Чтение онлайн

– Нет, я не могу, – ответила она. – Я не стану отвечать на их вопросы.

– Пойми, Эрин, у тебя нет выбора. Почему ты не хочешь добровольно дать показания?

Она упрямо покачала головой.

– Но иначе тебя обвинят в противодействии правосудию.

– И посадят в тюрьму? – По крайней мере, там она будет в безопасности.

– Кто знает… – Он тяжело закашлялся. – Говорят, «Анархисты» на все пойдут, чтобы отмыть от тюрьмы своего главаря Деррика Риза. Если мне удастся перекинуться словом с офисом шерифа, мы перенесем это дело на федеральный уровень. Тогда будет проще.

– Нет, не могу.

Он задумчиво потер переносицу:

– Если ты сбежишь, то автоматически станешь подозреваемой в преступлении.

– Говорю тебе, я не могу. Лучше я скроюсь. Ты мне поможешь?

– Эрин, ты с ума сошла? Ты слышала, что я сказал? Если я смогу связаться с федералами и ты признаешься, что была на месте преступления, они применят к тебе программу защиты свидетелей.

– И потребуют, чтобы я дала показания, и мне нужно будет присягнуть, что я буду говорить только правду.

– Конечно. Эрин, в чем дело? Кого ты покрываешь?

Она молчала.

– Майк, кто это был? Кто меня подставил?

Он глубоко затянулся самодельной сигаретой, глядя на нее из-под густых бровей.

– Слышал, что как раз сегодня утром один из твоих отпетых дружков визжал громче, чем поросенок под ножом.

– Стивен! – прошептала она. Несмотря на все, предательство больно уязвило ее. Она никому не могла сказать, кто на самом деле был свидетелем убийства.

Дым от сигареты Майка кольцами поднимался к потолку. Она вдруг закашлялась.

– Майк, я не могу тебе все сказать. Поверь мне на слово. Мне нужно сбежать, нужно исчезнуть. Ты мне поможешь? Вопрос идет о жизни и смерти. Пожалуйста, просто поверь мне.

Он долго смотрел на нее в раздумье, наконец кивнул:

– И долго ты собираешься скрываться?

– Не знаю. Сколько понадобится.

– Идем. – Он сделал ей знак рукой. Она вошла за ним в дом, и они составили план действий.

Вздрогнув, она очнулась от воспоминаний. Ее одолевала страшная тоска по дому, желание оказаться там, где все это началось, – в Сан-Диего. Но она знала, что, возможно, уже никогда не увидит дома.

Она открыла глаза и заставила себя выкинуть из головы мечты о доме.

«Внимание!» – напомнила она себе, когда такси свернуло на забитую машинами улицу, ведущую к ее кварталу. Над головой раскачивались рекламные растяжки. Машина пробиралась по людным улицам все дальше, а она думала, правильное ли решение приняла. Не лучше ли было сразу отправиться в аэропорт? А если сейчас они гонятся за ней? Или считают, что она погибла?

Они.

Она так долго скрывалась от этих «они», у которых не было лица.

Взгляд ее упал на старинный британский особняк в викторианском стиле, с его крепкими каменными стенами, стройно возносящимися ввысь. Мир вокруг него стремительно менялся, а он стоял, гордый и неколебимый как скала, не желая уступать свои позиции. Он живо напоминал ей о доме и придавал мужества.

Такси свернуло за угол, и вокруг все снова стало иным. Если ей что-то и нравилось в Джорджтауне, то вот это смешение старого с новым, взаимопроникновение английских и малайских традиций. Она нарочно сняла квартиру относительно недалеко от школы, в одном из самых оживленных районов Джорджтауна, где вдоль улочек теснились лавки, магазины и открытые киоски, а за ними высились заурядные кирпичные дома. С первого взгляда ей полюбился этот район.

Когда такси остановилось и она открыла дверцу, в нос ударил резкий запах карри, смешанный с вонью коллектора. Этот запах уже ассоциировался у нее с ее здешним домом. После двух месяцев пребывания в Джорджтауне он стал казаться ей привычным и надежным. Но так было раньше, с горечью напомнила она себе.

– Подождите меня, пожалуйста, – попросила она водителя, выходя из машины.

В узком коридоре с выцветшими обоями было пусто. Тишину нарушали только бормотание телевизора, доносящееся из-за одной двери, да рокот старой стиральной машины в подвале. Она остановилась около темной деревянной двери в конце коридора. Ей вдруг показалось, будто она здесь в первый раз, будто этого кошмара и не было.

Дэниел, вспомнилось ей, и к горлу подступили рыдания, угрожая лишить ее самообладания. Нужно было думать о побеге, но из головы не выходил Дэниел. Он был одним из немногих ее друзей в Джорджтауне и остался бы живым, если бы она не одолжила ему свой автомобиль. Он не просил ее об этом, она сама уговорила его воспользоваться ее машиной. И на ней лежит вина в его смерти.

«Из-за тебя, все из-за тебя», – стучало у нее в голове.

«Прекрати, перестань немедленно!» Сейчас не время для самобичевания и даже для скорби. Нужно поскорее бежать, пока из-за нее больше никто не пострадал. Эрин взялась за круглую ручку и нерешительно остановилась, закусив губу.

– Эрин!

Она сильно вздрогнула, едва удержавшись от крика, и круто обернулась.

– Янг! Как вы меня напугали!

– Сегодня вас спрашивал какой-то человек. Он нашел вас? – спросил владелец дома, худой человечек с унылым лицом и поникшими плечами. – Извините, но, когда он ушел, я открыл вашу дверь, только чтобы убедиться, что все в порядке. Нужно заменить несколько замков в доме. – Он пожал плечами. – Правда, не так уж часто у нас залезают в дом, но никогда не знаешь… – Он кашлянул, и хриплый звук отозвался эхом в пустом коридоре. – Очень рад, что у вас все обошлось.

– Спасибо, Янг. Не знаю, что бы я без вас делала.

– Ничего, мне это не трудно, – сказал Янг, но озабоченно всмотрелся в нее и шагнул ближе. – Помните, я уже говорил, что вам кое-кто нужен. У меня две дочери вашего возраста. Да вы знаете, а с одной из них уже виделись. – Он помолчал. – Так вы уверены, что все в порядке?

– Да, конечно, не беспокойтесь. А скажите, как он выглядел, этот человек? – спросила она, стараясь удержать голос от дрожи.

– Крупный парень, примерно ростом шесть футов, может, выше. Трудно сказать. – Он усмехнулся. – Не знаю. Одет хорошо, аккуратно.

– Это был малаец?

– Н-нет. Говорил с акцентом, не с австралийским, с каким-то другим.

– Спасибо. – Она не спросила про цвет его волос и кожи… Да какая разница? Она и без Янга знала, что человек не был малайцем. И все-таки… – Какого цвета у него волосы?

– Не знаю. На нем была такая вязаная шапка. Слушайте, я не думаю, что он вернется, – завершил он, звеня ключами.

Дрожащей рукой она повернула ключ в замке и остановилась на пороге. Затем распахнула дверь шире и стала лихорадочно осматривать комнату. В коридоре стукнула какая-то дверь, заставив ее вздрогнуть.