Чтение онлайн

В конце XIII в. и в XIV в. встречаются слитки серебра половинного веса; они получались либо путем разруба слитков старого веса, либо специально отливались в половину веса гривны. Слитки нового веса распространяются в северовосточных русских землях. В Новгороде слитки половинного веса (отсюда – «полтина») редки. Когда технология изготовления в конце XIII века стала меняться, наряду с названием «гривна» появилось название «рубль» («руб» – значит «шов», т. е. «гривна со швом»). Т. е. рубли и гривны по весу стали представлять одно и то же. И при этом – существовал «низовый вес» (Борзаковский, см. [394, 498], Х. Фенглер (Словарь нумизмата…). Классический пример – мирная грамота от декабря 1316 г. новгородцев с Михаилом Тверским: «…князь получает с Новгорода 12 000 серебра… заплатить эти деньги в низовый вес, т. е. вдвое легче…» (торговых и договорных аналогов – хватает). Поэтому слиток в 204 г. называли новгородской гривной или новгородским рублём. А полуслиток весом 102 г – полтиной новгородской, или низовым рублём, или – лёгким рублём (см. [203], Словарь нумизмата). Он же был и московским. Правда, В. Янин и С. Кистерёв (см. [393]) указывают, что в Новгороде в конце XIII века появился ещё рубль весом 170,1 г, который имел хождение и в Москве. Но это уже НЕ лёгкий рубль. В любом случае наши расчёты нац. дохода семей и страны обоснованны, т. к. цены на зерно [120, 204, 205] были вычислены по новг. гривне, псковской полтине = 1/2 новг. гривне и 1 лёгкому рублю. Словарь нумизмата [203] указывает, что из лёгкого рубля при Дмитрии Донском началась чеканка русской монеты – денги (т. о. окончился безмонетный период). По 100 монет по 0,94 г. Позднее монеты Донского весили уже 0,86 г. Правда, распространена точка зрения, что Донской сразу начал чеканить 200 монет (денг) по 0,94 г из рубля новгородского веса. Но она противоречит понятиям «низовый вес» и «лёгкий рубль» (вместе с договорами и грамотами, в которых они конкретно указаны). Поэтому в настоящее время более всего склоняются считать исконным московским рублём ПОЛУСЛИТОК (новгородскую полтину) (И. Г. Спасский. Русская монетная система. Л., 1962). И счёт в рубле удвоился только в середине XV века. При этом сам Спасский является сторонником исконного рубля Донского в 200 монет по 0,94 г. Логика такова: «Насколько ясна история рубля новгородского, настолько же запутан вопрос о том, каков был рубль, упоминаемый в ранних памятниках письменности, составленных вне Новгорода и, в частности, в московских. В настоящее время наибольшее распространение получило представление, что рубленые слитки (т. е. новгородские полтины весом около 100 г) и были первыми московскими рублями. В основе этого мнения лежит все то же слишком прямолинейное и элементарное этимологическое толкование слова «рубль» (от глагола «рубить»), с одной стороны, и хорошо известные различия между рублями новгородским и московским в позднейшее время, когда рубль стал уже только мерой того или иного числа монет и его ценностное выражение целиком управлялось весом самих монет. Учитывая главенствующую роль Новгорода в снабжении всех княжеств Центральной Руси серебром в виде рублей в XIV в., очень трудно объяснить такое странное раздвоение одного понятия, связанного не только с конкретными предметами, но еще и с общепринятой весовой единицей. Гораздо более вероятным представляется, что до конца XIV в. рубль был единым для всей Руси понятием, а возникновение различных местных рублей – явление более позднее и целиком зависящее от местных особенностей чеканки и метрологии» (И. Г. Спасский, …).

Но в основе – не «прямолинейное и элементарное… толкование слова «рубль», а игнорирование реальных данных о «низовом весе». Сторонники версии смотрят на вопрос без комплексного подхода к нему.

И «странного» раздвоения одного понятия тоже нет. Ведь Москва была беднее Новгорода. И вполне логично, что ей чаще нужны были полтины, или низовые (лёгкие) рубли. Более существенными являются следующие утверждения об исходных 204 г московского рубля:

– половинный слиток равен не рублю, а полтине;

– неверным является положение о переходе 100-денежного рубля в 200-денежный в связи с дальнейшим уменьшением веса денги. Уменьшение веса имело место и позже, в XV–XVI веках, однако изменения денежного счёта это не влекло. В домонетном рубле содержится 200 резан, а платежи времён Донского выражены одни резаной, а другие – денгой. Значит, и московский рубль всегда был 200-денежным. (Каменцева Е. И., Устюгов Н. В. Русская метрология. Глава 2. М., 1975). Разберём их по порядку.

