Чтение онлайн

— «Больше» — понятие спорное. Оно предполагает степень сравнения, которая может и вовсе отсутствовать. В любом случае, если хочешь полюбоваться на настоящие руины — милости прошу в гости.

Я оценил поддержку, но на сердце всё ещё было неспокойно.

— Дело ведь не только в эстетике. Точнее, дело вообще не в эстетике, третью библиотечную башню несложно отстроить заново. Я обещал, что помогу, если она поможет нам — и не сдержал слово. Более того, обрёк её на гибель.

— Башню?

— Её душу, если можно так выразиться. У неё было своё сознание, отдельное от Полуночи, своя личность. Когда мы спускались, я чувствовал её боль, страх, отчаяние. А потом всё кончилось.

Самонадеянность. Уверенность в том, что в пределах Полуночи мне практически ничего не угрожает. Как же иначе, ведь Конрад был побеждён, Князь в Жёлтом — свержен, Альхирет слишком занят подготовкой грядущей гибели мироздания. Я не принял в расчёт Наблюдателя, и уж тем более не мог знать, что ему хватит сил разрушить барьер вокруг башни Вечности. Что ни в коей мере не снимало с меня вину.

Асфар задумчиво прошёлся вдоль обломков, которые совсем недавно удерживались воедино лишь благодаря его воле.

— Я тоже всё это чувствовал, — наконец сказал он. — Слышал крики так, будто она поселилась у меня в голове. Но вот что интересно — за ними не последовало агонии. Как ты и сказал — просто всё оборвалось.

— Быстрая смерть, конечно, лучше мучительной, но она всё равно погибла.

— У меня нет в этом полной уверенности. Поговори со своим замком — может, что-то и прояснится.

Беседа с Полуночью у меня была запланирована в любом случае, так что я не стал возражать.

— Задержишься?

— Нет. Йхтилл и так держится на мечтах и лживых обещаниях, и моё отсутствие лишь всё усугубляет. Если мы хотим противопоставить Пожирателю хоть что-то, мне нужно взяться за дело всерьёз.

— Хотел бы я сказать, что мы узнали всё необходимое. — мрачно сказал я.

— Узнали не так уж и мало. Даже Князь не мог подумать, что своими глазами узрит сотворение вечных замков.

— Ну да. Теперь дело за малым — повторить это сотворение минимум один раз, для Рассвета. А лучше дважды, поскольку что-то мне подсказывает, что Затмение не пойдёт на контакт.

— Вот видишь, друг мой, — спокойно сказал Асфар. — У тебя уже есть рабочий план действий.

Я не выдержал и расхохотался в голос.

Информацию, полученную во время похода в прошлое, ещё предстояло систематизировать и обсудить со всеми моими союзниками. Если, конечно, получится собрать за одним столом Асфара, Мелинду, Гвендид, Мордреда, Илюху, а также почти всех слуг Полуночи разом. Жаль, Мастер так и остался в своём вневременном пузыре, даже не попрощались толком, хотя объяснения явно были не его коньком… Как бы то ни было, мы действительно урвали солидный кусок знаний, пусть и несколько неконкретных. О создании вечных замков, природе Пожирателя и единственном способе, с помощью которого удалось однажды его остановить. На заре времён для этого потребовались концентрированные усилия всех семи замков, но, возможно, сегодня хватит и меньшего числа?

…двух, в идеале, поскольку с остальными наблюдались проблемы различной степени тяжести. Закат лишился хозяина, или вот-вот лишится, и неизвестно, кто придёт на смену лорду Конраду. Сумрак, насколько мне известно, пустует. Дальше — хуже. Рассвет мёртв, Заря недавно проснулась и едва не потеряла рассудок, Затмение открыто выступает на стороне врага. Даже если представить, что Зарю можно отстроить и успокоить, найти для трёх замков адекватных хозяев, то что делать с двумя зияющими дырами?

Это вопрос для будущего Вика и всех его союзников. Ох и не завидую я им.

— Я столько всего вспомнила!

Локация для разговора с Полуночью оставалась неизменной с того момента, когда я спустился к её сердцу и вернулся назад. Копия тронного зала, но без окон и с другим вариантом трона — более массивным, каменным, чёрным. Обстановка зависела только от настроения моего замка — и сегодня здесь словно устроили праздник. Пространство расширилось, наполнилось цветами и деталями, на стенах возникли искусные гобелены с изображениями деяний минувших эпох. Окон всё ещё не было, но «вечные» факелы горели с такой силой, как никогда не могли в реальности.

Сама Полночь, юная, светловолосая и босая, спрыгнула с подлокотника сразу, как я появился. Ухватила меня за руки и закружила в импровизированном танце. В её чёрных глазах ярко светились далёкие звёзды.

— Я столько вспомнила, Вик! Я словно проснулась второй раз и наконец-то выспалась! Вспомнила хозяев, слуг, гостей, утраченные столетия! Братьев и сестёр, каждый наш разговор!

— Прямо-таки каждый?

— До последнего словечка! Они не всегда были ко мне добры, но они старались! Кроме Затмения, но мы так сильно её обидели…

Да и с хозяином её тоже некрасиво получилось, прямо скажем. Но к текущему моменту уже поздновато приносить извинения — тем более, что седьмой замок и её бывший владелец с лихвой натворили зла за прошедшие тысячелетия. Кому ещё перед кем извиняться — большой вопрос.

Выходит, Асфар оказался прав — гибель башни Вечности оказалась не окончательной, или, по крайней мере, не напрасной. Она слилась с Полуночью и вернула той память — если не всю, то значительную часть из потерянного. Что до исчезнувшей личности…

— Вик! — танец вдруг остановился, а мне подарили очень строгий взгляд. — Ты не сдержал слово!

Вот и ответ на вопрос, кому извиняться — мне, разумеется. Но это было лучше, чем огромный выбор из других вариантов.

Мы проговорили заметно дольше, чем обычно. Я узнал, что Сумраку не везло с хозяевами так же часто, как и Полуночи, но он лучше их сдерживал. Во главе Заката регулярно становились яркие, харизматичные личности, что приводило к непредсказуемым последствиям. Полдень ценил прагматиков, Заря и Рассвет — творцов, Затмение, когда она ещё меняла хозяев — пророков. Далеко не все потомки того или иного «законного» рода были копиями своих предков, и я стал тому наглядным примером. Почти всё недоверие Полуночи в начале моего правления оказалось следствием предубеждения к фон Харгенам, старательно взращённом многими моими предками, за исключением Роланда и ещё пары менее известных ребят. Вот тебе и истинные хозяева, идеально заточенные на связь с замком. Впрочем, когда связь наконец установилась, доверие вернулось с процентами.

Полночь вспомнила Мастера — в его изначальном облике и с совершенно иным характером, чем сейчас. Например, после исполнения предназначения замков, Мастер лично обучал каждого нового хозяина в течение многих поколений подряд. Это обеспечивало дополнительную связь, близкое знакомство и почти родственные отношения, как и между замками. Снижало соперничество и вражду, пусть и не убирало до нуля. В какой-то момент троны заняли самые сильные маги великой паутины, которые к тому же были обучены величайшим из них. Они правили столетиями, грезили о бессмертии, а родовое проклятье воспринимали скорее как запасной план. Затмение не справилась с ними во время ритуала, но лично убила двух хозяев за следующие тридцать лет. Кроме всего прочего, инцидент с проклятьем и разрывом тяжело ударил по Мастеру, который не мог спокойно взирать на растущую вражду своих протеже.