Чтение онлайн

— Я вас слушаю.

— Можете ли вы рассказать мне о своем опыте планирования и работы с компьютером? В частности, офисными программами?

— Раньше я не работала секретарем, но помогала с этими задачами другим сотрудникам. Я быстро учусь и очень организована. А что касается офисных программ, то я хорошо ими владею. Разбираюсь ещё в некоторых бухгалтерских системах, если потребуется.

— Отлично, рад это слышать. У вас будет время подойти завтра на личное собеседование?

— Прямо вот так сразу?

— Да, в вакансии было указано, что секретарь нам нужен уже с понедельника, так что тянуть некуда. Вы будете заняты?

— Нет-нет, я готова, конечно, диктуйте место и время.

Собираясь в понедельник на работу, я всё ещё до конца не верила своему счастью. Я собиралась продержаться на этой работе так долго, как смогу, потому что она была моим счастливым билетом.

Единственная белая блузка, и юбка, которую опять пришлось ушить, из-за того, что я снова похудела на стрессе, выглядели достаточно профессионально.

Весь вчерашний вечер я посвятила тому, что искала информацию про своего будущего босса и компанию, где собиралась работать.

Что я оттуда узнала? Что мой босс тиран, деспот, диктатор, очень богат, много работает, баснословно красив и брутален, и, если верить последней статье, которая попалась мне на глаза уже сегодня утром, пока я пила кофе, является чуть ли не одним из самых завидных женихов страны.

Как раз этот аспект мне был совсем не интересен. Я была не понаслышке в курсе, что происходит, когда рабочие отношения намереваются перейти в разряд личных. Спойлер: ни к чему хорошему это не приводит.

Потренировав улыбку перед зеркалом, я готовилась предстать перед своим боссом как самый улыбчивый, услужливый и исполнительный секретарь в его жизни. Моя решимость была непоколебима.

Что я не предусмотрела, так это то, что через два часа я выйду из кабинета своего нового начальника, уже не настолько уверенная в своих силах.

Что там писали? Тиран, деспот, диктатор? Добавьте ещё от меня изверг. Я думала, что люди преувеличивают, отзываясь о нём в подобном русле, но нет.

Его голос, низкий, вибрирующий, словно пронизывал всё тело, когда он говорил. Когда я сидела у него в кабинете, то успела несколько пожалеть о своём решении устроиться сюда, однако, выбора у меня особого не было.

Как только я села за свой стол, то тут же вновь услышала требовательный голос из селектора:

— Назначьте мне встречу с советом директоров на среду. Обед с инвесторами в четверг нужно перенести на час позже. Сегодня в три пусть ко мне зайдёт Иванчук, и не забудет захватить отчёты по последнему своему проекту. На сайте опечатки в новостях. Кто за них отвечает? Позвоните в отдел кадров, пусть увольняют, и ищут нового сотрудника. Через два часа нужно подготовить конференц-зал, к нам едут немцы.

Он вывалил на меня весь этот список дел, и просто отключился. Ни здравствуйте, ни пожалуйста. Хорошо хоть я догадалась начать записывать, когда он заговорил, потому к концу его сообщения уже забыла половину.

Вечером того же дня, когда я выходила из офиса, то не чувствовала ног. Весь день прошёл как в тумане, в бесконечном потоке задач, которые только прибавлялись со временем. Но я вроде бы выдержала.

Стоя на автобусной остановке, я глубоко вздохнула и напомнила себе, что эта работа стоит затраченных усилий. Хотя бы потому, что другой альтернативы у меня просто нет.

Оливия

Я сидела за своим столом, печатая документы, которые меня просили вчера подготовить, когда мой босс вошел в офис. Я услышала его шаги, эхом отдающиеся от стен, за несколько секунд до того, как отворилась дверь, и ощутила приступ тревоги в животе.

— Доброе утро, Марат Александрович. — вскочила я со своего места, как и вчера.

Босс хмыкнул в ответ и прошел мимо моего стола, направляясь прямо в свой кабинет, снова ничего не ответив. Ну вот что за воспитание у этого человека?

На этот раз он оставил дверь кабинета немного приоткрытой. Что это означало? Может, он хотел, чтобы я зашла?

Я глубоко вздохнула и последовала за ним, чувствуя, как в животе образовался узел из тревоги и страха.

— Мне нужно, чтобы эти отчеты были у меня на столе к полудню, и чтобы вы позвонили Андрееву и ещё раз перенесли встречу, в это раз на следующую неделю — сказал Марат Александрович, бросая папку на стол, словно то, что сейчас происходило было чем-то обыденным.

— Хорошо, что-то еще? — Босс вдруг оторвался от компьютера, в который смотрел, пока давал указания, и начал рассматривать меня, приподняв одну бровь.

— И пригласите ко мне моего менеджера по персоналу. Она пьёт кофе с сахаром.

— Это тоже для общей информации?

— Нет, это для того, чтобы вы принесли нам кофе, когда она придёт.

Я почувствовала, как по моей спине пробежали мурашки, когда мы встретились взглядами. Я первая отвела глаза, развернулась, и поспешила уйти выполнять свои задания.

Марат

Я сидел, пытаясь вникнуть в то, что мне рассказывала Светлана, мой менеджер по персоналу. Она только что закончила говорить о последних тенденциях в области найма, хотя я не просил её об этом, но в моём присутствии многие нервничали, и у части из них открывался просто какой-то словесный понос. Мои же мысли сейчас были совсем не об этом.

В дверь постучали, и Оливия вошла с подносом, на котором красовались две чашки с кофе. Было видно, как она старается держать поднос ровно, чтобы ничего не расплескать.

— Ваш кофе — передо мной появилась кружка, а следом за ней блюдце, на котором лежало несколько конфет и печенье.

— Это что? — решил всё-таки уточнить я. Я не ел сахар ни в каком его проявлении. От него я моментально начинал набирать вес, а я старался держать себя в форме.

— Угощения к кофе? — почему-то с вопросительной интонацией ответила секретарша.

— Я просил только кофе. Самостоятельная инициатива у нас не поощряется. — Её выражение лица начало стремительно меняться с нейтрального на испуганное, а после, она быстро поставила кружку перед менеджером, забрала блюдце со сладостями у меня со стола, и со скоростью молнии практически выбежала у меня из кабинета.

Светлана проводила её взглядом, и начала опять болтать, на этот раз, что-то связанное с инициативным персоналом.

— Светлана Борисовна, — сказал я, прервав ее на полуслове. — А не могли бы вы рассказать мне больше о моём новом секретаре?