Чтение онлайн

Жители Восточной или Центральной Украины, рассуждая о западноукраинцах, часто не видят дальше своего носа. Будто бы там под каждым кустом и около любой автобусной остановки сидит злобный и хитрый бандеровец, готовящийся выстрелить в спину. А ведь не учитываются факторы, которые и распространяют вот такие стереотипы.

Прежде всего, дело обстоит в исторических перипетиях, которые автор задевал чуть выше. Ещё свежи воспоминания галичан о терроре репрессивно-карательных органов СССР в 1939–1941 гг. и после окончания Второй мировой войны: они имеют полное право сердиться на Советский Союз и Россию, как правопреемницу первого. Другими словами, не обязательно соглашаться с умозаключениями львовян или тернопольчан, но понять их вы обязаны.

Второе. Информационная война. Жителей Западной Украины обрабатывают по полной программе, население тамошних областей будто бы зомбируют (практически тот же комплекс действий характерен и для русскоязычной части Украины, но поскольку тема статьи не об этом, автор не будет рассматривать данный контекст). Здесь можно выделить несколько черт. Включаешь местное телевидение (у кого есть спутниковое — меня поймёт). Что слышно? Правильно, имперская Россия хочет поработить Украину и превратить галичан в рабов. Включаешь радиостанцию: оккупационная украинская власть пляшет под дудку Кремля, не хочет идти в Европу, проводит русификацию. Выходишь на улицу: агитки на столбах сообщают об угрозе со стороны Варшавы либо Румынии. Читаешь местные газеты, так там говорят, что Восток и Крым хотят отделить «неонацистский и ксенофобский Запад».

Данные стереотипы используют в корыстных целях политики местного уровня, чтобы добраться до киевской кормушки. Так было с Народным Рухом, так повторилось и с Ющенко. Поголовное давление радикально-националистическими тенденциями создаёт ситуацию политического садизма. С этой точки зрения львовян, тернопольцев и ивано-франковцев чисто по-человечески жаль. Галицкий электорат используется для активизации юго-восточного в роли «пушечного мяса» для разного рода майданов, националистический контингент обслуживает интересы могущественных политических группировок, сам того не подозревая, антисоветизм и паника старательно, целенаправленно раздуваются невидимыми кукловодами.

Одним из недостатков радикальной формы национализма есть популизм. Для того чтобы добиться социально-экономического процветания своих избирателей, ультранационалисты действуют довольно странными, просто-таки абсурдными способами — путём политических голословных клише. Хотя, как известно, одним Кобзарём сыт не будешь. Продвижение же и сохранение украинской культуры радикальные националисты пытаются осуществить методом противопоставления: например, при помощи русофобии, сильной политической/культурной поляризации как внутри региона, так и за его границами.

В таких случаях корректно задать вопрос: чего больше приносят такие ультрапатриоты — пользы или вреда?

Важной задачей для украинского правительства, граждан Украины, справедливых местных элит есть нейтрализация радикальных националистических движений и уничтожение — как минимум, снижение активности — эффекта ультранационализма. В этом также заинтересованы государства Европейского Союза, Соединённые Штаты и постсоветское пространство.

Представим на минуту, что в Украине появится справедливая партия с честным политиком во главе. Учитывая потенциал регионов нашей страны, велика вероятность, что она возникнет на юго-востоке либо в центре. Для того чтобы выйти за границы местного уровня, ей придётся завоевать доверие избирателей Западной Украины и при этом ухитриться не потерять благосклонность русскоязычных.

Критерий победы над националистическим радикализмом предельно прост. Нельзя забывать, что явления такого типа не появляются просто так, их рождению способствуют объективные причины.

1. Строгий контроль над ультранационалистическими организациями, в случае необходимости (при нарушении ними украинского законодательства) запрет их деятельности, криминальная/административная ответственность их членов. Многие политологи постоянно заявляют, что национализм в ЗУ не был бы столь сплочённым и пламенным, если бы не имел постоянной подпитки. Кто в этом заинтересован? Ответ: местные власти Львовщины, Ивано-Франковщины и Тернопольщины, центральное украинское правительство и, как ни странно, представители крупного капитала Юго-Восточной Украины. Кроме того, демократия — не анархия, это чёткое разграничение прав и обязанностей. И вот здесь заключается парадокс: когда против радикальных националистов начинают применять закон, они вспоминают о толерантности. Ирония судьбы.

2. Целенаправленная пропаганда против ультранационализма. Особое место необходимо уделить контрпропаганде и нейтрализации многих мифов и стереотипов, что блуждают в сознании галичан. Можно вспомнить крики о якобы введении русского вторым государственным, хотя его наделили региональным статусом, фразы Шарля де Голля и Че Гевары про ОУН-УПА, Уинстона Черчилля об антифашистах, Карла Маркса о понятии родной (в других примерах — государственный) язык, Мела Гибсона о Голодоморе/Холокосте, фразы Жукова о «хохлах» (гиперболизация минусов СССР и приуменьшение его плюсов), а также прочее мракобесие, для которого потребовалась бы не одна статья. Суть в том, что радикальные националисты переворачивают всё с ног на голову, тем самым мифологизируя умы граждан.

3. Нейтрализация факторов, приводящих к радикально-националистическим движениям. Чрезвычайно важный пункт. Поддержка радикальных националистических движений всегда возникает не на пустом месте. Это значит, что держава движется не тем курсом или движется недостаточно быстро. Ведь интерпретация проблематики мигрантов, прочих внешних/внутренних опасностей имеет под собой реальную подоплёку, поэтому ультранационализм нельзя уничтожить, его влияние и распространение можно только максимально снизить.

Завоевать доверие местных жителей нужно конкретными делами. Вместо Бандеры, ОУН-УПА и украинского языка, хотя они также важны, учитывая регион, делать приоритеты на проблемах, что волнуют тех же львовян, тернопольчан и ивано-франковцев сейчас и в данный момент, т. е. повседневно.

Приблизительный список: борьба с безработицей, паводками, криминалом, создать невысокий уровень индустриализации (достаточный для удовлетворения потребностей на местном уровне и в то же время сохранение уникальности региона), модернизация дорог, ЖКХ, снижение налогов и повышение соцстандартов, решение экологических проблем, йододефицита среди сельского населения. Гуманитарная политика должна быть взвешенной и конструктивной. Не хватает литературы на украинском языке, справочников в образовательных учреждениях и тому подобное? Значит, необходимо запрос удовлетворить полностью. С другой стороны, если местные жители-нацменшины потребуют открыть пару русскоязычных школ либо классов, их требования также должны быть решены. Хотят открыть памятник какому-либо деятелю ОУН-УПА? Прекрасно, так и будет, но, во-первых, пусть люди помнят, что вместо того же монумента можно купить пару деталей для трактора или глобус в школу (расстановка приоритетов на ваш выбор!), во-вторых, местное население должно поддержать данное решение и чётко осознавать, за какие заслуги он ставится.

Главная черта бандеровского национализма — враждебность. Но враждебность не только по отношению к России, хотя данная вертикаль занимает важную позицию. Потомки и наследники оуновской идеологии чаще всего считают врагами всех — русских, поляков, венгров, румын, особенно коммунистов и москалей, руководствуются принципом «Кто не с нами, тот против нас». И вот в этом различие между ними от гражданских/умеренных националистов: первые разжигают рознь, вторые сглаживают острые углы. Против неадекватных (!) представителей этого движения и должен быть направлен основной удар.