Чтение онлайн

– Вижу, ты послушался.

– Только зачем мне это…

– Понадобится, подумай - и поможет, ты уж поверь.

Отлично! Ему опять ничего не сказали. Но столько бодрствовать он уже не мог, к тому же за день до этого не выспался, да и чуть с ума не сошел сегодня, так что его мозг автоматически отключился. Снились ему сплошные желуди, в которых ради маскировки были превращены живые существа, в том числе и он сам. Было тихо и спокойно - как настоящему желудю. Проснулся от требовательных толчков в плечо.

– Вставай, 17.00 на дворе, как-никак!

– А? Что?!

– Вставай! Сбегать не будешь?

– Буду, - Дитрих не встал, но как-то дернулся вверх, разлитая глаза.

– Приходи в себя, и убираемся отсюда. Держи, выпей. Может, полегче будет.

– Это… что?

– Медовуха. Не знаю, как у тебя, но у нас от нее в голове иногда проясняется.

Ди сделал первый несмелый глоток, и тут же сделал второй - побольше. Медовуху до этого ему пить доводилось, пусть всего раза четыре, но в голове от нее у него не прояснялось никогда, в отличие от этого раза.

– Готов?

– Погодите… Что вы собираетесь делать?

– Дай руку, расслабься, представь, что засыпаешь - так тебе будет безопасней.

– Хорошо?
– это был вопрос, а не утверждение.

Дитрих перестал чувствовать запах чистоты, немного изводивший его все это время, не сразу, постепенно. Он действительно будто засыпал без сновидений, переставая ощущать свои конечности.

***

Вали подкинул в руке желудь, и со вздохом сказал будто сам себе.

– Жалко, он не сможет увидеть то, что у нас тут творится.

– Эй!
– послышался агрессивный шепот Силы.
– Идите сюда.

В щелку между стеной и едва открытой дверью вылетела муха, почти тут же выкатился желудь. Вторая муха почти тут же покинула камеру, и дверь тут же захлопнулась и была тут же заперта.

– С Форсети говорила?

– Он ничего не понимает, да и я пока тоже, - мрачно заявила Сила, - что мы будем делать? Прямо спросим: «Не следят ли за Скульд во время ее отпуска?» - не понимаю. Кстати, я с утра заезжала домой, и даже не пришлось к вам заворачивать, чтобы вручить вашему папаше разрешение на вход сюда. Это как он умудрился - заставить перцовый баллончик этого гения, - она кивнула на карман, в котором временно обосновался желудь, - показаться испарившимся?

– Это же не отец хотел газ распылить, а он!

Они спустились по крутой лестнице, стараясь в глазах проходящих казаться как можно более спокойными, оказавшись в опустевший почти идеально круглый холл с настоящим деревом в центре. Для кого-то потолок, почти полностью покрытый зеленью, неизвестно, как до сих пор не увядшей, мог показаться незаурядным зрелищем, например Ди, который этого видеть просто не мог. Троица же направилась к нетерпеливо переминающемуся с ноги на ногу Форсети.

– Добрый вечер.

– Добрее не бывает, - хмыкнул Вали, - Сила сказала?

– Да, и я не понимаю, куда вы трое хотите вляпаться. Сила, тебя же уже понижали до Фольксвангра.

– Шестьсот лет назад я вернулась в Вальхаллу…

– И хочешь повторить все это? Перерыв взять?

– Форсети, мне еще спасибо скажут.

– Зачем тогда нужна Скульд?

– Лучше объяснять не прямо здесь. Держи ключ, камера номер 60, я использовала твой принтер. Это я на всякий случай, если будешь ревизовать кабинет. Очень сомневаюсь, что Скульд пророчит людям просто потому, что ей нечем заняться.

– Пророчит людям? Сила, ты несешь полную чушь. Высокий бы…

– Либо он тянет время, либо он не думает, что с корней может дуть хоть какой-то ветер. Просто потому что сам не прочь, чтобы ему погадали. А тот парень, которого я привезла в изолятор на прочистку, шел именно от Скульд, и явился к Локи явно не из-за ревности к… не знаю, к кому, но мало ли. Локи я знаю.

И Нарви, и Вали, и Форсети странно посмотрели на Силу, которая, кажется, и не думала заканчивать говорить.

– Хорошо, - судья Асгарда принял ключи, - пороюсь у тебя. Но учти, это только потому, что ты как диверсант себя не рекомендовала, а тот первый Средневековый эйнхерий, точнее случай с ним был недоразумением. Я очень хочу в это верить.

– Нильс до сих пор у нас числится, - набычилась Сила, как будто услышала что-то обидное.

– Вот и славно. Удачи вам, и, надеюсь, я не пожалею, что это сказал.

***

– ГДЕ Я?

– Надеюсь, ты не ослеп, - подмигнул и брату, и, почему-то, Дитриху, Нарви.
– Так что добро пожаловать в нашу берлогу.

Помещение, в котором они находились, напоминало скорее чердак жилого дома, в котором было одновременно и все, если иметь ввиду всякую чепуху, и ничего, если говорить о вещах первой необходимости.

– Во всем доке думают, что тут опечатано, но, как видишь, это не так.

– Что со мной было? Вы меня чем-то накачали, и…

– Прекращай, - обиженно скривился Нарви, - сил моих больше нет!

И исчез. Только под потолком забилась галка, которой тут уж точно никогда не было. Птица сделала круг под потолком, опустилась на башню картонных коробок, и тут же на ее месте появился довольно ухмыляющийся Нарви.

– Что вы мне дали тогда? Просто скажите, от этого умирают?

– Говорил же, что это еще хуже, - Вали начал карабкаться, дабы устроиться рядом с братом.
– Ну и что теперь?

– НИЧЕГО!
– Сила явно потеряла последнюю крупицу терпения.
– Что я вообще несла перед Форсети?! Убедили меня, достойные потомки Серебряного Языка, нечего сказать!

– Сейчас мы все объясним. Ди, ты же не отрицаешь, что до того, когда эта чудесная дама, - Вали картинно поклонился Силе, - взяла тебя, ты направлялся по собственному маршруту от некой Сибил Ульд?

– Да… Зачем это вам?

– Она тебе предсказывала какую-то чепуху, брала за это деньги… И больше ничего тебе не советовала, не давала?

– Зачем. Вы. Это. Спрашиваете?

– Давала советы, значит.

– Это провокация, так я тем более не отвечу,- мрачно проговорил Эрнст.
– И вы лезете в мое личное дело!

– Все шло так гладко, хочешь сказать, что незаметно было ничего странного. Приходил-уходил, деньги приносил ей, и ничего, кроме как таскать с собой муху у склянке, чтобы в нужном месте выпустить на удачу, не делал. Странный ты человек- ведь это все даже против твоих убеждений.

– ОТКУДА ЗНАЕТЕ ПРО МУХУ? И какое отношение к вам имеют мои убеждения?