Чтение онлайн

— Ты успела их убрать? — уточнил я.

— Нет, не успела, он на Сейфи отвлекся… А знаешь, оказывается, второй этаж это не очень и высоко, когда за тобой гонится разгневанный папаша с тесаком.

— Что отец тебе сказал?

— Чуть не убил, хорошо ещё, я успела ему под нос пустую шкатулку из-под драгоценностей сунуть.

— Оборотень тебя обокрал? — выдавил я, подбирая с полу упавшую челюсть.

— Неа, — хихикнула девушка, — должна же была я как-то объяснить отцу присутствие мужчины в моей спальне. А так получилось, будто вор залезал, и я как бы совсем и не виновата, а украшения я ещё раньше припрятала для побега.

— Это ты отлично придумала про драгоценности, они нам ой как пригодятся. Подожди, — вдруг задумался я, — а твой отец в стражу на Сейфи не заявит? У него же неприятности будут!

— Уже заявил, — опустила голову пэра Эра'стуар, — но что делать? Я его отговаривала, но… Отец за деньги удавится. Сейфи симпатичный, — мечтательно добавила она, — жаль его подставлять, но уверена, как мы сбежим, отец про него и думать забудет. А стража забесплатно и не почешется!

— Всё равно нехорошо получается, он нам помогает, а ты его подставила.

— А может пушистик с нами пойдёт? — смущаясь, воскликнула девушка. — Ты не подскажешь, где его можно найти.

— Зачем он тебе? — удивленно приподнял бровь я.

— Он у меня кое-что забыл… — прошептала Неор.

— Что забыл? Надеюсь, не трусы, — захихикал я, отскакивая подальше. И вовремя, еле от веера увернулся: а реакция-то у девочки хорошая. Отличная парочка из них с Сейфи получилась бы: привычки-то одинаковые — бедного полуэльфа вокруг стола гонять.

— Нам долго ждать?! Документы показывай!

Я развернулась, повесив на лицо самую ясную и открытую улыбку, ни дать, ни взять "обаятельная дурочка на прогулке".

Четверо мужчин в желто-серой форме взяли меня в полукольцо и, ухмыляясь, ждали, решусь ли я бежать в так любезно предоставленную для побега сторону. Только я ж тоже не дура — если бежит, значит виноват. Зачем давать им лишний повод для подозрений?

Вместо этого, радостно улыбаясь, я принялась рассматривать солдат. Вроде люди, хотя конкурс "найди десять отличий" я не проводила.

То, что это какой-то патруль, было ясно: одинаковая форма, оружие, военная выправка. Все среднего возраста, лишь один выглядит молодо, и это при абсолютно седых волосах. Кроме тех четверых, что меня окружают, было ещё четверо вояк и командир, не пожелавший спешиться. Он выделялся среди остальных знаками на форме и особо наглой мордой. Его фигура, бывшая когда-то подтянутой и спортивной, уже начала оплывать жирком.

Документов у меня не было, и, как мне думается, у Айверина тоже, а значит, придётся выкручиваться.

— Господин офицер! Вы такой храбрый! — кинулась я к нему, одной рукой прижимая к себе Зара, другой хватая командира за руку. Наверно, много бандитов поймали?! Благодаря Вашей отваге и самоотверженности, — продолжала трещать я, — этот мир становится чище и безопаснее. Вы и Ваша великолепная команда — пример для всей стражи.

В таком же духе с абсолютно серьёзным и искренним выражением лица я могла болтать сколько угодно. Что, дядя, не привык ты к грубой лести?

Тот аж надулся весь от гордости, улыбается во все тридцать два (или сколько у них тут зубов), стражники тоже довольно приосанились, "благородный вид" приняли.

Только не все. Интересно, как эти двое в команде остались? Обычно, если начальник самовлюбленный дурак, то он не терпит рядом тех, кто умнее него, и подчиненных выбирает так, чтобы на их фоне лучше и значительней казаться. А этим двоим, похоже, зубы не заговоришь…

— Господин Розжелт, мы на задании, — напомнил "офицеру" седой, по всему видно, опытный вояка.

Командир и остальные тоже слабаками не выглядели, но уже "поплыли", хоть голыми руками бери. Что я дура за оружие хвататься, в два счёта скрутят, а так с кем им воевать — с восторженной девицей? Что? Как это не девица?! Да мне всего восемнадцать лет! И неважно, что между семнадцатью и восемнадцатью годами я прожила прекрасных пятнадцать лет жизни!

Да я этих стражников уже почти обработала. Если б тут некоторые не вмешивались, вообще красота бы была!

Это ещё что? Стражники вместе с командиром застыли, разинув рот и глядя круглыми глазами мне за спину. Стоило только мне обернуться, как и моя челюсть с грохотом упала вниз, а размеру глаз позавидовала бы даже самая первая эльфийская красавица. Там стоял Ай… абсолютно голый (ну, не считать же за одежду огромный букет полевых цветов!) На губах широченная улыбка, а в глазах весёлые чёртики пляшут. Уставился на нас как на картину Саврасова "Грачи (в смысле, стражники!) прилетели". Чёртикам, видать, чегой-то не понравилось, и они отправились на ПМЖ в более радостные края, улыбка растаяла без следа, как и не было, оставив бедному Айверину лишь тревогу и недоумение.

— Что здесь происходит? — воскликнул мужчина с неподдельным волнением в голосе. — Что вам надо от моей жены?

А фигурка-то у "муженька" очень даже ничего… подходящая! А вот самое главное не оценишь — букетом, зараза, прикрылся!

Я закусила губу, безуспешно пытаясь не рассмеяться и не испортить "мужу" игру. Но наглым чёртикам, похоже, дальние края пришлись не по вкусу, и они всем скопом вцепились в меня. Еле успела развернуться и уткнуть лицо Зару в живот, как меня скрутил жестокий приступ хохота. А Зарчик — молодец, не пискнул, даже ручки поднял, вроде как меня закрывая.

— Что случилось? Почему моя жена плачет? — Ай схватил сохнущую на кусте пеленку, быстренько в неё завернулся, подскочил ко мне и обнял, чмокнув в макушку.

Я затряслась ещё сильнее, не помог даже чувствительный щипок "супруга".

— Это кто вы такие? — очнулся командир стражи. — Что здесь делаете?

Ай, отпустив меня, подошёл к главному стражнику и что-то зашептал. Тот сразу же похабно заржал и что-то стал нашептывать "муженьку" в ответ. Так и болтали, подхихикивая, какое-то время, а я продолжала за ними подсматривать одним глазом, уже прекратив смеяться — что они там такое обсуждают, интересно? Подозреваю, что меня.

— Господин Розжелт! — снова влез противный стражник. — Надо их проверить.

— Ах, да, — вспомнил Розжелт, — покажи-ка подорожную.

Он рассмотрел протянутую Айверином бумагу, глянул на меня.

— А это жена моя и сын, читать не умеет, дура, на днях свою подорожную вместо растопки использовала.

— Так я б за такое убил! — хлопнул кулаком по колену Розжелт.

— Так и я чуть не убил, но эта гадина на дерево влезла. А я высоты боюсь. Всю ночь там и просидела, спуститься боялась.