Чтение онлайн

Сейчас Ксенофонтов стоял у бортика и смотрел на Таню Малинину, свою лучшую фигуристку, на которую он возлагал большие надежды. Стройная худенькая светловолосая девочка в синем костюме делала разминку вместе со всеми и вроде бы ничем не выделялась из общей массы воспитанников. Разве что у неё были тройные сальхов и тулуп. Был и риттбергер со статистикой выполнения пятьдесят на пятьдесят. Этого вполне хватило бы, чтобы стать чемпионкой области и поехать на первенство СССР среди юниоров. И даже взять его. Однако сейчас Ксенофонтов в этом не был уверен, если то, что сообщила Писеева, правда.

Сейчас он корил себя как мог. Чёрт побери… Ведь знал же! Знал! Надо постоянно идти вперёд. Усовершенствоваться. Не почивать на лаврах былых заслуг. Это спорт! Не улучшаешься ты — улучшится твой соперник. Не прогрессируешь, завяз на прошлом уровне — спрогрессирует твой соперник и станет выше тебя.

К нему, в его родной город, приедут две валькирии, жадные до побед, и с этим срочно надо что-то делать…

Наконец-то решившись, Ксенофонтов окликнул Таню Малинину.

— Танюш, подойди на пять минут.

Таня прекратила кататься вместе со всеми и подъехала к тренеру с недоумённым видом.

— Нам нужно усилить тренировки, — подумав, сказал Ксенофонтов. — Сейчас начнём тренировать тройной риттбергер. Впереди у нас неделя. За это время нужно довести элемент до стопроцентной готовности. Я понимаю, это сложно и даже невозможно, но иначе никак…

— Что случилось, Игорь Борисович? — откинув светлые волосы со лба, недоумённо спросила Таня. — Вы говорили, нам и существующего набора нам хватит для победы на чемпионате.

— Уже нет. Моя вина. Зациклился на былом, — мрачно ответил Ксенофонтов. — Приедут две сильные гостьи из Екатинска. Одна фигуристка обладает таким же набором, как у тебя — сальхов и тулуп. Причём сейчас катается очень стабильно. Ты её знаешь, наверное, видела, это Марина Соколовская. Раньше у неё результаты здесь неважные были, но за год она спрогрессировала — постарался чертяка Левковцев. Вполне может побороться за медали и за чемпионство. Другая девочка — Люда Хмельницкая. Я про неё вообще не слышал раньше. Но она очень прибавила и обладает тройными лутцем и флипом. При чистом прокате по технике судьи поставят её гарантированно выше тебя. Чтобы стать чемпионкой, тебе нужен ещё один прыжок. Будем тренировать тройной риттбергер. На флип и лутц уже нет времени. С риттбергером у тебя будет пять тройных прыжков против их четырёх. И это будет точно победа.

— Но и у Хмельницкой тоже может быть пять прыжков, — заметила Таня. — Если у неё есть и флип, и тулуп, в короткой она сможет прыгнуть флип в каскаде, а лутц одиночным. И три в произвольной.

— Может, Таня… — вздохнув, ответил Ксенофонтов. — Но иного выхода у нас нет. Нам нужно усложняться. Иначе всё сольём к чертям. Все наши планы на твоё будущее полетят вниз. Готовься к риттбергеру. Попробуем сперва на удочке. Раскручивайся сначала двумя-тремя тройками назад-внутрь. Делай посильнее толчок. Всё получится! Верь в себя, Танюша! Не получится с первого раз — получится со второго, с третьего!

Прицепив Малинину на лонжу, Ксенофонтов выехал с ней на середину катка и велел разгоняться. Таня двумя подсечками набрала скорость, сделала одну тройку, тут же другую, почувствовав, что нужная скорость уже есть и начальное вращение тоже, после тройки скрестила левую ногу перед правой и мощно оттолкнулась правой ото льда, закручивая своё тело против часовой стрелки замахом левой. Ещё в воздухе почувствовала, что сырой, ненапрыганный элемент не получится.

