Чтение онлайн

А самое главное, мы же всё время были вместе! Когда она успела? В голове тут же возник образ Оливии, удаляющейся в сторону машины Андрея.

Я поднял глаза на неё, она играла просто бесподобно. Глаза полные слёз, трясущаяся нижняя губа, но меня было уже не обыграть этими женскими хитростями.

— На меня твои слёзы не сработают. Если отец ребенка не принимает тебя, я не буду запасным аэродромом.

— Марат, я только сегодня узнала, это твой ребенок, как ты такое можешь говорить — слеза выкатилась из её глаза, проложив сырую дорожку на её щеке.

Хотелось тут же подскочить к ней, обнять, закрыть от всего мира, но я контролировал себя, не позволяя проявить слабость.

— У меня не может быть детей, Оливия. Тут ты немного просчиталась — я встал, и вышел из кухни, потому что больше не мог смотреть, как она плачет. У меня разрывалось сердце от всей этой ситуации, но я понимал, что ни в чем был не виноват.

Уйдя в гостиную, я слышал, как она ходит по дому, наверное, собирая свои вещи. Ничего, Андрей, если что, позаботится о ней, всё будет хорошо.

Через двадцать минут входная дверь хлопнула, и все звуки в доме стихли. Это была плохая тишина, неправильная. Она не дарила свободу и умиротворение, а наоборот нагоняла тоску и грусть.

Мне хотелось выпустить пар, и чтобы не поколотить ничего в доме, я отправился в спортзал, который был на цокольном этаже нашего жилого комплекса.

Знатно поколотив грушу, физически мне стало легче, но вот сердце так и осталось кровоточить, словно окутанное колючей проволкой.

Не знаю, чего я ждал, заходя на следующий день в приёмную, но за рабочим местом Оливии, ожидаемо, было пусто. Пришлось даже позвонить в отдел кадров:

— Добрый день, это Черных, найдите мне нового секретаря, срочно.

— Здравствуйте, Марат Александрович, а что с Оливией? Она же забрала заявление на увольнение.

— Не важно, увольте сегодняшним числом, компенсацию выплатите в пятикратном размере.

— Вы уверены? В пятикратном?

— Вы думаете, я говорю, чтобы меня постоянно переспрашивали, и я исправлял своё мнение?

— Нет, конечно нет, простите. Всё сделаем. — Я протяжно выдохнул, мысли были совершенно не о работе. Я почти не спал ночью, и теперь всё время думал, как там Оливия, и всё ли с ней хорошо.

В своих ночных размышлениях я зашел так далеко, что под утро уже решил ехать за ней, и говорить, что приму чужого ребенка, тем более что не могу иметь своих, лишь бы она была рядом со мной.

Телефон снова зазвонил, и я подумал, что это опять звонят из отдела кадров.

— Ну что тут непонятного? Вы вообще самостоятельно работать можете? — начал кричать я, когда услышал на другой стороне трубки голос бывшей жены.

— Марат, всё нормально? Может, мне позже перезвонить?

— Блин, Вика! Я не понял, что это ты. Говори, чего хотела.

— Да я ничего не хотела, просто мы с отцом вернулись в Россию, и он просил позвонить тебе, пригласить к нам на выходных. Хочет как-то отблагодарить тебя за помощь.

— Ладно, я загляну.

— Марат… — она хотела что-то продолжить говорить, но я ей не дал, совершенно не было настроения поболтать.

— Вика, всё, мне некогда, пока — и тут же положил трубку.

Время до выходных ползло с черепашьей скоростью. Из моей жизни словно выкачали всю радость, а я не знал, что с этим делать.

Кое-как содрав себя с постели в субботу, я заставил себя одеться, и отправился в дом бывшего тестя, в котором раньше мы частенько отдыхали по выходным.

— Марат, рад тебя видеть! — Дверь открыл хозяин дома, и крепко пожал мне руку. Судя по рукопожатию, и здоровому румянцу на лице, самочувствие у отца Вики было действительно неплохим.

— Взаимно — я выдал некое подобие улыбки, это было всё, на что я сейчас был способен.

За его спиной появилась Вика.

— Привет! Выглядишь ужасно.

— Спасибо, вот за что я всегда тебя ценил, так это за честность. Ну, кроме того самого эпизода, конечно. — Вика закатила глаза, а я зашел в дом.

Марат

Мы немного поболтали с отцом Вики о делах, и это позволило мне отвлечься хотя бы на некоторое время.

— Ладно, Марат, спасибо, что заглянул. Мне пора на физиотерапию, я бы, конечно, сам не делал, но Вика как с цепи сорвалась, ходит за мной всё время, смотрит, чтобы все таблетки принимал, и на все процедуры ходил.

— И правильно делает! Вы звоните, если что, знаете ведь, что я всегда помогу.

— Очень ценю, Марат — он ещё раз пожал мне руку и удалился в дом, а я остался ещё на пару минут сидеть на плетеном кресле во дворике его дома.

— Тут ничего не меняется, да? — раздался сзади голос Вики.

— Да, всё так же, как я помню. Только как будто мебель некоторую поменяли.

— Еле уговорила отца год назад поменять то, что уже было просто стыдно выставлять на всеобщее обозрение — она села в соседнее кресло, вальяжно закинув ногу на ногу.

— Слушай, а я ведь недавно забрал анализы из репродуктивной клиники, той, куда ходил, когда мы ещё женаты были. Представляешь, ты была права, дело было во мне.

— Ой, можешь их выбросить и не париться, я подкупила там врача одного, чтобы они тебе это написали. — Оцепенение резкой волной прошло по всему моему телу.

— Что? Зачем?

— Ну ты даешь. Я же не хотела детей! А сказать тебе не знала, как. Поэтому, наверное, и интрижку завела на стороне. Подсознательно хотела, чтобы ты меня застал на месте преступления, бросил и мне не пришлось иметь дел с этой всей взрослой и непонятной жизнью.

— Но мы же не предохранялись, и столько раз пытались зачать ребенка…

— Я просто принимала противозачаточные. Это был самой простой пункт плана.

Она говорила об этом так буднично и просто, явно не понимая, что она, возможно, по незнанию разрушила мои отношения и шанс на полноценную крепкую семью.

Я вскочил с места, с чётким желанием всё исправить, если ещё не поздно. Ещё ведь не поздно, правда?

— Марат, ты куда? Постой! Я с тобой ещё поговорить хотела! — но я уже не слышал её, убегая в сторону парковки, чтобы как можно скорее запрыгнуть в машину и помчаться к Оливии.