Чтение онлайн

На полянке в конце моей улицы тройка моих друзей занималась, можно сказать ни чем. Раскручивали «Балду» без всякого энтузиазма. Дорогой читатель, Вы не знаете, что такое «Балда»? Поясню. «Балда» это такая игра, которая была популярна во времена моего детства. В землю вбивался высокий, метров на 3 столб. К его вершине привязывалась длинная веревка, к которой на конце закреплялся чулок, набитый ватой или ветошью. Вот этот чулок и назывался «Балдой». В игре участвовали две команды. Задача каждой команды было, как можно быстрее закрутить веревку с «Балдой» на столбе в сторону противника. Как только чулок касался столба, игра заканчивалась, и проигравший оказывался тот, в чью сторону была закручена веревка.

И так я нашел всю компанию на поляне – участке в четыре сотки, почему то ни занятом при застройке поселка. Участок порос зеленой травой и стал местом проведения досуга, как маленьких, так и достаточно взрослых ребят и девчат, проживающих на соседних улицах. И так братья близнецы Серега и Юрка, а так же Вадим, которого мы звали Вадька были на месте. Хочется отметить, что близнецами два брата были по рождению, но совершенно не походили друг на друга. Серега был похож на отца, а Юрка был весь в мать. Характеры ребят были так же абсолютно различные. Сережка был вдумчивым и сообразительным, а Юрка бесшабашным, и не большим любителем сложного мыслительного анализа, в общем простоват. Поздоровавшись с друзьями, я предложил им придумать занятие поинтересней, чем игра с веревкой и набитым тряпками чулком. Стали думать. Играть в прятки было рано, в салки наигрались вчера. Тут Вадька предложил поиграть в разведчиков. Немного поразмыслив, мы придумали правила игры. В игре участвовало две команды: одна – разведчики, другая – вражеские солдаты. Разведчики прятались в засаде, а «враги» должны были их найти. Затем обе команды менялись: разведчики становились солдатами врага, а вражеские солдаты – разведчиками. Так было справедливо.

После того, как мы отточили все детали, бросили жребий, кому быть разведчиками. Жребий стать разведчиками-героями пал на меня и Серегу. Это было здорово. Не очень-то хотелось сразу становиться вражескими солдатами. И так, я и Сергей уединились для разработки тактики и стратегии, а « вражеские солдаты» в лице Юрки и Вадьки поплелись в дом близнецов, что бы не могли подсмотреть, куда мы будем прятаться. Такой был уговор. И представьте себе, в таких случаях не было ни какого обмана, все было по честному. Не подглядывать, так не подглядывать.

Путем мозгового штурма мы с Серегой выработали и тактику, и стратегию. Получалось следующее. Один из нас прятался куда-нибудь, так себе, не серьезно, что бы его могли быстро найти. А другой хоронился взаправду. Так что его сам черт бы не сыскал. Быстрая находка первого сразу притупила бы бдительность противника и в назначенное время, после тайного сигнала пойманного товарища, второй выскакивал бы из укрытия и в атаку. Враг повержен, победа на стороне советских разведчиков. План превосходный, во всяком случае, нам так казалось. И так за работу, вперед.

Решено было, что прятаться не всерьез, будет Серега. Место для него было выбрано сразу. В старом сарае за забором, отделявшим нашу поляну от фруктового сада другого нашего товарища, который в это время отдыхал с родителями в деревне. Схоронить меня, «взаправду» было делом по труднее. Да и как тут можно найти не известное ни для кого место, когда для нас всех такого места практически не было. Наша ватага изучила все углы и закоулки ближайших улиц, излазила везде, где только можно было пролезть. Тут мы призадумались крепко. Нам предстояло найти такое место, которое было бы не только «гиблое», в смысле отыскания, но и оригинальное, так сказать чуть ли не обухом по голове. Думали мы думали, а время шло и шло, и уже скоро «вражеские ищейки» должны были выходить на поиски героев – разведчиков. А герои – разведчики оставались в приличном затруднении. Серега стоял на дороге, вернее на трубе, которая пролегала поперек дороги, что бы пропускать ручей, образовывавшийся после каждого дождя. Стоял и как то странно тюкал по ней, по трубе, своим сандаликом. Я посмотрел на ногу, потом на трубу и у меня родилась гениальная, не побоюсь этого слова, идея.

– А что если мне спрятаться в трубе, – почему-то шепотом сказал я.

–Чего?– не понял Серега.

– В трубе, под твоей ногой. Я туда залезу, а ты приложишь к отверстию пару кирпичей, так чтобы меня не было видно, – стал я объяснять. Сергей с серьезным видом посмотрел на трубу, почесал затылок.

