Чтение онлайн

Надеюсь, на этот раз она не собралась разводиться, в противном случае ближайший месяц придётся провести в компании пьяной подруги. Тьфу, тьфу, тьфу. Чур меня. Лёля примчалась минут через десять. Влетела в комнату, таща за собой младшую шестилетнюю дочь Сашеньку.

– Фу, запыхалась. Я не задержала тебя? – лишь бы спросить спросила подружка.

– Нет, что ты, проходите.

– Некогда, меня ждут. Слушай, посидишь с Сашкой? Пацаны у своих бабушек дачи рушат, а её никто не взял. Боится одна дома оставаться.

– А ты куда подалась? – поинтересовалась я в свою очередь.

– Ой, потом расскажу! Некогда. Вот тут фрукты, йогурты. Покорми её и сама поешь. – И протянула полиэтиленовый пакет доверху набитый снедью. Объём продуктовых запасов ясно свидетельствовал о том, что подруга отбывает на все выходные.

– Когда вернёшься?

– Сегодня вечером, – ответила беззаботная мамаша, пряча глаза. – Обещай мне, что будешь вести себя тихо, и не приставать к Свете с глупыми вопросами, – напутствовала Лёля дочь.

Сашенька легко согласилась. Но мы все трое были уверены в том, что подобное обещание просто фикция, этот ребёнок в спокойном состоянии может пребывать не более десяти минут. Но Лёлька сделала вид, что поверила маленькой хитрюге. Ей так было спокойнее. Поцеловав дочь, заодно обслюнявив и мою щёку, романтически настроенная женщина, умчалась навстречу любовным приключениям.

Роль няньки не нова для меня. Когда сыновья подруги были помладше, Лёля частенько подбрасывала их мне. Братовья не отличались кротостью нрава, были совершенно неуправляемы. На исходе вторых суток, сломленная, я позволяла им делать всё что заблагорассудиться, в конце концов, здоровье дороже. Поэтому смирившись с выбитым стеклом, перевёрнутыми вещами, опустошённым холодильником, я садилась в кресло, и тихо улыбаясь неотрывно, пялилась на часы, считая минуты до появления энергичной матери буйных отроков. Лёля умела приводить в чувство зарвавшихся бузотёров одним взглядом. Они как по команде становились скромными, молчаливыми, воспитанными, глаза их светились кротостью.

Лёлька устраивала допрос, по поводу поведения своих отпрысков, и я, глядя в голубые доверчивые ребячьи глаза, не могла ябедничать. Не оттого, что мне это совсем несвойственно, а оттого, что не верила сама себе. На самом ли деле именно эти дети выматывали мне душу диким рёвом, разоряли комнату, ведя бесконечную войну с невидимым противником?

Неделю, после посещения юных хулиганов, я приходила в себя, и блаженно радовалась, что не обзавелась неосмотрительно потомством. Казалось, заведи я хоть одну такую отчаянную голову, навеки слегла бы с инсультом. Слава богу, мальчики подросли, и их теперь рискуют брать на дачу бабушки (поскольку отцы у детей разные, то и бабушки соответственно тоже).

Лёлька, умудрялась со всеми бывшими мужьями, и о чудо! свекровями, поддерживать хорошие отношения. Они дружили домами, ходили, друг к другу в гости, устраивали совместные пикники, выезды на дачу. Этому в немалой степени способствовало то, что Лёля была очень отзывчивым человеком. Её все любили.

На фоне своих братьев, Сашенька, конечно же, была ангелом. Она не бегала с диким рёвом, не выскакивала из-за угла на соседей, приказывая задирать руки вверх и сдаваться в плен, не прыгала на диване, поднимая столбы пыли и сминая простыни, одеяла и подушки в один бесформенный ком. Но, уродившись по образу и подобию своей мамочки, была чрезвычайно болтлива, могла говорить двадцать четыре часа в сутки. Это бы ещё ничего, но Сашеньке непременно требовались ответы, на поставленные ею вопросы.

И вот теперь в компании милой девчушки мне предстояло коротать выходные. Несмотря на болтливость, я, несомненно, любила Сашеньку, и от души порадовалась, что выходные мы проведём вместе. Наверное, во мне всё же жив инстинкт материнства. В моём возрасте давно пора иметь детей. Почему-то хочется, чтобы моя дочь (я хочу именно дочь), была похожа на Сашеньку. Такая же умная, болтливая, и немного хитрая.