1) Половинный слиток равен не рублю, а полтине. Это верно. Верно и для Москвы. Только вот для Москвы верно – в новгородском весе. А в низовом – лёгкому низовому рублю. (Опять забывается про низовый вес.)

2) Да, уменьшения веса монеты были и позже, но так резко, в 2,5 раза за полвека, – не было.

3) И наконец, о резанах. В домонетном рубле содержится 200 резан. Значит, в полтине – 100. Но это значит, что и в низовом рубле было 100 резан, а стало 100 монет (денег). Всё сходится. Поэтому для полноты картины обратимся помимо фактов договорных (о низовом весе) к фактам нумизматическим.

В. В. Зайцев («Материалы по…», 2004) и др. исследователи («Монетные клады…») дают следующую картину весов денги: при Дмитрии Донском – 0,94 г в начале и 0,86 г в конце княжения. При Василии Дмитриевиче вес упал до 0,61 г. Но в 1423–1425 гг. он стабилизировал вес денги на уровне 0,67 г. А к 1450 г. вес монет из кладов ещё снизился – до 0,38 г. Очевидно, именно в это время необходимость заставила правительство удвоить счёт в рубле до 200 монет по 0,38 г. (Про монеты из клада в Волнино («Материалы по…», 2004 г.) прямо сказано: «312 монет (3 рубля 4 алтына)», т. е. изначально было по 100 монет в рубле и по 3 монеты в алтыне. Монеты здесь – денги.) Т. о., рубль стал условным весом 76 г., уменьшившись на 25 % (несмотря на удвоение счета денег в рубле), а наши выводы о весовых размерах дани Орде верны так же, как и о нац. доходе. Попутно заметим, что рубль весом 170,1 г исчез в Москве в момент появления монет. На его основе появилась денга новгородская (В. Янин) с устойчивым весом 0,76 г. Таких монет в рубле было 100, и это облегчило соединение московской и новгородской денежных систем. Конечно, остаётся ещё вопрос по алтыну: с чего бы это алтын, который в переводе с тюркского означает 6 («шесть»), равен 3 денгам (и из сказанного про волнинский клад: 12 денег = 4 алтына) при 100-монетном рубле? Ведь известно, что потом, при 200-монетном рубле, он стал = 6 денег, в соответствии со своим семантическим значением. Но на самом деле это объясняется очень просто, из практических соображений. При Донском 1 алтын был = 3 денгам = 6 полушкам. Именно полушка была самой малой монетой. Т. о., алтын составлял 3 % стоимости рубля. Но при уменьшении веса денги в 2,5 раза и введении 200-монетного рубля полушка стала уж очень мала, а стоимость алтына упала до 1,5 % стоимости рубля и перестала выполнять функции удобной монеты среднего номинала. Поэтому власти поступили логично, приравняв алтын к 6 денгам и сохранив его стоимость на уровне 3 % от рубля.

207. В. Л. Янин. «Чёрный бор»…

208. В. Л. Егоров. Историческая…

209. Византия. Средиземноморье. Славянский мир. М., 1991.

210. В. Л. Янин. Новгородские посадники. М., 2003.

211. К. И. Тарасов. Погоня на Грюнвальд. Мн., 1991.

212. Н. М. Карамзин. История… Т. 4, гл. 6.

213. Там же. – Т. 4, гл. 5.

214. Там же. – Т. 4, гл. 5.

215. А. Б. Широкорад. Русь и Орда. М., 2005.

216–222. Там же. – Заметим: изобретение кораблей – ушкуев около 1300 г. – версия А. Широкорада. Возможно, само изобретение этих маневренных судов произошло раньше. А около рубежа XIII–XIV веков, вследствие обострения борьбы за Финский залив, увеличилось количество ушкуев и интенсивность их применения.

223. А. Л. Пономарёв. Эволюция денежных систем Причерноморья и Балкан в XIII–XV веках. М., МГУ, 2010 (на правах рукописи). Т. е. в стране продолжался безмонетный период, но объёмы торговли, поступлений в страну серебра и влияние на экономики соседей увеличились.

224–226. Там же.

227. Н. М. Карамзин. История… Т. 4, гл. 2.

228–231. В. Махнач. Учреждение Сарайской епархии. «Вестник», № 19, 2006, Св. – Пафнутьева Боровского монастыря.

232–263. Там же.

264. Дм. Песков. Русь и… Подробней – см. примеч. [328].

265. Плано Карпини. «История монгалов». Гл. 7, параграф 1, пункт 3. Здесь автором говорится, что русские проживали в земле половцев, подвластной татарам. И татары ставили над ними своих управителей, т. е. администрацию. А на Руси с изгнания баскаков в 1262 году татарской администрации не было (см. [393, 328]). И проводить рекрутинг было некому.

266. В. Махнач. Учреждение…

267. Там же.