– А, что давай попробуем, вдруг получится. Самое главное, что бы Вадька не догадался. Он, честно признаться, башковитый малый, – заключил многозначительно мой товарищ.

– Да кто может подумать, что в трубу можно залезть. Да и какой… – тут я запнулся и не стал развивать мысль дальше. Просто сказал, что об этом ни кто не догадается. На том и порешили.

Придумали мы это конечно здорово – забраться в трубу. Но в действительности задача оказалось не из легких. Труба была узкая, и влез я в нее с трудом. А о том, что бы внезапно выскочить из нее, типа «всем стоять, руки в верх» и думать, как говориться «немоги». Но отступать было не куда, да и времени было в обрез. В общем, засунули мы меня туда и кирпичиками заложили. Словом, натурально «замурованный по собственному желанию». Закончив работу и оставив не большое отверстие для доступа воздуха, Серега побежал прятаться в сарай. А тут и наши оппоненты заявились.

Прочесав близлежащие кусты, «вражеские солдаты», по какой-то странной случайности поплелись в сторону того самого сарая, где засел Серега. Видно и вправду Вадька был не глуп, сразу расколол место первого бойца. Словом, война для Сергея закончилась быстро. Обрадованный таким быстрым успехом, противник стал "утюжить" все злачные места. Одно за другим. Но к удивлению Вадьки и Юрки, и к великому удовольствию Сереги, меня они так и не находили. Ватага побрела в конец улицы, и я не стал различать их голоса. Как Вы помните, дело происходило приятным летним деньком. Так, что может быть замкнутая атмосфера трубы, подогретая ласковым солнышком или еще, какая-то причина побудила меня ко сну? В итоге я уснул в этой самой трубе.

Сколько я проспал в трубе невинным сном, не знаю. Но время подошло к полудню и баба Стюра, вышедшая на улицу уже покрикивала по сторонам, что бы я шел обедать. Голос ее, сначала уверенный в скором моем отклике, постепенно становился все более волнительным и напряженным. Я, конечно же в другой раз обязательно отозвался бы и побежал домой, но ни в этот. Не мог я отозваться, по одной простой причине. Я мирно спал в этой «долбаной» трубе сном праведника. Тем временем голос бабы Стюры становился настойчивей и тревожней. Еще бы, не известно, куда подевался внук, который по всем правилам должен был гулять, где-то рядом, в шаговой доступности. Тут ей на глаза попалась наша «троица».

– Юрка, Вадька, вы моего Витальку не видали, куда он мог задеваться? Кричу обедать, а он не отвечает, – бабуля с надеждой подошла к ребятам.

– Не-е баб Стюр, сами не знаем куда делся, все обыскали, а его нет ни где, – честно и откровенно ответил Юрка, не подразумевая ни чего такого, плохого.

Такой ответ ввел бабу Стюру сначала в ступор, потом в шок, а потом в тихую (в начале) истерику. Если уж закадычные друзья не знают, где ее внук, то уж у кого узнавать-то? Бабка завыла в голос и бросилась вдоль улицы, тормоша всех соседей, которые были в видимой досягаемости. Все отвечали, мол видели, вроде пробегал, а куда потом делся не знают. Бегает где-нибудь с друзьями. Такие ответы бабулю не успокаивали, тем более, что друзья, как раз были рядом и без ее Витальки. Бедная баба Стюра, не переставая выкрикивать мое имя, побежала дальше.

Друзья-товарищи поняли, что ляпнули чего-то не то и быстро разбежались по домам. Баба Стюра методично проискав меня по всей улице и несколько раз протопав по злосчастной трубе, ринулась к родителям близнецов, заподозрив, какой-то подвох с их стороны. Мать Сереги и Юрки собиралась в магазин, когда испуганная бабуля вошла к ней в дом. Сбивчиво поведав о пропаже внука, она села на стоящий рядом стул убитая горем. Тетя Тоня, так звали маму братьев, подозвала сначала Юрку и, крутя ему ухо, стала расспрашивать куда я делся. Тот, моля о пощаде и сдерживая слезы, вопил, что знать ни чего не знает и ведать ни чего не ведает. Знали бы взрослые, каким правдивым, как никогда был, мой друг Юрка в этот раз. Ни чего от него не добившись, Тетя Тоня подозвала Серегу. Брат Серега был мальчик смышленый. Предвидя неприятную процедуру отвинчивания дорогого для него уха, он рассказал всю историю, как на духу. Получив одобрительный подзатыльник матери и радуясь за целые уши, он побежал показывать тайное место. Баба Стюра, охая и причитая все известные ей молитвы, поспешила за ним.