Чтение онлайн

Я не знала, радоваться этому или нервничать, хотя секс склонял меня к первому варианту.

Мне всё время казалось, что пузырь блаженства, который мы создали, вот-вот лопнет, и через несколько дней после нашего отъезда это наконец произошло.

* * *

Мы целовались в джакузи на крыльце нашей беседки, когда зазвонил мой телефон. Я проигнорировала его, пока он не зазвонил снова.

Никто никогда не звонил мне дважды.

Оторвавшись от Рафаэля, я прошла через крыльцо на песок и подошла к шезлонгу, на котором его оставила.

На экране высветилось имя Бринн, и я поднесла его к уху.

— Алло?

— Что-то не так, — быстро сказала она, и в её голосе было столько паники, что я сразу же насторожилась.

— Что случилось?

— Майли не вернулась домой вчера вечером. Я решила, что она просто осталась с Эваном, но она не ответила на мое сообщение. Или когда я позвонила. Я подождала несколько часов, а потом отследила её телефон и выследила её. Я обнаружила его в мусорном баке вместе с одеждой, в которой она была вчера. Она вся в крови.

Мои глаза расширились.

— Что за чёрт? Где она? С ней все в порядке? — слова слетели с моих губ, хотя я знала, что у Бринн не было на них ответов.

— Я не знаю. Я не знаю, что делать. Я не могу спросить у братьев, им запрещено вмешиваться. Я не знаю, стоит ли мне звонить Виллинам или…

Рафаэль взял у меня телефон и нажал на кнопку, чтобы включить громкую связь. Его рука легла мне на бедро, он прижался грудью к моей спине, удерживая телефон между нами, и повторил мой вопрос.

— Что случилось?

Бринн снова рассказала историю, и глаза Рафаэля сузились, пока он слушал.

— Кто такой Эван?

— Он вампир. Она встретила его на вашей вечеринке. Она сказала, что влюбилась в него, а Майли никогда не дает парням шанса.

— Эвана, а дальше?

Бринн на мгновение замолчала.

— Я не знаю его фамилии, — наконец сказала она.

Он посмотрел на меня, и я покачала головой.

Майлз упорно скрывала это.

— Я позвоню Башу и Зандеру. Татум пришлет тебе код от квартиры по соседству с нашей; она принадлежит мне. Входи и оставайся там, пока за тобой не придет кто-нибудь из моей семьи. — Рафаэль отдавал приказы спокойно. В его голосе звучала властность, но вместе с тем и теплота. Люди слушали его, и я понимала, почему они это делали.

— Я не хочу прятаться, — запротестовала Бринн.

— Моя семья сделала многих вампиров очень, очень злыми. Это было целенаправленное нападение, и мы не хотим, чтобы кто-то ещё охотился за вами. Отправляйся в мою квартиру, где мы сможем обеспечить тебе безопасность, пока не поймем, кто под угрозой.

Голос Бринн был очень тихим, когда она сказала:

— Хорошо.

— Я люблю тебя, Би. Мы разберемся с этим, — быстро добавила я. — С Майлзом все будет хорошо.

Она прошептала свое согласие, и Рафаэль положил трубку.

— С ней все будет хорошо, правда? — спросила я, чувствуя страх в животе.

Раф долго смотрел на меня, прежде чем честно сказать:

— Я не знаю.

А затем он начал действовать. Он проводил меня к дивану в передней комнате нашего бунгало, а затем двинулся так быстро, что мне было трудно уследить за ним глазами. Он разговаривал с братьями, пока собирал наши вещи и наводил порядок в комнате, и несколько минут разговаривал по телефону, пока печатал на своем ноутбуке.

Он продолжал работать, когда подъехала машина, чтобы отвезти нас в аэропорт, и я поняла, что должна была догадаться об этом гораздо раньше.

Мир Рафаэля был гораздо больше моего.

Его жизнь была намного больше моей.

Для него наши отношения были лишь небольшим всплеском, но для меня они имели огромное значение.

У него была целая жизнь до нашей с ним… и она не совпадала с моей.

Вовсе нет.

И я не представляла, как мы с этим справимся.

Вернее, как я буду с этим справляться. Ведь очевидно, что Рафаэль решил не говорить мне о том, что я и мои друзья подвергаемся опасности из-за его работы.

Если Майли пострадает из-за Рафа, я никогда ему этого не прощу.

Бринн и Майлз были семьей, которую я выбрала, и я готова была бороться за них всеми силами.

Даже если это будет стоить мне пары.

Чем дальше мы удалялись от коттеджа, в котором остановились, тем больше Татум замыкалась в себе. Я видел это по её глазам и по тому, как она реагировала на меня.

Когда я прикоснулся к ней, она отпрянула.

Когда потянулся к ней, она отодвинулась.

Когда я спрашивал её о чем-то, её ответы были короткими и отрывистыми.

Я с ужасом представлял себе её реакцию, когда она узнает, что, скорее всего, случилось с Майли. Вампиры не убивали, когда в дело были вовлечены люди, и жаждали мести. Они знали, что обращать их гораздо жестче.

Вампир боролся с жаждой крови на протяжении всего своего существования, если только он был свободен. А если они не были свободны, то превращение человека превращали в сущую пытку, а затем они умирали от голода, медленно обращаясь в камень.

Я знал эту боль лучше, чем многие другие.

На полпути полета обратно в Скейл-Ридж я получил сообщение от Зандера. В нем было всего два слова:

Зандер:

«Нашел его».

Я заставил свое дыхание оставаться ровным, пока ждал очередного сообщения, чтобы Татум не оглянулась и не поняла, что мы что-то узнали.

Послание было адресовано мне и Башу. Я знал, что Баш сейчас на улице, отдельно от Зандера. Мы искали штаб-квартиру клана нестабильных вампиров, которые поселились в Шкальном хребте примерно в то время, когда я сбежал из тюрьмы.

Я был гораздо полезнее, когда вместе с Башем бороздил улицы. Этого нельзя было сделать, когда Август сидел на моей заднице и искал доказательства того, что я собираюсь вернуться к убийству вампиров-изгоев. Как только он уйдет, я снова примусь за дело.

Уведомление снова высветилось на моем экране.

Зандер:

«Эван работает на Эрика Рейнера. Он молодой, рожденный вампир, и никогда не был ни в чем замечен. Его отец — Чарли Дил, и он выглядит почти так же, как и его отец. Он убедил Чарли разрешить ему пойти на вашу вечеринку вместо него».