Чтение онлайн

— Давай заберем его к нам домой, это ведь рядом. На время, до утра, я знаю, как снять приступ, у меня все нужные травы есть! — девушка с мольбой посмотрела на отца. — А потом он вообще на своих ногах уйдет!

— Такой молодой, и уже так болен, — вздохнул мужчина — Вечно ты, Кэти, из меня веревки вьешь. Что ж, одет он ладно, выбрит чисто, может, денег в благодарность за помощь даст, нам бы они пригодились.

Дальнейшее Рольд не помнил, придя в себя лишь в лохани, наполненной восхитительно горячей водой с запахом боярышника. В горле саднило, болел нос, дышавший через раз- должно быть, время, проведенное на голой земле, не прошло для Хэрольда даром, подарив ощутимо зарождающуюся в груди и легких простуду. Чихнув, Грим поднял голову и огляделся.

Комната была, мягко говоря, бедновата, но выглядела довольно уютно. На столе стояли дешевые цветы, чайный набор в шкафу был одним из тех, что передаются по наследству семьями, для которых покупка приличной посуды является довольно значительным событием. Видавшую виды мебель прикрывали изящные вязаные салфетки- должно быть, работа той самой Кэти, что пожалела его. Грим поморщился: жалость — последнее чувство, которое он хотел бы вызывать. Однако право выбирать он давно утратил.

— Вы пришли в себя? — девушка, стоявшая в дверях, хоть и старательно отворачивалась, все равно густо покраснела. Голый мужчина в этом доме был не самым привычным зрелищем.

— Да, и я должен благодарить Вас, милая Кэти, что остался жив, — голос звучал надсадно, будто Рольд долго кричал.

— Вы слышали мое имя? — удивилась девушка.

— Да, я приходил в сознание урывками, — признал Грим — Меня зовут Кайл.

— Рада познакомиться, — девушка осмелилась поднять на него глаза, но быстро отвернулась вновь, хоть за паром и пеной ничего не было видно. Хорошенькая, свеженькая, рыжие волосы, убранные в косу, пухлые губы, прозрачные голубые глаза в пол-лица, на носу россыпь веснушек — но это не беда, даже придает изюминку. Пожалуй, при других обстоятельствах Рольд даже развлекся бы с ней.

— Я добавила в ванну боярышник, а Вам в рот налила специальные капли — Вы не подумайте, я очень хорошо знаю, что делать при приступах, когда больное сердце. Я помогаю в Центральной больнице соседнего города — здесь-то всего один лекарь, и город небольшой, вот я и уехала. А здесь я вроде как на каникулах, через неделю уеду, — скороговоркой выпалила Кэти, явно волнуясь.

— Так мне несказанно повезло застать Вас, — через силу улыбнулся Рольд. То, что сделала девчонка, облегчило его состояние, но не так сильно, как она рассчитывала. Впрочем, в сознание пришел — и на том спасибо. Хуже то, что приступа совершенно точно не должно было быть — слишком рано для повтора. Значит, проклятие стало сильнее и счет жизни Рольда пошел на дни. Нужно срочно что-то делать, он больше не может ждать, пока сработает план жены некроманта. Где, интересно, была все это время Виржини, пока он валялся и подыхал?

— Я могу что-то сделать для Вас? — спросила Кэти.

— Да, горячий чай был бы довольно кстати, — Рольд продолжал улыбаться, чувствуя ползущий по крови лед. — А если у Вас есть вино, будет вообще чудесно

Вино нашлось, хоть и не слишком вкусное, дешевое, слегка отдающее кислым. Впрочем, подогретым и с добавленными пряностями, пусть и самыми простыми, оно вполне годилось, чтобы согреться еще немного, а Рольд был точно не в том состоянии, чтобы привередничать.

Кэти была дочерью гончара, мастера Эйма. Не слишком удачливого, несмотря на старательность. То лавку ограбят, то с поставкой подведут, и их глины не посуда получается, а одно расстройство, то от выкупа заказа откажутся, а то руку поверит — уже дважды такое случалось, и вся работа стоит. Подмастерьев нанимать оказалось хорошей идеей в теории и плохой на практике — недоучившиеся мальчишки чаще портили материал, вводя тем самым мастера в еще больший убыток, чем мастерили действительно качественные вещи. Было похоже, будто гончару и впрямь было на роду написано никогда не жить в достатке. На жизнь хватало, но не более того.

