Чтение онлайн

«Что? Значит, он меня не выгоняет?» - пронеслось в голове Джулианы, и она сразу воспряла духом, решив, что сможет достучаться до директора и убедить его изгнать Кэрроу прочь из Хогвартса.

– Но, сэр, если бы вы видели, что они сделали с Невиллом Долгопупсом… - начала было она, но он жёстко оборвал ее.

– Значит, в этом была его вина! Значит, он позволил себе слишком много болтать там, где надо было смолчать!

– Смолчать?! Они унижают и калечат детей, сэр! Причем делают это не сами, а заставляют одних учеников применять непростительные заклятия на других! Неужели вы не понимаете, что тем самым они калечат не только тела, но и души? Души тех, кого учат получать удовольствие от боли их товарищей! Кого заставляют испытывать удовольствие, мучая других! – возмутилась Джулиана.

– Где вы набрались этого душеспасительного бреда? – презрительно поморщился он, глядя на нее. – Жестокость у людей в крови. И даже самым положительным из них доставляет удовольствие мучить тех, кто слабее.

Он на мгновение отвернулся, словно задумался о чем-то, и в это мгновение Джулиане показалось, что он говорит о чем-то личном.

– Значит, вы не собираетесь увольнять Кэрроу? – оборвала она затянувшуюся паузу.

– Разумеется, нет. Не я их назначал, не мне их и увольнять, - ответил он.

– И вы позволите им и дальше творить эти бесчинства? – не могла поверить своим ушам Джулиана, ненавидевшая его за это приспособленчество, и, когда он не удостоил ее ответом, воскликнула:

– Неужели вам настолько важно сохранить этот пост, сэр, что вы просто будете молча наблюдать за происходящим?!

– Да, мисс Скамандер, - вдруг взвился он, отбрасывая прочь маску спокойствия и словно разом становясь выше.

– Мне дорог этот пост. Но не меньше него мне дорога эта школа. И, возможно, сейчас это единственный способ сохранить ее. Пусть теперь здесь не так весело, как прежде, но это место для учебы, а не для веселья. И если мне надо терпеть… держать здесь Кэрроу, но иметь при этом возможность сохранить остальных преподавателей, значит, я так и сделаю.

– Но они же калечат… - вновь взялась за своё Джулиана.

– Но не убивают. А вы когда-нибудь видели убийства, мисс Скамандер? Вижу по вашему взгляду, что нет. Так вот, я желаю, чтоб так было и впредь. И по мере возможностей сделаю так, чтобы их не произошло в моей школе. Не в мою смену, ясно?!

И он пристально посмотрел на нее, отчего Джулиана вдруг почувствовала стыд за то, что наговорила ему, за то, как себя вела. Может, и правда, не стоило злить Кэрроу, пока та окончательно не сорвалась с катушек?

Но что же тогда? Терпеть и ждать, пока ее друзья победят Волан-де-Морта, а самой сидеть в школе и делать вид, что всё нормально?

– Мисс Скамандер, отдайте мне палочку, - оборвал между тем ее мысли голос Снейпа.

– Что? – изумленно уставилась она на него.

– Что слышали. В качестве наказания вы на неделю сдаёте мне свою палочку. Возможно, это поможет вам быть чуть менее импульсивной и не ввязываться в неприятности.

– Но, сэр, без палочки я как без рук, - пролепетала Джулиана, приняв максимально покорный вид, на который была способна, и испытывая острое чувство несправедливости.

– Иногда лучше быть без рук, чем без головы, - хладнокровно заметил Снейп и, добавив, что вернет ей палочку, если она сможет вести себя благоразумно в течение недели, велел ей ступать прочь.

***

– Джулиана, как ты? – встретила она у дверей своего комнаты Джейми, нервно переминавшегося с ноги на ногу в ожидании сестры. – Он же не выгнал тебя?

– Нет, зато забрал мою палочку, потому что я импульсивная идиотка и не могу себя контролировать, - ответила она, чувствуя себя так, словно подверглась публичной порке.

