Чтение онлайн

— Любая мелочь может пригодиться. Никогда не помешает иметь мать вроде Типпи Хендрен или Джанет Ли.

— Кто-нибудь из них свободен и может сыграть эту роль?

Китти поняла намек.

— Что, все настолько плохо?

— Хуже некуда. В этом направлении нам лучше не копать.

Китти захихикала:

— Милая, как-нибудь мы с тобой напьемся и обменяемся семейными историями. Готова поспорить на сто баксов, что моя история будет похлеще твоей.

— Договорились!

Татьяна подтолкнула Китти к двери, пока близнецы не проснулись. Едва они вышли из спальни, как у Китти зазвонил мобильный.

— Китти Бишоп. Ты можешь говорить спокойнее? Я тебя не понимаю… это тот же подонок?.. Не волнуйся… нет… я об этом позабочусь.

Китти отключила связь и вздохнула:

— Это моя клиентка-лесбиянка. Одному фотографу из «желтой» газеты втемяшилось в голову ее разоблачить, и он повсюду ее преследует. Он только что сумел сфотографировать, как она целуется со своей любовницей. Это уже не в первый раз.

— Я ее знаю?

— Думаю, ты каждый четверг смотришь по телевизору ее передачу.

— И что ты собираешься предпринять?

— Раздобыть пленку.

— Как?

— Одно время я встречалась с гангстером. У меня есть свои методы. — Китти заторопилась уходить. — Я позвоню, как только дата съемки будет назначена. Удачи на съемочной площадке! — Она помахала Джеку. — Пока, Джон!

Джек, стоявший возле кухонной раковины, поднял голову и раздраженно поправил:

— Меня зовут Джек.

— Что ж, по крайней мере я честно попыталась запомнить имя. Обычно я с обслугой не разговариваю.

С этими словами Китти удалилась и закрыла за собой дверь. Татьяна видела, что реплика Китти больно задела Джека. Она почувствовала себя ужасно.

— Когда-то у меня тоже был рекламный агент, — вспылил Джек, краснея, — но такого она себе никогда не позволяла. У этой особы совершенно нет такта. И ты хочешь, чтобы она официально выступала от твоего имени?

— Я понимаю, она немножко резковата…

— Резковата? Да она вся в зазубринах, как китобойный гарпун.

Джек зашел в кладовку и достал крекеры в форме фигурок животных, ванильные вафли и сырное печенье в форме золотых рыбок. Татьяна улыбнулась: в том, что он старался давать Итану и Эверсон именно те лакомства, которые они любят, было нечто невероятно трогательное.

— А что насчет романа с Грегом Тэппером? Я думал, этот тип — придурок.

— Так и есть, — мягко сказала Татьяна. — Но Китти считает, что если публика будет думать, что у нас с ним роман, это будет полезно и для фильма, и для моего имиджа в прессе.

Джек промолчал. Татьяна заметила, что его лицо напряжено.

— Ты ведь не ревнуешь? Он сверкнул глазами:

— К чему, к твоему бутафорскому роману? Ни в коем случае. Чего ревновать, если я в любой момент могу закрутить настоящий?..

— Ну, в этом я не сомневаюсь. Вопрос в другом — насколько настоящим будет твой роман? Это, знаешь ли, Лос-Анджелес. Ты собираешься рассказывать девушке, с которой только что встретился, что работаешь няней?

— Мэнни. — Джек немного подумал и твердо сказал: — Да. На самом деле, я думаю, это будет отличной приманкой для девушек. Сама подумай, мужчина зарабатывает себе на жизнь тем, что заботится о детях и защищает их… Да женщины с ума сойдут от восторга. Это значит, что я очень чуткий. Быть мэнни — это даже лучше, чем иметь щенка. Ты же знаешь, девушкам нравится, когда у парня есть, скажем, шоколадный Лабрадор шести недель от роду. А это будет даже лучше. Пожалуй, мне надо будет положить в бумажник фотографию близнецов. У тебя найдется приличный снимок?

Татьяне захотелось пнуть Джека побольнее.

— Я не позволю, чтобы Итан и Эверсон работали для тебя сводниками. Это отвратительно!

Джек рассмеялся.

— Над чем смеемся? — спросил Энрике, входя в комнату. Он вручил Татьяне белый пакет из аптеки. — Неужели для тебя нет ничего святого?

Она заглянула внутрь:

— Противозачаточные таблетки? Велика важность! Энрике усмехнулся:

— Вчера я покупал тебе тампоны… я начинаю чувствовать себя твоим гинекологом.

— Кстати, о гинекологе. Узнай, можно ли записать меня на эпиляцию зоны бикини. Через несколько дней начинаются съемки, и первой снимается большая любовная сцена. Ах да, увези к себе домой всю еду, которую ты накупил для вечеринки «Мэри Кэй», она занимает слишком много места в холодильнике. Думаю, твои соседи по квартире будут только рады.

— Затея Керра провалилась, — сказал Энрике, — пришли всего шесть женщин. У меня иной раз в постели бывало больше. — Поймав на себе странные взгляды Татьяны и Джека, Энрике уточнил: — Только после изрядной порции текилы. — Он похлопал себя по щеке и подмигнул. — Зато какая у меня теперь гладкая кожа!

Татьяна усмехнулась:

— Может, тебе стоит увести его у Джейрона?

— Могут возникнуть проблемы, потому что формально он все еще женат на тебе.

Джек засмеялся. Татьяна притворилась рассерженной.

— Развод скоро будет оформлен, и тогда я стану свободной женщиной. — Она шутливо покосилась на Джека. — Пожалуй, я даже могла бы выйти за Грега Тэппера.

— Грега Тэппера? — ужаснулся Энрике. — Тогда надо внести номер телефона адвоката в список быстрого набора.

— Хватит болтать, лучше запиши меня на эпиляцию! — приказала Татьяна.

Энрике равнодушно пожал плечами:

— Ладно…

— Энрике! — позвал Джек. В его дружелюбном тоне чуткое ухо Татьяны уловило заговорщические нотки. — Может, встретимся как-нибудь, выпьем вместе? Я хочу познакомиться с красивой девушкой, и у меня почему-то такое чувство, что ты знаешь, где они водятся в этом городе.

Татьяна посмотрела на него с негодованием. Энрике удовлетворенно кивнул, мысль Джека явно пришлась ему по душе, еще больше ему понравилось, что Джек признал его авторитет как первоклассного жеребца.

— Да, я могу показать тебе хорошие места. Татьяне захотелось хоть немного омрачить этот момент трогательной мужской солидарности.

— Джек думает, что если он будет рассказывать женщинам, что работает мэнни, они не смогут перед ним устоять.

Энрике ахнул:

— Блестящая идея, старик! Это почти также хорошо, как работать пожарным. Гарантирую, у тебя от женщин отбоя не будет!

Татьяна потеряла дар речи, а Джек просиял:

— Знаешь, я тут подумал, может, носить с собой сумку с детскими подгузниками — чтобы уж совсем вжиться в роль?..

Энрике на секунду заключил Джека в свои медвежьи объятия:

— Ну все, парень, ты — мой новый идол.

Энрике и Джек подняли вверх ладони с растопыренными пальцами, потом как-то хитро пожали друг другу руки — прижали, схватили, потянули, то есть исполнили некий чисто мужской ритуал, распространенный среди взрослых мачо с ограниченными умственными способностями.