Чтение онлайн

– Очень похож, – усмехается Степан. – Снежок с шоссе.

– Ну, если только, – соглашаюсь и прохожу следом за Степаном.

Он снимает со Стеши шапку и отпускает ее на пол как раз в тот момент, когда из спальни с протяжным мяуканьем появляется заспанный котенок.

– Какой миенький! Какой маенький! – тут же бежит к нему дочь, а котенок дыбит спину и боком уносится в комнату.

– Куда в обуви? – бросаюсь следом, но врезаюсь в мощную руку, преградившую мне дорогу. Сосед мягко возвращает меня ладонью обратно.

– Не трогай. – серьезно смотрит на меня. – Пусть играет.

– Да надо раздеть ее, жарко. – объясняю ему, как маленькому.

– Сейчас разденем. Только ты мне расскажи, Настя, почему твоя дочь боится отца? – Степан склоняется к моему лицу и долго всматривается в глаза.

Его тихий голос звенит как сталь и вибрирует от бешенства.

– И почему ты плачешь?

Глава 25. Настенька

– Стеша не боится отца, – отстраняюсь назад, вжимаясь в комод. – Просто… мы в разводе и приняли решение, что так будет лучше. Я работаю, моя дочь под присмотром бабушки. И ничего я не плачу.

Степан отстраняется, хмуро глядя на меня.

– И стоит оно того? – фыркает. Вижу в его взгляде непонимание и осуждение.

– Это временно, – медленно выдыхаю, стараясь унять подскочивший пульс.

Хочется… расплакаться у него на груди. Чтобы обнял крепко-крепко и просто гладил по волосам. Просто расслабиться в руках сильного мужчины и отпустить ту боль, что уже проела в душе огромную дыру. Но какой в этом смысл?

Он защитит меня от моего бывшего мужа? Вернет мне Стешу? Кто он нам? Никто. Сосед. Да и закон на стороне отца.

Сначала у меня не было квартиры, теперь есть квартира. Но еще теперь есть ипотека, а это высокая финансовая нагрузка. Дальше еще что-нибудь будут придумывать. И все, что мне сейчас нужно – грамотный адвокат, который сможет защитить мои права.

– Дядя Степа! – Стеша выбегает из комнаты и Степан тут же переключается на нее. – Котеносек под каватку пятался!

– Сейчас мы его оттуда выманим, – усмехается сосед и тянет моей дочери руку, а она без промедления тянет ему свою. – Только давай разденемся. Есть хочешь?

– Кафетьку? – смотрит на него Стеша, задрав голову.

– Кафетьку. – усмехается он.

Наблюдаю, как Степан сажает Стешу на стул и, присев на корточки, снимает с нее ботиночки. Они такие крохотные в его огромных ручищах, что кажутся игрушечными.

Когда дочка оказывается освобождена от верхней одежды, наверное, сосед и сам замечает то, насколько она маленькая, потому что внезапно ещё более аккуратно поправляет ее кудряшки и, разглядывая, молча вздыхает.

– Что стоишь в дверях как не родная? – встает и уточняет, не глядя на меня. – Доставай чашки.

– Котеносек, – напоминает Стеша.

– А, да. – хмыкает Степан и достает из шкафа пакетик корма. – Вот так делай.

Сосед трясет пакетом и он громко шуршит. Отдает Стеше. Она принимается им старательно трясти и через пару секунд с протяжным воплем на кухню влетает Всадник Апокалипсиса.

Он с лету запрыгивает ошалевшей дочке на руки и глядит ей в глаза, не прекращая орать.

– Он хосет кусять, – смотрит Стеша на соседа с восторгом.

– Корми, – кивает он с серьезным видом и достает из полки конфеты, пока Стеша с азартом выковыривает из пакета корм и дает котенку с руки.

Сидим втроем и пьем чай. Стеша болтает ногами и периодически подаёт Степану явно дорогущие шоколадные конфеты и он разворачивает их, сразу пихая ей в рот, потому что руки дочери заняты кормом и котенком.

Это выглядит для меня очень странно, потому что я никогда не представляла рядом с моей дочерью мужчину. Даже чисто гипотетически.

Я все это время жила только одной мыслью – я её отвоюю и мы будем жить вместе. То, что в моей жизни когда-нибудь появится человек, который будет жить с нами, и, например, мы сможем просто вот так сидеть на кухне и пить чай вместе, я даже не представляла.

Мечтала ли я после развода о крепком плече рядом? Мечтала, конечно же. Но никогда это у меня ни в одну картинку совместного быта не визуализировалось. Я и дочь в моих мыслях всегда были отдельно, я и мужчина – отдельно.

Я даже не думала, что мой ребенок может быть интересен кому-то, кроме меня.

Это подтверждали примеры моих девочек перед глазами.

– Степан, а почему вас заинтересовала Стеша? – смотрю на него.

– Люблю детей, – отвечает он, бросая на меня короткий взгляд.

А ведь до этого говорил, что не любит.

– А что не заведете? – не удержавшись, беру конфету.

Настоящий шоколад настолько нежный, что просто тает во рту.

– Ты психолог? – хмурится он.

– Да просто интересно. Обычно мужчины с вашим статусом и в вашем возрасте не бывают холостыми.

– Анастасия! – рыкает сосед и внезапно пихает мне в рот ещё конфету.

Пытаюсь увернуться, но ловлю испуганный взгляд дочери и, вздохнув, губами принимаю из рук Степана сладость.

– Иногда лучше жевать, чем говорить. – он, довольно ухмыльнувшись, слизывает с пальцев подтаявший шоколад.

– Дядя Стёпа, – зовёт его Стеша, аккуратно дёргая за рукав. – Не Анястясия… Нястенька.

– Настенька? – хмурится он снова, глядя в ее взволнованное лицо и пытаясь разобрать слова.

Дочка довольно кивает.

Сосед переводит на меня задумчивый взгляд и буравит им, отчего я даже жевать перестаю.

– Да что не так-то? – смущенно откашливаюсь и прикрываюсь чашкой.

– Интересные вы… Настенька.

Будто спаситель от неловкого момента, в кармане звонит телефон. Юля.

– Настя, ну что? Мы с Ромашкой можем выдвигаться. – слышу ее запыхавшийся голос в трубке. – Где встречаемся?

– Ой, Юль, – смотрю на время. – Давай минут через тридцать-сорок в кафе с игровой?

– А потом на мультфильм, да?

– Да, как и договаривались, – соглашаюсь и прощаюсь.

– Юя? – уточняет Стеша. – А котенок?

– Да, солнышко. Мы же договорились погулять с Юлей и Ромой. А котенок должен лечь спать после того, как покушал.