– Что?! Но разве это разрешено? – изумился младший Скамандер.

– Наверное, нет. Так же, как и скандалы посреди Большого зала во время ужина, - устало проговорила она.

– Да брось! Все только и говорят о твоем поступке! И все полностью на твоей стороне. Ну, за исключением тех, кто поддерживает Пожирателей. Но нам-то до них что, верно? – и он ободряюще похлопал ее по плечу. – Может, хочешь зайти и посидеть с нами в гостиной? Теперь я брат той, кто не побоялась выступить против Кэрроу, и ребята были бы рады, если бы я привел тебя.

– В другой раз, - покачала головой Джулиана, улыбнувшись брату. – Снейп высушил мне мозг, и сегодня из меня получится плохой собеседник.

– Но ты обещаешь не грустить тут в одиночестве? – с притворной суровостью посмотрел на нее мальчик.

– Торжественно клянусь! – произнесла Джулиана и, пожелав брату спокойной ночи, пошла к себе и тут же рухнула в кровать и закрылась с головой одеялом, мечтая проснуться утром где-нибудь подальше от этого места.

Однако утро принесло новые силы, а с ним и новые идеи. И пусть Джулиана не имела ни малейшего представления, что она может предпринять дальше, зато она примерно представляла, что могут предпринять такие, как Кэрроу. И, решив не дожидаться, пока они нанесут удар, а также чувствуя себя отвратительно беспомощной и беззащитной без своей палочки, она приняла решение отныне носить с собой своего пикирующего злыдня, и уже злорадно предвкушала тот момент, когда кто-то из Пожирателей решит напасть на нее или пригрозить очередным непростительным заклятьем.

За завтраком в столовой она едва заметно кивнула завтракавшим Кэрроу, зато не могла не отметить гул одобрения, пронесшийся над столами при ее появлении (разумеется, это не относилось к столу Слизерина), а также то, насколько доброжелательней стали относиться к ней сдержанные прежде Минерва МакГонагалл и профессор Флитвик.

Она сдержала радостную улыбку и тут подняла глаза и наткнулась на холодный взгляд сидящего за столом директора, явно не одобрявшего происходящего, и всю ее радость, как рукой сняло при воспоминании об их разговоре и о собственной никчемности.

Итак, она добилась того, чего хотела. Теперь вся школа (ну хорошо, почти вся школа) любила ее. Ученики радостно приветствовали ее в коридоре, и преподаватели, чьего общества она искала, смотрели на нее с уважением. Однако от всего этого Джулиана чувствовала себя еще хуже, чем прежде. Она ощущала, что недостойна этого хорошего отношения, потому что ее жалкий протест ничего не изменил: издевательства Кэрроу над учениками продолжались, и она боялась услышать, что из-за нее они стали еще более жестокими и изощренными. Однако, похоже, Темный Лорд дал указ не проливать слишком много чистой крови волшебников, и пытки носили всё тот же рутинный характер, не становясь от этого менее жуткими.

Зато к ней Пожиратели больше не придирались и, кажется, вовсе забыли о ее существовании, словно почувствовали, что даже без палочки она сможет дать им достойный ответ.

Однако это не спасало Джулиану от чувства собственной беспомощности и бесполезности, сводящих ее с ума. Так что по утрам ей хотелось бросить всё и уехать к Чарли, чтобы помогать сопротивлению, а вечерами она засыпала с мыслью о том, что ни в коем случае не имеет права бросать Джейми одного.

Поэтому, несмотря на все сильнее портившуюся погоду, она проводила много времени то с питомцами Хагрида, то бродя в окрестностях Запретного леса, из которого временами показывались единороги, которых Джулиана любила за их покладистый нрав и нежнейшую белую шкуру, к которой было так приятно прикоснуться и, зарывшись носом в шелковую гриву, вдыхать запах шерсти, смешанный с ароматом осенней листвы.