Камасутры Miss G, утонченная эротическая проза
Шрифт:
Все прошло хорошо – мы кончили одновременно. Бурно и сладко. Бурно и сладко, потому что я, тертый всеми частями света, не испугался. Умея с детства задерживать дыхание — для моряка это необходимо, и зная из журналов определенного содержания, что длительная задержка дыхания многократно усиливает оргазм, я вошел в роль и исполнил ее, по словам партнерши, просто восхитительно.
Спустя некоторое время, когда мы вполне привыкли друг к другу, я, терзаемый дурными мыслями, сказал, что нашел подходящее дерево и хочу сделать из него лодку, с тем чтобы покинуть остров навсегда. Вот как это было.
…Мы, утомленные любовью, с каждым разом становившейся все безумнее и безумнее, лежали на пляже у самой воды, и я рассказывал, как бежал с острова Ту, основной достопримечательностью которого была религия, священнослужители которой в прямом смысле этого слова продавали верующим путевки в загробный мир, воспринимавшийся ими в виде благодатного острова, застроенного отелями.
— Неплохая религия, — сказала она, сладко зевнув. — Там, наверное, никто не боится смерти.
— Да. Но всю жизнь они вкалывают с утра до ночи, чтобы купить больше звезд, то есть путевку получше.
— И ты сбежал, чтобы не вкалывать с утра до ночи?
— Нет, не из-за этого. Понимаешь, я — моряк… И без моря жить не могу…
Она молчала, и я продолжал врать:
— Знаешь, я уже присмотрел дерево. Из его ствола получится неплохая посудина…
Она, разместив в сознании услышанное, отвела взор от красного закатного солнца и пристально посмотрела мне в глаза. Ясно прочитав в них давно тревожившие меня мысли, проговорила:
— Значит, ты хочешь оставить меня...
— Нет, но… — посмотрел я беспомощно на женщину, безраздельно владевшую и моим телом, и — что скрывать? — сердцем, в нем бившемся, давно бившемся для нее одной.
— Что но?
— Понимаешь… Я боюсь… Ты такая…
— Понимаю…Страстная?
— Да…
— Не надо этого бояться, милый. Видишь ли, я — пуританка и...
— Что и?
— И… не приемлю анального секса...
Сейчас у нас два замечательных мальчика и девчонка. Они носят меня на руках.