо, связанном с сексом и политической безопасностью, был английский остеопат, клиентами которого были Уинстон Черчилль, Эверелл Гариман и Махатма Ганди. Он любил хорошеньких женщин из любых слоев общества, и некоторые из них время от времени поселялись в его лондонской квартире. Именно там состоялась встреча военного министра Джона Профюмо с девушкой по вызову, Кристиной Ки-лир, в числе клиентов которой был советский агент Евгений Иванов. Когда Профюмо признался Палате общин, что скрывал правду о своей связи, разразившийся скандал чуть было не привел к уходу администрации Макмиллана.

Суд над Уордом по обвинению в том, что он жил на полученные недостойным путем заработки Килир, теперь можно назвать пятном на британском правосудии. После смерти Уорда Килир и другие женщины признались, что дали ложные показания под давлением полиции. Высокопоставленные друзья обвиняемого отвернулись от него. Информацию о том, что Уорд предупреждал секретные службы о связи между Килир, Профюмо и Ивановым и даже был агентом М-15, скрыли от присяжных.

Признание его виновным по двум пунктам вынесли в Олд-Бейли 31 июля 1963 года. Уорд к тому времени уже умирал. Он потерял надежду после речи судьи 30 июля. Покидая суд, он с горечью сказал: «Это процесс политического мщения. Кого-то нужно было принести в жертву, и им оказался я». Большую часть вечера Уорд провел со своей,подружкой Джулией Гулливер на квартире приятеля в Челси, где оставил бесчисленные письма. В девять часов вечера он приготовил Джулии поесть, затем отвез ее домой. Хозяин квартиры слышал, как он вернулся около полуночи. Вскоре после этого Уорд проглотил несколько таблеток нембутала (пентобарбитала) и написал еще одно письмо, адресованное хозяину квартиры: «Это больше, чем я могу вынести — ежедневный ужас в суде и на улицах... В самом деле, это (самоубийство) получится удивительно легко и не потребует особого мужества... Задержи реанимацию, насколько будет возможно». На этом месте ручка и сигарета выпали из его рук, и он рухнул на свой тюфяк на полу.

Разбуженный телефонным звонком в 8.30 утра хозяин квартиры нашел Уорда на полу с посиневшим лицом, пеной на губах и почти не дышащего. В госпитале Св. Стефана он умирал три дня. Пытаясь вернуть Уорда к жизни, применили экспериментальное средство «619» (позднее названное «доксапрам»), но днем 3 августа 1963 года он умер, не приходя в сознание.

Через шесть дней в крематории Мортлейк было лишь два венка. Один — от семьи Уорда; другой — от нескольких драматургов и критиков, в том числе Кеннета Таймэна и Джона Осборна, на котором была надпись «Стефану Уорду, жертве лицемерия».

См. Каролин Кеннеди (1987).

Уоррен Леонард (Warren Leonard)

(1911-1960)

Американский баритон победил на оперных прослушиваниях в Эйре в 1938 году и начал свою карьеру в нью-йоркской «Метрополитен-Опера» в ноябре того же года. Уоррен был крупным человеком с необыкновенным голосом, звуки которого могли наполнить зал любого размера. В «Метрополитен» Уоррен спел двадцать две партии в 636 спектаклях.

4 марта 1960 года зрители на вечернем спектакле чувствовали атмосферу гала-представления. Исполнялась опера Верди «Сила судьбы». Обладательница удивительного голоса, Рената Тибальди выступала первый раз в сезоне; в дуэте из третьего акта Уоррен, исполнявший партию дона Карлоса, и тенор Ричард Такер (дон Алваро) продемонстрировали присущее им мастерство. Затем Уоррен превосходно исполнил сольную арию. Он кончил петь с поднятыми руками — его обычный жест триумфа — и был встречен громом аплодисментов из переполненного зала. Выслушав новость о спасении раненого товарища, которую принес хирург, и обрадовавшись ей, Уоррен повернулся, чтобы уйти, глядя на портрет сестры Леоноры (Тибальди), который держал в руках. Вдруг он уронил портрет и через мгновение упал лицом вниз и остался недвижим. Хирург поспешил к нему! Дирижер остановил оркестр. Врач склонился над Уорреном, затем бросил полный отчаяния взгляд на дирижера. В тот же момент занавес опустился. Такер, старый друг Уоррена, бросился к нему с криками: «Ленни, Ленни!» Домашний врач певца пробежал между рядами и поднялся на сцену. Он осмотрел Уоррена и потребовал кислород. Несколько человек пытались делать искусственное дыхание рот в рот, пока не доставили кислород из медицинского пункта.

