Чтение онлайн

Сначала репортеры были просто шокированы, услышав такую новость. Они звонили, чтобы получить достоверную информацию от нового первооткрывателя планет, узнать о том, как же все это было удивительно. Вместо этого я талдычил им, что все то, что они узнали от MAC за день до этого, не имело никакого смысла. Неожиданно разыгрались жаркие дискуссии. Мой телефон не переставал звонить.

За это время Лайла успела выучить новый знак, который я так и не смог понять, что именно, — означал одно из двух: "папочка" или же просто: "телефон". Всякий раз, когда она видела предмет нужного размера, она сразу же подносила его к своему уху, а затем указывала на меня.

Астрономы по всему миру указывали на глупость объяснения, которое делало Харон планетой всего лишь потому, что мифический центр масс системы Плутон – Харон сдвинут вовне. В середине очередного телефонного интервью меня внезапно осенила мысль, что если рассматривать систему Солнце – Юпитер, то центр масс будет находиться за пределами Солнца. Таким образом, согласно мнению MAC, Юпитер не может более считаться планетой, поскольку при таких условиях он не будет вращаться именно вокруг Солнца. Еще один астроном прислал мне электронное письмо, в котором показал, что, если какой-либо огромных размеров спутник двигается по вытянутой орбите, центр масс должен находиться внутри планеты, вокруг которой он вращается, только на протяжении некоторой части его орбиты, а во время другой ее части центр масс будет находиться за пределами планеты. Это означало, что, согласно MAC, этот объект будет метаться между двумя ипостасями на протяжении всей своей орбиты, будучи то планетой, то не планетой. Несколько дней спустя благодаря фантастическому пресс-релизу Грегори Логлина, астронома из Калифорнийского университета в Санта-Крузе, в газетах появилась статья о том, что, поскольку наша с вами родная Луна очень медленно, но отдаляется от Земли, через миллиарды лет или около того она будет находиться настолько далеко, что центр масс системы Земля – Луна сместится за пределы нашей планеты. А потом вдруг – бабах! И Луна будет официально считаться планетой. Этот день непременно нужно будет отпраздновать.

В Праге меня не было, поэтому кто-то другой должен был поведать мне детали того, что же там произошло. Что я знаю наверняка, так это то, что те астрономы, которые находились на конференции в Праге и которые, как я уже говорил, собирались покорно согласиться с этим глупым и абсолютно бредовым предложением, вдруг переменили свое мнение.

Взбунтовавшиеся ученые, которые уже успели объединиться в достаточно большую группу, решительно дали понять всем остальным, что они отказываются выступать в поддержку тайного предложения, выдвинутого комитетом MAC. Вместе с этим они также заявили, что будут выступать за то, чтобы Плутон занял принадлежащее ему место (принадлежащее по логике, а не по эмоциям). Плутон, Харон, Церера и моя Ксена – всем им суждено было принять свою судьбу. Средства массовой информации, а также астрономов, находящихся в Праге, весьма позабавило, что одним из наиболее ярых сторонников "понижения в должности" Плутона, Харона, Цереры и Ксены был тот самый парень, который мог получить совсем неплохое вознаграждение, если бы Ксена стала новой планетой. Им, разумеется, был я.

Мои телефонные разговоры с прессой и заговорщическая интернет-переписка с астрономами в Праге продолжались более двух недель, сначала с острова Оркас, а потом и из Пасадены, уже после того, как мы вернулись из нашего отпуска. Близился день завершения собрания Международного астрономического союза, когда наконец-то будет решающее голосование и судьба слова "планета" решится.

Голосование должны были транслировать в прямом эфире по всему миру, а я должен был быть за главного на этом оживленном мероприятии и следить за трансляцией, даже несмотря на то, что послеполуденное время в Праге начиналось тогда, когда в Пасадене еще даже не начинало светать. К пяти часам утра я и команды журналистов уже бодрствовали, ожидая в небольшой комнате, которая обычно отводится для пресс-конференций, например по поводу недавнего землетрясения, произошедшего на юге Калифорнии. Голосование за решение, которое в корне изменит представление людей о Солнечной системе, должно было начаться в течение часа. В то утро астрономы, находящиеся в Праге, ознакомились с окончательной редакцией резолюции, за или против которой им предстояло голосовать. То, что было написано в ней, на самом деле имело значение. Всеобъемлющее недоверие так возросло, что многие считали, что секретный комитет, выступавший за сохранение Плутоном статуса планеты, пытался подорвать влияние группы ученых, которые, напротив, считали, что Плутон больше не должен называться планетой, сделав некоторые исправления в резолюции. Тем самым они хотели сделать так, чтобы Плутон остался планетой независимо от результатов голосования.