Так и есть! Не получился! Недокрут! Прыгнула даже не недокрученный тройной риттбергер, а перекрученный двойной. Приземлилась лезвием параллельно направлению движения. Ноги подвернулись. Малинина стала падать в самом травмоопасном положении — лицом в лёд. Как ни старался Ксенофонтов удержать её, но полностью не вышло — девочка всё-таки стукнулась коленями о лёд. К счастью, удар был не слишком сильным, и она тут же поднялась, потирая ушибленное колено.

— Ты как? — обеспокоенно спросил Ксенофонтов. — Кататься можешь?

— Да… — обеспокоенно ответила Таня, щупая коленный сустав. — Всё нормально.

Нормального, конечно, мало, ушиб кожных покровов всё равно наверняка был и на коже останется громадный синяк, но надо тренироваться дальше — идти, что называется, до конца… Отступать некуда — впереди маячило Первенство СССР среди юниоров. А в следующем сезоне… Возможен и взрослый чемпионат и даже… Чемпионат мира?

… Арине тренировка тройного флипа далась намного легче, чем риттбергер у Малининой. В первую очередь потому что этот прыжок можно исполнять без обязательных шагов, как перед лутцем в короткой программе. Поэтому Арина набрала ход, сделала на левой ноге тройку назад-внутрь. Пока тройка гарантировала правильное внутреннее ребро, чуть присела на левой ноге, вытянула правую ногу назад и резко ударила по льду зубцом правого ботинка, закручивая своё тело во вращение. Получилось с первого раза, причём идеально! Прыгнув так же хорошо второй раз, Арина на третий исполнила каскад тройной флип — двойной тулуп. И он тоже получился идеально!

После тулупа Арина, как Соколовская, выпрыгнула из выезда оленем, приземлилась, сделала несколько твиззлов и тут же затормозила, показывая, что всё под контролем. Она сделала красивейший выезд, состоящий из целой серии элементов, несмотря на указание Левковцева исполнять всё максимально упрощённо, чтобы только развить и закрепить навык. Одногруппники, раскрыв рты, смотрели на невиданное зрелище. Им с двойного-то флипа за счастье так выехать, а Люська делает такие красивые и сложнейшие вещи, как будто они не стоят для неё абсолютно ничего!

Раздались приветственные крики и аплодисменты. Одногруппники искренне восхищались Ариной. Что бы она ни делала — всё хорошо, красиво и без ошибок. Как настоящая прима!

— Тебе тоже нет смысла продолжать тренироваться, — заявил восхищённый Левковцев. — Вы всё сделали, что я хотел увидеть у вас. На огромные плюсы. Иди тоже домой, Люда. Отдыхай. Завтра суббота, не забывайте — нам ставить показательный. Марина, ты слышишь? Завтра не торопитесь, выспитесь и к обеду приезжайте. К двенадцати часам.

Увидев, что Соколовская утвердительно кивнула в ответ, тренер сделал шутливый отгоняющий жест в их сторону и отпустил с катка. Одногруппники с завистью посмотрели на чемпионок и приступили к скучным рутинным занятиям. Левковцев в отсутствии главных фигуристок стал ещё сильнее гонять их.

— Вот видишь, моя методика оказалась лучше, чем стандартная! — заявила Арина, когда бок о бок шли в раздевалку. — Мы и время сэкономили, и намного лучше потренировались. Это круто!

— Круто… — согласилась Соколовская, открывая дверь в раздевалку. — Это что, теперь всегда ледовую тренировку с прыжков будем начинать?

— Всегда! — согласилась Арина. — Сначала прыжки, потом прокат макетов программ, а потом самое сложное тройные прыжки.

— Я хочу каскад с двумя тройными попробовать, — заявила Соколовская. — Сначала для короткой, потом для произвольной программы.

— Хм… — не нашлась, что сказать, Арина. — А не слишком ли вперёд идёшь? Надо сначала закрепить то, что можешь и что хорошо получается. У тебя вообще нет резона рисковать. При любых раскладах поедешь в ЦСКА.

— Нет резона? — усмехнулась Соколовская. И на миг Арине вдруг почудилось, что это опять та самая вреднючая Марина, которая досаждала всем. А может, просто так показалось… У Соколовской был трудный характер, это надо признать…