Агата Уоррен вышла из своей ложи и поспешила за кулисы. Позже она рассказывала, что заметила что-то странное в лице мужа перед тем, как он упал, и, в отличие от большинства зрителей, не поверила, что он просто оступился. Монсеньор Эдвин Бродерик из собора Св. Патрика, который находился в зале, также прошел за кулисы, чтобы выполнить последние обряды. (Еврей по происхождению, Уоррен принял католическую веру за восемнадцать лет до смерти.)

В половине одиннадцатого вечера, примерно через полчаса после случившегося, главный управляющий «Метрополитен-Опера» со скорбным лицом появился из-за занавеса. «Это один из самых печальных вечеров за всю историю театра», — сказал он. Из зала последовали крики «Нет!», женщины зарыдали, мужчины утирали глаза. Управляющий продолжал: «Давайте почтим память величайшего певца, который умер во время одного из своих лучших выступлений». Затем добавил: «Думаю, вы согласитесь, что продолжать представление невозможно».

Личный врач певца предполагал, что Уоррен умер из-за обширного кровоизлияния в мозг. Он считал, что смерть наступила в десять часов.

Три тысячи людей прошли мимо гроба певца, выставленного для прощания в зале аббатства. Покойный был одет в расшитую золотом белую мантию командора рыцарского Ордена всадников гроба Господня в Иерусалиме. Панихида состоялась седьмого марта в католической церкви Св. Винсента. Уоррена похоронили на кладбище Св. Марии в Гринвиче, шт. Коннектикут, после короткой церемонии.

Уорхол Энди (Warbol Andy)

(1928-1987)

Американский мастер поп-арта, он известен также своими оттисками на шелке банок суповых консервов, бутылок из-под «кока-колы» и портретов Мерилин Монро. 3 июня 1968 года он был тяжело ранен из пистолета душевнобольной феминисткой Валерией Соланас, приживалкой на его фабрике в Манхэттене, на которой было налажено массовое производство его творений. Уорхол пролежал в госпитале шесть недель, и ему вырезали пострадавшую селезенку.

Во время первой демонстрации своего гигантского полотна «Тайная Вечеря» в Милане в январе 1987 года, Уорхол уже страдал мучительными болями. Ранее его неоднократно предупреждали о необходимости удаления желчного пузыря, но больницы пугали его. Когда он проезжал мимо них, он всегда закрывал лицо руками. Саму смерть он называл «самой ошеломляющей вещью», которая может случиться с человеком, и подчеркивал, что каждый волен принять любое решение по поводу того, как поступать с его телом. После возвращения в Нью-Йорк, обедая 5 февраля в ресторане, Уорхол выскочил из-за стола, жалуясь на сильную боль с правой стороны, и немедленно отправился домой. Но он по-прежнему избегал встречи с врачом, посещая только дерматолога, который производил ему подкожные инъекции для разглаживания морщин, и косметолога, делавшего массаж правой стороны живота. Уорхол доверял «лечению кристаллами», когда «врач» проводил кусочками аметиста и кварца по его телу, но теперь кристаллы, похоже, потеряли свою силу. 17 февраля, в холодной раздевалке он дожидался свою натурщицу и вдруг почувствовал сильную боль. Ночью он принимал секонал, вали-ум и аспирин, пытаясь получить временное облегчение, и на следующий день наконец отправился к своему врачу.