Чтение онлайн

Смех Мэл пронёсся над ним, как колокольчики, которые его мама вешала перед их старым домом, когда он был малышом. Тогда они очаровали его своим ритмичным, успокаивающим звуком. Теперь он чувствовал то же самое — очарованный, загипнотизированный.

Ого, притормози ковбой.

Он не мог снова свалиться с этой скользкой дорожки, потому что с каждым разом возвращаться к реальности становилось всё труднее. А на самом деле помогать Мэл с её «специальным проектом» было бы не чем иным, как глупостью. У него уже были фантазии о ней и её кривой ухмылке, и он желал, чтобы он мог заставить её улыбаться так вечно. Он бы никогда не выжил, если бы они работали вместе 24/7, чтобы устроить ей достойное свидание.

— Ну что ж. — Мэл поправила своё крошечное платье, затем оттолкнулась от стены и от него. — Назад в окопы.

— Подожди. — Адам положил другую руку на стену рядом с ней, удерживая её в клетке, прежде чем он понял, что делает. Всё, что он знал, это то, что он не хотел, чтобы она уходила. Ещё нет. — Тебе не обязательно этого делать, Мэл. Это преображение.

— Да, я знаю. — Она моргнула, глядя на него своими красивыми карими глазами, такими яркими, невинными и решительными. — Я понимаю, что ты этого не понимаешь, но мне нужно это сделать. Для себя.

Его защитные инстинкты усилились. Он знал её много лет. Он видел её силу, её стойкость. Он знал, что она не сдастся, пока не достигнет своей цели, так или иначе.

Это означало, что Адам мог наблюдать за ней со стороны или он мог активно участвовать, где, по крайней мере, он мог действовать, чтобы обеспечить её безопасность и защиту. Когда он придумал об этом таким образом, помощь ей имела смысл.

В итоге выбора вообще не было.

— Какие ещё планы у Лилли на тебя? — спросил он.

Мэл пожала плечами.

— Она назначила мне встречу со стилистом из салона, в который она ходит в Инди, в эту пятницу. Потом мы собирались пообедать, а потом купить новый гардероб.

— Я возьму тебя с собой, — сказал Адам, прежде чем одумался. — У меня сегодня выходной в гараже. Если ты всё ещё хочешь, чтобы я помог тебе...

Она моргнула, глядя на него широко раскрытыми глазами, выглядя такой же шокированной, как и он сам.

— Ты поможешь?

— Да, но с основными правилами. — Он прочистил горло. — Я помогу с макияжем и подсказками о мужчинах и свиданиях, но это всё. Никаких тренировочных заездов. И ты сама по себе в любовной части. Я не занимаюсь любовью.

Это должно помочь защитить основные моменты. Аккуратно, безопасно, надежно.

Затем Мэл облизнула губы, и он проследил за этим лёгким движением, не в силах отвести взгляд.

— Хорошо, — сказала она. — Я в деле.

Адам хотел убежать, хотел спрятаться, хотел поцеловать её так сильно, что чуть не сошел с ума. Но это была Мэл. Младшая сестра Джеймса. Практически семья. Кроме того, за эти годы он поцеловал так много женщин, что давным-давно сбился со счета. Красивые женщины, уверенные в себе женщины. Но никакая другая женщина никогда не действовала на него так, как Мэл. На самом деле, она напугала его, если честно. Она была слишком хороша для него. Совсем из другой лиги.

Знание не останавливало желание.

Когда он стоял неподвижно, Мэл в замешательстве посмотрела на него.

— Адам? — Время замедлилось, когда его пальцы сомкнулись на её, и его вселенная наклонилась вокруг своей оси. — В деле.

В пятницу днём Мэл сидела в ошеломляющей тишине в роскошной спа-атмосфере салона «Belle Journee», пока стилист Лилли, Маргарет, отрезала и измеряла, казалось, каждую прядь волос на голове Мэл. Снова и снова, отрезала и измеряла, снова и снова, с точными маленькими движениями. Они вошли за час до этого, и стройная стилистка сразу же усадила Мэл на кресло, чтобы начать её преображение.

Перед стрижкой Маргарет покрасила крошечные полоски краской спереди и по бокам каштановых волос Мэл, а затем аккуратно завернула каждую полоску в фольгу, оставив блестящие разноцветные язычки, торчащие по всей её голове. Она была проинформирована об основных деталях.

