Чтение онлайн

— Что?

— Ты против? — удивленно посмотрел он.

— Ну как минимум ты бы меня должен был спросить! — выпалила я, пытаясь встать.

— Девочка, я не буду спрашивать ничего, ты моя. И точка.

С этими словами он достал откуда-то припрятанную коробочку и протянул мне.

— Зачем? Неееет, — я начала отнекиваться как от огня и, спрыгнув, отошла от него на несколько шагов.

— Да, девочка, да. И не спорь. Все, заеб…ся я ревновать тебя к каждому столбу. Я мужик или кто?! — с этими словами он подошел ко мне, взял мою руку и надел мне кольцо на палец. — Так, марш в кроватку, через пять минут буду, чтобы ждала меня голенькой, мне позвонить надо, — развернул меня в направлении комнаты и шлепнул по попе.

Что это вообще было сейчас? А? А меня кто-то спросил, чего я хочу?

Я что, кукла безвольная? Или кто?

Зашла в комнату и уселась на пол у входной двери, смотрела на кольцо и начала от осознания происходящего реветь.

Ну, как это? Я что ему… игрушка?!

Через пару минут Тимур зашел в комнату и встал надо мной во весь свой рост.

— Ну? Что ревешь? — присел на пол со мной рядом.

А как мне не плакать, это же от обиды. Не о таком предложении я мечтала. От обиды даже губы дрожали. Ну что он за человек такой…

— Я что? Скажи, для тебя — кукла для секса? Или кто вообще? Девушка? Ты меня хоть раз своей «девушкой» назвал? Сказал, что я нравлюсь там? Или что?

— Тшш… ну, чего разревелась? — встал на колени и вытер мне слезы.

— А что, — не унималась я. Все, понесло меня по всем ухабам. — Ты только рычишь «моя» и все. Да, секс у нас с тобой классный, все хорошо, но, а чувства как? Ммм? Потом надоем, разведешься?

— Маленькая, ну, чего ты разревелась? Смотри. Я скажу только один раз, не умею я твои сентиментальности говорить. Если бы не нужна была, то не захотел жениться, понимаешь? Нужна ты мне, понимаешь? Нужна! Б…ть, я жизни без тебя не вижу своей, понимаешь? Люблю я тебя, слезомойку, понимаешь? Я, б…ть, каждую секунду в тебе хочу быть!

Он что, мне сейчас в любви так признался? Любит меня? Правда?!

От этой мысли еще больше реветь хотелось — от счастья. И я ревела, ну что поделать, последнее время я вообще сентиментальная стала. Смотрела то на него, то на кольцо и не могла поверить в счастье.

Тим поднял меня с пола и обнял, поцеловал в губы горячо.

— Ну, все. Прекращай, ладно? Давай спать тогда.

Раздел меня как ребеночка, взял на руки и уложил на кровать, накрыл одеялом и поцеловал в макушку.

— Все. Спи. Я поработаю в кабинете немного.

Он погладил меня по спине и встал. А мне стало так не по себе, я ведь тоже его люблю, зверюгу этого ненормального, необузданного, страстного. Он пусть упрямый и грубый, но мой. Всем сердцем его ведь полюбила.

Схватила его за руку, когда он уже начал отходить от меня:

— Люблю… я тоже тебя люблю, — прошептала ему в темноте.

— Я знаю, маленькая. Спи, — и, поцеловав мою руку и ушел.

На следующее утро проснулась и вижу: мой зверюга уже встал раньше меня, так.

Интересненько.

Зашла на кухню, и мне представилась картина маслом: мужчина стоял в одних боксерах и что-то судорожно кашеварил.

— Доброе утро, л…любимый, — запинаясь на этом особенном слове, я подошла к мужчине и обняла его со спины, — что готовишь?

— Завтрак для своей Жасмин, — поцеловал меня в макушку зверюга, — вообще у нас очень много дел, а ты все дрыхнешь.

— Я? — возмущению нет предела, учитывая, что на часах 6.50 утра.

— Мне нужно все успеть, ты должна мне все рассказать о твоих родителях и как им понравиться, — на этом месте он начал немного нервничать.

Божечки! Он что? Переживает, что может не понравиться моим родителям? Не думала, что он может вообще чего-то бояться. Даже смешно как-то.

— Нет, а что ты улыбаешься. По нашим традициям, могут ведь девушку не отдать, — он начал ходить туда-сюда рассуждая.

— Милый, не переживай. Моя семья, конечно, чтит традиции, но это уже больше как светский жест, не более.

— А если я им не понравлюсь?

Ой, смешной то он какой, когда паникует. Ха-ха. И это зверюга и командир?

— Любимый, а разве недостаточно того, чтобы ты мне нравишься? Они примут любой мой выбор, не переживай.

Фуух, немного успокоился, и мы начали завтракать.

— Но все равно, свататься мы придем завтра вечером, я не могу эту пытку растягивать, я вчера полночи не спал.

— Ого, да ты серьезен как никогда, я смотрю, — улыбнулась лукаво Тимуру.

— Конечно, я не могу позволить тебе сбежать от меня! — нахмурился мой герой. — Ты должна мне все рассказать, что они за люди, что любят, а что нет. Какие у тебя с ними отношения, ну все. Б…ть, я от нервов этих скоро все расхерачу уже, — характерно ударил по столу кулаком.

Тааак, видимо, надо зверюгу успокаивать. Что ж, будем успокаивать, а то до свадьбы мы точно не доберемся.

Подошла к нему и села на колени. Поцеловала его в шею и посмотрела лисичкой:

— Зверюга ты моя, не переживай. Лучше скажи, что на самом деле тебя беспокоит, я же вижу, что не в родителях причина. Ну, поделись со мной? Сам же меня просишь все рассказывать.

— Да, б…ть, — выдыхает он и собирается с духом, — понимаешь, я тебе не говорил, я ведь детдомовский, мы с Тёмой вместе росли и знали только уличную жизнь, потом бои, бизнес, а какая она, другая жизнь, я не знаю. Маленькая, мне очень хочется сделать тебя счастливой, но, б…ть, я так боюсь налажать. Я просто не знаю, каково это — иметь семью, понимаешь? У меня ведь никогда ее не было, только Тёма вся моя семья.

В этот момент я готова была расплакаться, ведь этот зверь впервые так близко подпустил меня. Он никогда до этого не обнажал передо мной душу, вот так просто, без его закидонов, его командного тона и хамства.

А ведь и правда очень сильно переживает и хочет, чтобы прошло все гладко. Да, не умеет он говорить красивых слов, не может быть милым и очаровывать девушку своими чарами. Вся эта его звериная натура для меня стала очевидна. Это же просто оттого, что он и всю жизнь был один, один… с самого детства.

В этот момент сердце так сжалось в груди за него, такого родного и такого одинокого, все время боящегося показать свою душу и любовь. Ведь тогда бы это восприняли как за слабость, а в его мире слабость и выживание совсем разные вещи.

И теперь его поведение стало таким незначительным для меня. И пусть он другой, да зверь. Да, и что с того, теперь все встало на свои места. У этого зверя есть сердце, и это сердце принадлежит мне.

***

К слову о сватовстве. Это было так забавно. Накануне я уехала специально домой к родителям. До этого у меня не было разговоров с домашними о Тимуре вообще, на самом деле это был такой стратегический ход. Если моим объявлять все заранее, то они целую историю со сватовством разведут, а так, получается, почти перед фактом поставила.