Чтение онлайн

— Значит, русский язык — примитивный? — спросил один.

— Да, как примитивна Библия — перед компьютером.

— А что, так и есть — примитивна…

Тут я не нашелся сразу, что ответить. Надо будет подкатить и развить: что в разных отношениях. И про прогресс = регресс (Руссо). И что позже — ведь ближе к смерти, к разрушению. Примитив — здоровее. И Бетховен — «примитивнее» в сравнении с электронным джазом…

О гонийности в языках и роды говорят: отнесение предметов к мужскому или женскому. А английский от этого обстругал слова. Слово в Англии словно преодолело гравитацию, всемирное тяготение (недаром тут его понимать принялись первые — Ньютон), и оно стало самостоятельным вертикально джентльменом, «сэлф-мэйд» который. Как мачта на корабле-острове Англии.

А и языкознание разнонациональное — интересно. В Америке — семиотика, Пирс. Тут отношение к слову — как к знаку, а не как к живому существу из плоти. И важны — отношения, на уровнях горизонтальных, в настоящем времени. А индогерман- ская лингвистика искала родословное древо языков и праязык, язык-предок, родитель, от кого все прочие, как дети, ответвились. Взгляд — в происхождение, в генезис.

И в американском стиле — слова-обрубки, cut-words, и тяга к аббревиатурам: называть по первым буквам: Си-би-эс, Ю-Эс- Эй и т. п.

— Но это же — и в советском языке! — мне из класса. — СССР, КГБ…

— Да, американизм этот пошел по свету. Все — скорости принцип; время = деньги, так что некогда произносить целое слово, коли и так понятно. А до Революции не было сокращений в русском языке.

Сейчас додумываю: не семитский ли тут еще уклон и вкус — во всех этих ЦК, ЧК, ВКП(б), КПСС?.. Там ведь слово — по согласным означается. Так что еврейство коммунистов в России и на язык повлияло… Русский же язык, слово — держится гласными.

И раздольность протяжного слова, как песня. И ударение — на втором и третьем слогах, да и далее. А в английском — на первом норовят скорее, ибо время = деньги. Потому и система времен развита в языке — как оттенков трудовых операций. Continuous = сейчас вот вещь изготовляется. Perfect = сделана в прошлом — и вот налицо она, результат и т. д.

Определенность и дифференция большая. А у нас в этом — неопределенность, не жесткость. Вот и артикль нам трудно дается. А это = вычленение индивидуума из рода, из класса имен. Персонализация.

Тут Бернадетта — о безличных предложениях мысль подала:

— Мы говорим по-английски: I think(я думаю), а в русском: «мне думается» или просто «кажется». Это говорит о безличности Космоса и Логоса, о невыделенности достаточной индивидуума.

— Верно. У нас как бы само Целое так глаголет-думает.

— И у нас «я» пишется с большой: буквы — I, а у русских оно — последняя буква в алфавите.

— Хотя была первая тоже — Аз в старославянском. Но потом в русском пришел йот и отпало «з» и откочевало слово на конец…

Да, еще Уитман напомнил, что Сепир говорил, что слова в английском — islands = слова-острова. Ну да: а в синтетическом языке слово — континент, материк.

И вот парадокс: синтетического языка слово — более самостоит: ибо все свое носит с собой. А слово-остров-обрубок — потенциальное: его значение — в зависимости от места и оператора.

Однако и минус в синтетических языках и словах — изобилие, неэкономия, щедрость, избыточность: одно и то же отношение выражается на несколько ладов. Например, женскость — через окончания и в имени, и в глаголе, и в прилагательном, хотя достаточно бы лишь в имени его иметь: «Умный Лисица спросил Ежа»… Хотя сказал так — и пропала плазма слова и предложения атмосфера.

19. Х.91. (Ишь симметрично как дата построена! И ровно два месяца, как тут). Начинаю день в жанре слабого существования. Напугался, проснувшись в ночи: в боку колет волнами — не аппендицит ли? Тогда операция сожрет весь мой заработок. Старался заснуть; утром лежал — укротить нутро. На зарядку не выходил: боюсь сейчас двигаться. Есть — не ел: поголодаю, почищу себя. А то вчера еще перепил и переел, наверное, на обеде у президента университета.

Кстати, оказывается, лекции мои имеют успех — студенты умные ему доложили. Он меня посадил полевую руку (справа — дама) и тост подымал. Разговаривали с ним. Правда, я пару ошибок допустил: сказал, что никогда не преподавал, а лишь изучал, писал. Он рекомендовал поездить по Америке — увидеть Калифорнию, на что я: приходится готовиться к занятиям, чтобы быть интересным. И что, если пригласят лекцию читать — можно бы; да на короткий срок — утомительно: ведь 62 года мне. Он: «Не может быть!» — выгляжу-то я черноволос и легок. Но в Америке такая искренность глупа: человек такого возраста уже бесперспективен…

Ну, ладно: не жить с ними. Да именно искренность — оригинальность и составляет мою. И на лекциях-беседах потому так живо…

Димка (сын от первого брака — 4.8.94) только звонил из Турина. Предлагает брать право на жительство — «зеленую карту», поскольку сын — американский гражданин.

Вроде рассосалось, успокоилось в боку.

Давай начинай Русскую часть послезавтрашней лекции в Дартмуте — впиши.

А может, кофе тут слишком много пью, даровое ибо (в департаменте рядом с домом) — вот и колет в боку какая-нибудь печень. Хотя все путаю: на какой стороне аппендикс, на какой — печень. Сколько раз уточнял — и все забываю.

Вчера (в ночи то есть) представлял разных женщин, студенток тут… И все равно ни на кого лучше не распаляюсь, как на Светлану — жену, ее представя. Вот это — да!

3 ч. Неусильно день провожу. Два часа посидел на солнышке, написал Россию для лекции. Потом слегка обедал, лежал; теперь поеду часа на два-три на велосипеде: прекрасная теплая осень; на поле гольфа заеду — смотреть. Так — не особо весело, но безусильно и здорово, сохраняя армию (= себя) для жития, — препровождаю время живота… (Кутузовской тактикой, которая — русский стиль выживания и победы: тянуть время, уклоняться от клинча сражений — и так само собой. — 4.8.94.)

8 ч. Кажется, подвоскресил себя. Три часа на велосипеде по осени ездил, на огород-сад выехал, наелся малины и помидоров, груш набрал. Приехал, поужинал, дреманул. Сейчас вечер — мой. В животе — кайф. За окном шум-шелест. От дождя? Нет, от сухой листвы…

Теперь допишу кусок про Америку в лекцию.

20. Х.91. Да, жизнь спасенная тут идет. Воскресший я. Орга- низмус юн и свеж. Праздную утро. Птичечка на солнышке крылышками щебечет, к окну моему подлетев. Из спальни кларнет благородный с оркестром свои игры с бытием выводит. Выспавшийся в холодке, промялся в зарядке, душ принял; сейчас яблочков пару очистил. Присел у теплой батареи отмыслиться. Благодать! Жизнь!