Сашенька нерешительно прошла к столу и села на слишком высокий для маленького человечка, стул. Ноги ребёнка в ярко красных новых сандалиях болтались в воздухе. На них падал солнечный свет, и маятникообразное движение ног завораживало. Впрочем, Сашенька и не догадывалась, какое впечатление произвели на меня её новые сандалии. Она яростно жевала жвачку, надувая огромные розовые пузыри. В прошлое своё посещение счастливая Саша демонстрировала своё умение надувания пузырей. Её обучили шустрые братцы, и теперь, девочка ни на минуту не расстаётся с жевательной резинкой.

– Ты голодна? – спросила я ребёнка.

– Нет, мама покормила.

– Пойдёшь со мной на пляж загорать?

– У меня нет купальника, – сообщила Саша.

– Тебе спокойно можно загорать в трусиках. Это нормально для девочки твоего возраста.

Сашенька перестала жевать, и уставилась на меня.

– Для девочек моего возраста, полагается иметь помимо трусиков и верхнюю часть купальника.

– Зачем? – глупо поинтересовалась я.

– А грудь? Там будут мальчишки, они начнут смеяться.

– Не думаю, чтобы на пляже было много мальчишек.

– Нет, – твёрдо сказала Саша, – без купальника не пойду.

– Хорошо, купим тебе купальник.

Наш дом расположен в самом центре города. Неподалёку, находится вещевой рынок, где предприимчивые и работящие представители многочисленного китайского народа, продают за бесценок вещи. Вот туда мы и направились с тем, чтобы приобрести девочке так необходимый в её возрасте купальник.

Посещать толкучку в тридцатиградусную жару, да ещё и выходной день, дело крайне неблагодарное. Через пятнадцать минут блуждания по рынку в поисках купальника, у меня закружилась голова. Хотелось пить, и сбросить всю одежду вместе с кожей. Всё время подгоняя Сашеньку, я торопилась завершить наш поход. Но девочке, судя по всему, нравился мир шумной и бестолковой суеты. Она с откровенным восторгом смотрела на происходящее. То и дело мы останавливались, и Сашенька как бы невзначай обращала моё внимание на ту или иную безвкусицу. Так что мы были на толкучке не полчаса, как я рассчитывала, а два.

Саше удалось вымолить купить ей колечко, бусики, резной веер и соломенную шляпку. Ещё ей срочно понадобился лак для ногтей, тёмно-фиолетовый, с мелкими белыми вкраплениями. Я заметила, что девочки в возрасте шести лет, если и могут красить ногти, то только в светлые, пастельные тона, но маленькая выбражуля парировала:

– Тётя Света, меня в садике засмеют. У нас все девчонки только таким лаком ногти красят.

Пришлось уступить, дабы ребёнок не чувствовал себя ущербно в стане модных одногруппников. К тому же мне не терпелось покинуть место сумасшедшей торговли.

Придя на пляж, мы долго выискивали место под солнцем. Собственно говоря, слово пляж в отношении небольшого клочка песка на берегу мелкой речушки, звучало несколько высокопарно. Это скорей приют для страждущих хоть как-то разнообразить летнее прозябание. Мы втиснулись между группой молодых ребят и семейной парой преклонного возраста.

Подростки практически всё время проводили в воде, и прибегали на место дислокации, исключительно чтобы согреться. Падая ничком на пледы и полотенца, трясясь в ознобе, громко стуча зубами, подставляли свои синие тела тёплому солнцу. Когда, в конце концов, солнце по-матерински заботливо обогревало молодых любителей водных процедур, пацаны вновь ныряли в речку до очередного переохлаждения.

Немолодая пара представляла собой весьма живописное зрелище. Мужчина был облачён в брюки, закатанные до колен, его сморщенный торс, покрывала густая седая растительность. Дама – за неимением купальника, не претенциозно щеголяла в нижнем белье. Её грудь шестого размера, поддерживал чёрный бюстгальтер, нижнюю часть украшали трусики, способные служить чехлом для автомобиля. У обоих супругов, на голове красовались жёванные соломенные шляпы, на носы, любители пляжного отдыха нацепили листья подорожника.