Теперь она двигалась взад-вперед, от одной стороны стула Мэл к другой, с сосредоточенным выражением лица. Она была одета во всё черное — леггинсы, водолазку и халат — волосы в ярко-бирюзово-розовой косынке и полный макияж в тон. Лилли упомянула, что Маргарет поменяла пол, и Мэл должна уважать это. Мэл была более чем уважительна; она была в восторге. Маргарет, возможно, была одной из самых красивых женщин, которых она когда-либо видела. Кроме того, со всеми этими удачно расположенными пирсингами Маргарет заставила Мэл серьезно задуматься о том, чтобы сделать себе несколько таких же. Она только однажды прокалывала уши, по одному разу в каждой мочке. Но теперь, она восхищалась крошечной бриллиантовой серьгой, блестевшей из правой ноздри Маргарет и ещё одной на её левой брови, она задавалась вопросом, не следует ли ей внести в свой макияж нечто большее, чем просто прическу и макияж. Мэл хихикнула, представляя лица её пожилых волонтеров в библиотеке, которые с ужасом отреагируют, если она вернётся домой с кольцом в носу.

— Если ты будешь продолжать двигаться, дорогая, я не могу нести ответственность за ровные линии твоей стрижки, — сказала Маргарет, сурово взглянув на Мэл и улыбнувшись с раздражением. — Помимо всего прочего, я горжусь своей точностью.

Мэл замерла, глядя через салон в приёмную, где в одиночестве сидел Адам, выглядевший так же неуместно, как священник в чистилище. Лилли отказалась в последнюю минуту, оставив их двоих одних. Тем не менее, он пообещал оставаться рядом с ней до её дня рождения. Это был их крайний срок. Она просто надеялась, какая-то магия заставит его согласиться помочь, хотя бы немного дольше.

— Почти готово. — Маргарет слегка повернула кресло, так что Мэл отвернулась от Адама, оставив ей смотреть только на голую белую стену.

Ладно. Ну и отлично.

— Как давно вы интересуетесь как делать красоту?

— Из утробы, дорогая. — Маргарита обиженно вздохнула. — Больше никаких разговоров. Это мешает моему моджо. Устройся поудобнее, расслабься, и мы обсудим всё, после того, как ты расцветёшь.

Ещё один поворот её стула, и Мэл ещё раз взглянула на Адама. На этот раз он смотрел на неё и быстро вздернул подбородок для ободрения. Её желудок завязался узлом. Ожидание убивало её. Она слегка повернулась, думая, что может мельком увидеть своё отражение в зеркале, но нет. Всё, что она получила за свои усилия, это темпераментное ворчание Маргарет и твердые руки по обеим сторонам её головы, заставившие её снова выпрямиться.

Наконец, по прошествии времени, которое показалось вечностью, Маргарет перестала работать и потащила Мэл в зону с шампунями. Её волосы были вымыты и прополосканы, и вся эта крошечная фольга была удалена. Затем ей на голову накинули полотенце, которое снова мешало ей что-либо видеть, пока её вели обратно в кабинет стилиста, где Маргарет высушила феном и распушила её новую прическу.

Наконец стилист отступил назад и сияюще улыбнулся Мэл.

— На этот раз я превзошла сама себя, дорогая. Ты великолепна.

Мэл медленно повернулась к зеркалу и… Вау!

Какая разница в форме и цвете. Там, где раньше её волосы были гладкими каштановыми, теперь по ним пробегали мерцающие блики карамельного, каштанового и даже золотого цвета. Вокруг её лица и на макушке тоже были слои, добавляющие столь необходимый объем. Она ещё не была готова к клубу, учитывая отсутствие макияжа, но уже ближе, чем когда-либо.

Когда Маргарет пошла за инструментами для следующей части её преображения, Мэл подняла глаза и увидела Адама, приближающегося из вестибюля, выражение его лица представляло собой странную смесь настороженности и удивления. Её сердце сжалось. Не то чтобы чрезмерный энтузиазм, но и не откровенная неприязнь. На самом деле он казался немного ошеломленным её новой стрижкой, когда остановился возле её стула, уставившись на неё.