268. Н. М. Карамзин. История… Т. 4, гл. 5.

269. Н. С. Борисов. Иван Калита. М., 1995.

270. Н. М. Карамзин. История… Т. 4, гл. 5.

271–272. Там же.

273. Там же. – Т. 4, гл. 2.

274. Словарь нумизмата: пер. с нем. / Х. Фенглер, Г. Гироу, В. Унгер / 2-е изд, М., 1993.

275. С. М. Каштанов. Финансы…

276. Вильям Мальмбсберийский. «Деяния английских королей».

277. М. Диллон, Н. Чедвик. Кельтские королевства. СПб., 2002, стр. 512.

278–281. История Грузии… Тб., 1962–1968, Глава 13.

282–292. Там же.

293. Там же.

Монголы обложили Грузию, так же как и многие другие завоеванные страны, главным образом денежной данью. Денежный налог крестьянина составлял 60 «белых» (серебряных монет; это были аспры/дихремы по 2,15 г в описываемое время) в год. Это около 129 г серебра, или 1,27 руб. (низовых) серебром. Это уже 460 000 руб. с Грузии при населении 2 000 000 человек. Феодальное хозяйство, и без того бедное деньгами, стало испытывать денежный голод. Трудовому населению становилось все тяжелее добывать деньги для выплаты дани. Процветало ростовщичество. Кроме того, существовал введенный ханом Xулагу военный налог – тагар. Тагар являлся подушным налогом. По нему каждый человек мужского пола старше 11 лет должен был внести в пользу монгольской казны 100 литр (50 кг) хлеба, 50 литр вина (т. е. 21,5 литра, две литры риса, три мешка, две связки веревки, по одной стреле, по одной подкове и по одной серебряной монете. И кроме того, с каждых 20 голов скота владелец отдавал монголам одну голову и 20 «белых». А это – ещё около 300 000 в рублях. Итого – 750 000 рублей. Неудивительно, что платить такую сумму страна не могла и реально вносила в монгольскую казну 450 000 рублей (900 000 перперов золотом). Но тут не исключён и другой вариант: жадные, наглые и тупые баскаки выжимали из страны больше, но в казну Ильханов сдавали далеко не всё, а довольно, красномордо улыбаясь, откладывали денежки в свои карманы, мешки и большие сундуки..

294. Малая Азия в…

295. Там же.

296. С. П. Демьянов. Жизнь на пути…

297–313. Там же

314–316. – Турецкие документы о финансово-экономических обязательствах Молдавии и Валахии перед Османской империей во 2-й половине 16-го века // Восточные источники по истории народов Юго-Восточн. и Центральной Европы. Том 3. М., Институт Востоковедения, 1974. (Перевод – М. Ворниченя.)

317–325. Там же.

326 – Петросян Ю. А. Османская империя: могущество и гибель. Исторические очерки. М., Эксмо, 2003.

327. Там же.

328. Под выдачей согласно русскому наследственному праву ярлыков Великого князя Владимирского следует понимать следующее. (Напомним, что по Чарльзу Гальперину: «…Для Золотой Орды НЕ было смысла управлять Русью, поэтому русским князьям… было разрешено сохранить свои позиции. Волжские булгары и хорезмская политическая элита были менее удачливы» [см. 391]). Серьёзные, прочные отношения Северной России с Золотой Ордой стали складываться после поездки к Бату Александра и Андрея Ярославичей. Андрей стал кн. Владимирским, а Александр – Вел. кн. Киевским, Новгородским и – старшим. Это соответствовало завещанию Ярослава. «Приеха Олександръ и Андреи и приказаша Олександрови Кыевъ и всю Русьскую землю а Андреи седе в Володимери на столе» ЛЛ 1249 г. Но в 1248–1249 гг. прессинг с Запада усилился. А Андрей именно в это время начинает игру против Орды. Александру из Новгорода видна опасность такой политики. Он собирает совет мудрецов [112], его поддерживает митрополит Кирилл. Новгород и Церковь однозначно на его стороне. И Андрея быстро скинули. Руками Неврюя. А вот список сообщений о вокняжении ближайших приемников Александра:

«Сяде по брате своемъ великомъ князи Александре Ярославиче на великомъ княжении въ Володимери братъ его князь велики Ярославъ Ярославичь Тферский и бысть князь велики Володимерскый». Никоновская летопись 1263 г. И седе по немъ (Ярославе Ярославиче) на великомъ княжении въ Володимери братъ его князь Василей Костромский мизиной сын Ярославль внукъ Всеволожь правнукъ Юрья Долгорукаго праправнукъ Владимера Мономаха прапраправнукъ Всеволожь пращуръ Ярославль прапращуръ великого Владимера и бысть князь велики Володимерский и Новогородцкий» Никоновская летопись 1271 г.