— Я сразу хотела, чтобы папа перебрался вместе со мной, — рассказывала Кэти, хлопоча вокруг Хэрольда. — Только он отнекивается, говорит, что там и своих гончаров наверняка хватает, а он мастер хороший, но посуда у него вовсе не уникальная. Так что бросать все здесь ради неясных перспектив там он не желает. А я бы на его месте рискнула, — Кэти присела за стол и застенчиво взглянула на Рольда. — Иногда так хочется начать все с чистого листа в новом месте! Мне кажется, у папы бы все получилось, просто он слишком сомневается в себе.

Сам мастер компанию гостю не составил — ушел в лавку. Поначалу, впрочем, он был категорически против оставлять дочь наедине с незнакомцем, но Кэти убедила отца, что в своем нынешнем состоянии мужчина и мухи не обидит. Сама девушка попала под чары Грима с того момента, как увидела его лежащим на земле. Он был таким красивым, аристократичным и несчастным. Кэти, в свою очередь, помимо помощи пациентам вечерами пристрастилась к любовным романам, мечтая, что ее собственная история окажется не хуже книжных. Любовь между юной помощницей лекаря и благородным юношей, которого та спасла, как нельзя лучше подходила под описание желаемого ею романтического приключения. Так что девушка решила воспользоваться выпавшим ей случаем.

— Мечта любого мужчины — женщина, что так безоговорочно верит в него, — обворожительно улыбнулся Хэрольд, одновременно лихорадочно размышляющий как бы хоть немного оставить ухудшение. На ум приходило пару ритуалов, однако ничего хорошего для сидящей напротив девушки, спасшей ему жизнь, она не сулили. Рольд, безусловно, хотел выжить, но понятия о чести до конца не утратил. Не убивать же бедняжку за доброе сердце и излишнее сочувствие к подозрительным незнакомцам.

— Кэти, — Рольд все же решил попробовать один из допустимых для себя вариантов, — Вы могли бы кое-что для меня сделать? Нужно забрать мое лекарство, я как раз шел за ним, когда случился приступ. Я напишу записку для аптекаря. Все уже готово, нужно лишь оплатить заказ. Деньги я Вам передам.

Эванжелина

Плечо болело просто адски. Казалось, что неведомая тварь продолжает со вкусом обгладывать мои косточки, а я даже крикнуть не могла — голос не слушался. Я ощущала свое тело, но не могла ни пошевелиться, ни открыть глаза — жуткое чувство. Спустя, наверное, вечность, меня подняли и куда-то понесли. Тварь в плече от движений начала вгрызаться активнее, и я все же смогла застонать. Кто-то нежно провел рукой по моим волосам, но нести не перестал. От боли я вновь провалилась в темноту.

Следующее пробуждение запомнилось ванной, полной ледяной воды, отчего у меня почти сразу начали стучать зубы. Зато плечу стало намного легче, ну или холод просто притупил чувствительность, не знаю.

— Эванжелина! — голос Ника пробивался буду сквозь вату.

Я подумала, что все же у меня галлюцинации: некромант никак не мог узнать, что здесь происходит, а даже если бы и понял, не смог бы так быстро оказаться здесь. Должно быть, я истекаю кровью в компании неизвестной девушки у лестницы.

— Эва! Не спи, ну же! — в голосе Дейла слышалось отчаяние.

Почему не спать? Я притерпелась к воде, она уже казалась мне вполне терпимой. Даже приятной. Я так устала за сегодняшний день…

— Эва! — неугомонный некромант не желал покидать мой предсмертный бред. Вытянул из ванны почти до пояса, а я осознала, что одежды на мне нет. Пробормотав сквозь зубы что-то неразборчивое, то ли заклинание, то ли ругательство, Ник щедро плеснул мне на рану зеленую жидкую мазь. Та вскипела миллионами пузырьков и впиталась.