Чтение онлайн

Я вышел из кабинета, притворив за собой дверь. Секретарша сидела за столом и хлопала длиннющими ресницами. Под столом лежали красные туфли, на которые она опустила чтобы отдохнуть свои воистину великолепные ноги. Окинув меня надменным взглядом секретарша углубилась в бумаги.

Я терпеть не могу, когда вот так задаются.

Я небрежно забрал со стола свои стеклянные глаза, гипсовый нос из музея и мужественную нижнюю челюсть, найденную мною в археологической экспедиции. Я немного покопался в своей сумке и, озадаченно окинув взглядом комнату, вежливо сквозь зубы спросил:

– Вы где-нибудь здесь мою кобру не видели?

Ее равнодушие как рукой сняло.

В мгновение ока девушка оказалась на столе, демонстрируя розовые кружевные трусики и дико визжа.

Не может она поддерживать светские беседы.

– В чем дело, Марина?
– возник в дверях шеф.

– Змея!
– пискнула Марина, озираясь по сторонам.

– Петров?

– Галлюционации, - пояснил я, разглядывая ее колготки телесного цвета.
– Типичный случай белой горячки. "Скорую"

вызывать?

– Н-да, - согласился шеф, глядя туда же, куда и я. Но "скорую" вызывать не стал.
– Слезайте со стола и оформляйте Петрова в командировку. В Южную Африку.

Шеф хлопнул обшитой кожей дверью.

Секретарша спорхнула со стола.

– Идиот.
– Потом ее ресницы дрогнули и она вдруг уставилась на меня, будто я был розовым австралийским кенгуру.

– Зачем вы едете в Африку, Петров?

– Ловить для зоопарка тигров.

– Они там не водятся.

– Тогда львов, - я подфутболил ее туфлю в другой угол комнаты.

– Придурок, - она обиженно надула губы.

Я поднял туфельку с пола и с любопытством ее рассматривал.

– Саламандра?

Марина прямо босиком, если не считать французских колготок, кинулась ее отбирать.

– Петрофф...
– с придыханием выговорила она, глазами пытаясь измерить глубину моих зрачков, а руками - дотянуться до туфли,- А как там насчет настоящей французской косметики?

Я усадил ее на стол, чтобы рассмотреть приятный контраст очень длинных ног с очень короткой юбкой.Как натуралист, я не мог пройти мимо такого наблюдения.- Тебе так не холодно?

– Ты туда на самолете?
– уже деловито осведомилась Марина.

– Я бы предпочел субмарину.

– Подводную лодку , что ли?

– Это смотря как перевести. "Суб" - по латыни - "под", а "Марина"- в переводе с греческого - "море". Я бы предпочел перевести первую половину, а вторую оставить как есть.

– Пошляк !
– она отобрала туфлю.- Может быть кто-то и окажется, но только не ты. У женщины надо сначала завоевать сердце, а уже потом все остальное.

– Было бы что отвоевывать.
– отпарировал я.- Все, что в тебе есть,- это только секс и эротика, а остальное - ну полная пустота !

Дырокол щелкнул мимо моего уха. Я вылетел за порог и услышал, как в дверь ударилась красная итальянская туфелька.

И тут меня посетила идея.Из телефона-автомата я набрал номер шефа.

– И еще одно условие, босс, - чтобы пищу мне в клетку приносила Марина...

ГЛАВА 2.

Рано утром, когда дворники еще лениво махали метлами, мы с шефом уже были в его кабинете.На столе лежал комбинезон, сделанный из шкуры бедняги Бенни , Я влез в нее и попробовал пошевелить губами перед зеркалом. Вместе с моими двигались губы Бенни. Шеф издал радостный вопль.

– Вот что значит гены! Ты настоящий орангутанг, Петров!

Шеф радостно бегал вокруг меня и время от времени подпрыгивал от восторга.

– Шеф, вы перепутали,- это я орангутанг, а не вы.

Для верности я прошелся по комнате на четвереньках - Пойдем.- сказал шеф, - Я провожу тебя на место работы.

– Вот,- сказал он - Здесь уже созданы нормальные условия : отдельный санузел, новые бревна.

– А на черта мне новые бревна, шеф?

– А на чем же ты спать будешь? Старое уже почти совсем развалилось.

Под потолком на цепях было подвешено бревно.
– Орангутанги спят на деревьях.

– Спасибо, шеф, я всю ночь буду проводить, падая и снова забираясь на это бревно.Спите так сами, если Вам нравится, шеф, а мне поставьте кушетку.

– А может тебе еще телевизор поставить?

– Неплохая идея.

– Ну тут еще всякие верёвочные лестницы с канатами подвешены, чтобы не скучать.

– Как это не скучать?

– Ну чтобы ты бегал там, прыгал по лианам.

– Чего, чего делал?

– Петров, ты получаешь зарплату.

С этого дня я начал работать.

Моя работа сводилась к тому, что я делал все, что хотел - кричал, корчил посетителям рожи и и объяснял им жестами, что я о них думаю. Забавно, но посетителям это нравилось.Попробуй я отколоть тоже самое в своей собственной шкуре, меня бы очень живо упекли в психушку.

В один прекрасный день я обнаружил у своей клетки соседа по подъезду, который вечно стучал на меня во все инстанции, что я, видите ли, въезжаю на мотоцикле на пятый этаж, громко включаю музыку, ору в мусоропровод и привожу к себе домой девиц, которые вопят по ночам нечеловеческим голосом. Между нами говоря, это я брал домой выхаживать некоторых больных животных. Впрочем легенда о рычащих по ночам девицах создала мне своеобразную репутацию в моем доме, вследствие чего мужики из подъезда стали мне заговорщицки подмигивать, а женщины посматривать с нездоровым интересом.

А теперь он приперся сюда и приволок с собой какую-то девицу. А когда он заявил, "что эта горилла напоминает ему соседа волосатика, ну помнишь, этого...", я не выдержал, прицелился и плюнул ему на лысину. Я всегда очень точно плюю на лысины.

Народ пришел в буйный восторг, а сосед, оказавшись в центре внимания, просиял от удовольствия и с идиотской улыбкой сообщил, что он всегда нравился разным животным.

Наверно он имел в виду свою подругу. И мелких насекомых.

Вообще мои эксцентричные выходки пришлись по душе посетителям, и у моей клетки часто собиралась толпы.

Если раньше я делал научную работу, наблюдая за поведением приматов, то теперь я вполне мог бы записывать свои наблюдения за поведением людей по ту сторону решетки.

Если, к примеру, это был парень с девушкой, то он обязательно старался показать, что он отлично знает, что я - это горилла, и рассказывапл обо мне кучу интересных вещей, от которых волосы на шкуре Бенни становились дыбом. Девушка в это время обычно рассматривала, как я устроен и потихоньку сравнивала меня со своим парнем.