Сидя за столом в помещении для пресс-конференций в Пасадене перед толпой журналистов, я спроецировал на огромный экран только что опубликованную копию окончательной редакции резолюции, которую нашел на веб-сайте собрания в Праге. Окруженный группами журналистов и сильно увеличившейся толпой любопытных зрителей из сообщества Калифорнийского технологического института, я начал читать:

Лишь в этот момент я понял, что повестка дня включала в себя не только вопрос о судьбе Плутона. Сразу стало ясно, что это утро окажется длиннее, чем я предполагал. Я прекрасно знал, что такое теория прецессии и плоскость эклиптики, и меня совершенно не интересовало точное определение, предложенное MAC, точно так же, как и астрономов в Праге.

Я зевнул.

Должно быть, я упустил из внимания первоначальное его определение.

До меня стало доходить, почему до сих пор на подобных собраниях еще никто не дожидался голосования.

Ну, наконец-то! Я быстро пробежал глазами новое определение. Несмотря на то что оно было не совсем четко сформулировано и недостаточно хорошо обдумано (для меня это не было удивительным, учитывая, что окончательный вариант формулировки, возможно, был составлен поздно ночью), оно оказалось более-менее разумным и довольно сносным. Новое толкование этого слова содержало также примечание, которое отчетливо говорило о том, что Солнечная система включает в себя восемь планет: Меркурий, Венера, Земля, Марс, Юпитер, Сатурн, Уран и Нептун. Плутон, Ксена, а также астероид Церера отныне будут называться карликовыми планетами. До этого мгновения никто и понятия не имел о подобном термине. В резолюции довольно четко было подчеркнуто, что планеты-карлики не являются планетами. Ну не дико ли звучит?!

Первым вопросом со стороны журналистов стал: "Карликовые планеты на самом деле планеты?".

Нет, пояснил я. Резолюция довольно ясно говорила о том, что Солнечная система состоит из восьми планет, в то время как карликовые планеты, которых в ней могло быть пара сотен, абсолютно точно не являлись планетами.

Журналистам не терпелось узнать, почему объект, названный карликовой планетой, не является планетой? Ведь голубая планета остается планетой. Планеты-гиганты также являются планетами. Карликовое дерево остается деревом. Так как такое может быть, что карликовые планеты не являются планетами?

Именно в этом очарование и разочарование определений. Однако я был согласен с тем, что это неудачный выбор и довольно странная и непонятная фраза, которая напускает туману. Что-то в этом определении меня настораживало. Но все же резолюция точно гласила: в Солнечной системе восемь планет. Если астрономы проголосуют в пользу резолюции № 5А, Плутон, разумеется, будет "мертв".

"А о чем же говорится в резолюции № 5В?" — спросил кто-то из зала.

Так, до этого я еще не успел добраться. Я повернулся к экрану.

Что? "Классическая планета"? Это было просто-напросто оговаривающим правом на освобождение от ответственности за вынесение приговора о судьбе Плутона, отговоркой! Резолюция № 5В просто подменяла слово "планета" из предыдущей резолюции классической планетой. Получается, что в Солнечной системе есть и восемь классических планет и четыре карликовые планеты. Всего лишь небольшое дополнение – " классическая " – и тут же карликовые и классические становятся просто-напросто разными, но в то же самое время равными подклассами общей категории планет. Как ни крути, но совершенно неожиданно карликовые планеты стали планетами! Комитет MAC и впрямь хотел подлизаться – вернуть статус Плутона как планеты. Весьма странная фраза "карликовые планеты" была включена в предыдущий пункт резолюции только для того, чтобы позволить Плутону вернуться с того света и вновь обрести жизнь.

Как и в предыдущей резолюции, это толкование было также запутано. Откуда взялось название "классические планеты "? Разве не должна фраза "классические планеты" относиться к известным издавна планетам? Во времена Древней Греции и Древнего Рима в Солнечной системе существовало семь планет: Меркурий, Венера, Марс, Юпитер, Сатурн, да еще Солнце, да еще и Луна. Земля не была планетой, поскольку считалась центром вселенной. Уран, который был обнаружен в 1781 году, а также Нептун, обнаруженный в 1846 году, стали планетами спустя тысячу лет после эпохи классицизма. По моему мнению, называть самые крупные восемь планет "классическими" совершенно бессмысленно.