Как я родилась
Шрифт:
Перед отъездом Кристина плакала, стоя на перроне, и говорила:
– Прости, пожалуйста, не знаю, что со мной. Ты же знаешь, что я не настолько сентиментальна!
– Любимая, то, что ты плачешь, - это замечательно. Это значит, что ты наконец-то оттаяла. И при расставании мы все становимся немного сентиментальными, - с мягкой улыбкой, вытирая ее слезы носовым платком, говорил Юра.
– Юрка, ну какой ты у меня замечательный!
– всхлипнула Кристина.
– Я не заслуживаю такого счастья!
– Именно ты и заслуживаешь, Крис, - сказал Юра серьезно.
– Кто, если не ты?
– Пассажиры, поднимаемся в поезд, отправляемся, - сказала рыжая проводница со слишком ярко накрашенными глазами.
Последний поцелуй, последнее пожатие рук, и вот Кристина уже стоит в своем купе, прижавшись лицом к грязному окну. Всего неделя. Неделя, и, если не случится ничего непредвиденного, они будут снова вместе. Как пережить эту неделю?..
***
Наверное, Сашка почувствовал себя виноватым, потому что через пару дней после отъезда Крис позвонил мне и пригласил в гости. На семейный ужин. И, хотя я понятия не имел, что такое семейный ужин, пришлось идти.
Дверь открыла миниатюрная голубоглазая блондинка и пропела нежным голоском:
– Привет, проходи. Я Светлана, жена Саши. Очень рада с тобой познакомиться.
Тут из комнаты выбежал мальчик лет четырех и, увидев меня, остановился в нерешительности.
– А это наш Кирюша, - сказала Света, обнимая ребенка.
– Саша назвал его в твою честь.
Я снова почувствовал себя сволочью: лучший друг назвал сына в мою честь, а я не знал этого. Потому что ни разу не поинтересовался даже, как его зовут…
Я был очарован Саниной женой. Веселая, остроумная, приветливая, искренняя и открытая девушка моментально располагала к себе. С ней, кажется, невозможно было не найти общего языка. Она с интересом слушала истории о моей жизни заграницей. Потом спросила:
– Кир, а что ты собираешься делать здесь? Думал уже об этом?
– Я устроился на работу барменом, - сказал я не без гордости.
– Вот собираюсь Кристину обрадовать…
– Кристина это та твоя девушка, от которой ты сбежал?
– спросила Света.
Она спросила без иронии или издевки, возможно, немного удивленно, зато Сашка не выдержал и громко засмеялся.
– Да, Кир, - сказал он, немного успокоившись, - Она обрадуется! Будет просто счастлива. А ты не думаешь, что ей плевать?
Весь мой энтузиазм, вся радость от работы мгновенно улетучились.
– Она просила меня найти работу…
– Бармена?
– спросила Света.
Я не смог ответить. Саша больше не смеялся. В его глазах появилось даже что-то вроде сочувствия. Похлопав меня по плечу, он сказал:
– Прости, старик. Молодец, что нашел работу. С чего-то же нужно начинать!
Больше мы не возвращались к этой теме, и остаток вечера прошел в теплой и непринужденной обстановке. На прощание Саша сказал мне:
– Кир, не наделай глупостей. И, если будет что-то нужно, обращайся.
Я вышел а улицу, в дождливый ноябрьский вечер. У них дома было так тепло и уютно, так радостно и светло! Это была картина идеальной жизни. Муж, жена, ребенок. Вкуснй ужин, тепла постель… Я заплакал. Я не завидовал Саше, нет, я искренне радовался за него. Я плакал от осознания своей собственной никчемности, ненужности и потерянности. “С чего-то же нужно начинать”, - сказал Саша. Начинать с нуля в моем возрасте? Больно и страшно. Да, именно боль и страх овладели мной в этот вечер. Я мечтал, чтобы он скорее закончился.
Работа бармена в небольшом ресторанчике, куда я устроился, не имела ничего общего с работой в Вегасе. Но, с другой стороны, в первый же день открылись радужные перспективы левого заработка. Я работал почти сутками, стараясь поменьше времени проводить в квартире Кристины. Там было невыносимо. В квартире был сделан ремонт, почти вся мебель была новой, но я то и дело находил следы нашего с ней прошлого. На кухне все еще висели яркие малиновые занавески, которые сшила моя мама, немного потертая обивка дивана, на котором я спал, тоже осталась прежней, среди сувениров на полочках попадались подаренные мной безделушки. Но я не чувствовал себя здесь дома, эти свидетельства моего былого присутствия только еще острее подчеркивали то, что я остался в прошлом. И оттуда нет возврата.
В воскресенье у меня был выходной, и я с нетерпением ждал приезда Кристины. Еще в субботу я загрузил холодильник продуктами и готовой едой, расставил по комнатам вазы с разными цветами и даже купил торт. Крис запретила ее встречать, но я выпытал у Славика номер вагона и, купив еще один букет цветов, приехал на полчаса раньше положенного времени.
Она вышла из вагона, сразу увидела меня и приветливо улыбнулась.
– Спасибо за розы, - сказала она, по-дружески поцеловав меня в щеку.
Я замер и не мог пошевелиться, ее губы словно обожгли меня.
Увидев украшенную цветами квартиру, Кристина пришла в восторг, который даже не старалась скрыть.
– Кир! Ты меня просто поразил!
– воскликнула она.
– Я даже не знала, что ты способен на такие жесты!
– Ну а я не знал, как прекрасно ты готовишь, - ответил я, осмелившись взять ее за руку.
Она улыбнулась, снова прикоснулась губами к моей щеке, но руку убрала.
Еще больше она удивилась, увидев полный холодильник. С удовольствием позавтракав, сказала:
– Кир, спасибо тебе огромное! Правда, мне очень приятно.
– Ты хорошо съездила?
– задал я единственный волнующий меня вопрос.
– Да, отлично! Представляешь, мы два дня вообще не вылезали из кровати, даже не одевались!
– счастливо улыбаясь говорила она.
От этих слов у меня внутри поднялась ледяная волна ревности. Но я заставил себя улыбаться.
– Ну а потом я помогала ему с работой.
– А он сам не справляется?
– Дело в том, что бизнес-план мой, и, конечно, мне легче его реализовывать. Кроме того, Юрка не очень разбирается в дистанционном управлении, там своя специфика.
– А ты разбираешься?
– спросил я.
– Если помнишь, я училась неплохо. И опыт у меня определенный есть.
– Ты, кстати, институт закончила?
– спросил я невпопад.
Кристина немного изменилась в лице и сказала:
– Конечно. Правда заочно и в две тысячи шестом.
– Почему?
– удивился я.
Она отставила чашку с чаем и сказала тихим голосом:
– Было много причин. Так сложились обстоятельства. Лучше не спрашивай меня ни о чем. Я не хочу, чтобы ты знал.