Чтение онлайн

Весь день напролет они носились по ярмарке, заглядывая в лавочки и палатки, со страхом наблюдая за огнедышащим человеком и фокусником, вынимавшим из волос женщины живые цветы.

Они смотрели, как плетут корзины из гладкой, вкусно пахнущей лозы, раскрывая рты от удивления, когда под умелыми женскими руками росли на глазах стенки корзин.

В середине дня пекарь все еще продавал пирожные и зачерствевшие коричневые хлебцы, так непохожие на тот мягкий белый хлеб, к которому они привыкли дома. У лотка сыровара оба выпили пахучего пенистого молока, которое со вчерашнего дня хранилось в кувшинах, закопанных в землю, и потому оставалось холодным.

А еще засахаренные фрукты, которые можно было жадно съесть, и пахучие травы, чтобы положить их в пояса и больше не обращать внимания на менее приятные запахи такого огромного скопления людей, как, например, у лавки мясника, которую мальчики избегали, как только узнали, что там творится.

Насильственная смерть, пусть даже животных, все еще пугала их.

В палатке оружейника Райс-Майкл нашел кинжал сделанный как раз по его детской руке, и в конце концов заставил Тависа купить понравившееся оружие.

Выбор Джавана пал на нечто более изящное. Задержавшись на некоторое время у палатки шорника, чтобы подобрать кинжалу Райса-Майкла подходящие ножны, старший брат наткнулся на тонкую белую шкуру теленка в ладонь шириной и длиной с него самого. Сначала он не обратил на шкуру никакого внимания, просто дважды обернул ее вокруг руки и продолжал помогать брату в его поисках, и вскоре они отыскали кожаные плетеные ножны.

Но когда Райс и один из стражников сэр Пайдур стали прицениваться, Джаван задумчиво погладил шкуру и отвел в сторону другого стражника, сэра Джейсона. В течение следующих нескольких минут эти двое о чем-то разговаривали по секрету, Тавис так и не смог понять, о чем шла речь. Но когда Райс-Майкл заплатил за ножны цену, на которой они с хозяином сошлись, Джаван, не торгуясь, заплатил запрошенную цену и с мрачной решимостью уложил свою покупку в кошель у пояса. Только полчаса спустя Джейсон улучил момент, когда оба принца наблюдали за работой стеклодува, и рассказал Тавису, что купленная Джаваном шкура должна была стать рыцарским поясом. Джейсон, пользовавшийся репутацией мастера по работе с кожей и прирожденного рыцаря, не мог рассказать мальчику о тщетности его мечты: если он не станет королем, ему ни за что не получить звания рыцаря из-за своей искалеченной ноги.

Кроме слов благодарности Джейсону за его рассказ, Тавис не сказал ни слова. Его сердце болело за принца — мальчик навсегда останется для людей тем, чей благородный дух неоспорим, но кто вечно будет нести отметину судьбы. Уже не в первый раз он пожелал, чтобы его дар Целителя сделал Джавана настоящим принцем. Он и был таковым во всем, если не считать физического увечья.

В тот день мальчики нашли и другие сокровища, хотя им и не разрешили купить все. Для своего царственного брата они выбрали плеть для верховой езды. Ее рукоять украшали таинственные узоры далекого Торента. Райс-Майкл уверял, что плеть составит чудесную пару с недоуздком р'кассанского жеребенка, которого Алрою подарили два дня назад.

Для старой госпожи Лирели, которая в предыдущие годы была главной няней мальчиков и все еще заботилась о порядке в комнатах, они купили ленту небесно-голубого цвета, в тон ее мантии. А Ботольфу, ухаживавшему за лошадьми, они решили преподнести батистовую рубашку с вышивкой на воротнике и манжетах в стиле его родного Форсинна.

Каждый из четырех стражников получил по кожаному кошельку, у них на глазах украшенному его значком или ярко раскрашенному. А Тавису мальчики купили кожаную охотничью кепку зеленого цвета Целителей. Польщенный Тавис будет носить эту кепку до конца своих дней.

Но все же они большей частью только смотрели и дивились товарам ярмарки. В приключениях и свободе день прошел почти незаметно, и мальчики несколько раз сожалели, что Алроя не было вместе с ними.

Один случай чуть не испортил веселья, хотя ничего серьезного не произошло.

После полудня, когда мальчикам пришлось на время прервать свою беспрестанную беготню по ярмарке, чтобы поесть сыра и фруктов, Тавис расстегнул правый специальный ботинок Джавана, пока тот грыз яблоко, устроившись на пустой винной бочке.

Целитель присел на корточки, массируя ступню мальчика и незримо передавая энергию, но его едва не сбила с ног группа проходивших мимо богато одетых молодых людей, в которых Тавис узнал Дерини.

Один из них зацепил его, Тавис взмахнул руками, чтобы не упасть, плащ на нем распахнулся. От этого движения открылись знаки Целителя и королевского слуги, и Тавис почувствовал, как в сознании одного из прохожих вспыхнуло презрение и тут же исчезло. Незнакомец подавил эмоции и завернулся в плащ, прежде чем Целитель обрел равновесие и решил, как ему поступить.

Тавис успел увидеть только мелькающие спины, и они слились с толпой. Он попытался найти их при помощи своих деринийских способностей, чтобы выяснить, почему тот молодой человек так отреагировал на вид его значка, но не сумел. Должно быть, у них были очень надежные защиты. Случайные прохожие скрылись в толпе, и ни обычным зрением, ни ментальным усилием их было невозможно отыскать.

Молодой Целитель в задумчивости застегнул ботинок Джавана, радуясь, что мальчик не обратил внимания на инцидент. Возможно, ничего необычного в нем не было. На ярмарке полно народу, и их толкнули не впервые. Так, Робер несколько раз одергивал грубиянов… Тут молодого человека отвлекла от размышлений совершенно удивительная девушка, танцующая возле одной из палаток ниже по проходу.

Вскоре уже Тавис и думать забыл о происшествии и, взяв Джавана за руку, двинулся следом за стражей. Энергия мальчиков била через край, нужно было постоянно приглядывать, чтобы они не ушли, не поддались новому искушению возле какой-нибудь палатки или лотка. Впрочем, самого Тависа тоже привлекало многое.

Когда солнце стало клониться к закату, они отправились обратно в замок, следуя узенькими улочками и аллейками. Единственной заботой Тависа было скорее уложить в постель двух уставших, спавших на ходу принцев. Джаван, чья больная нога наконец дала о себе знать, довольный и сонный, ехал на плечах Пайдура, самого крепкого из стражников, а Райс-Майкл, по-прежнему оживленный, продолжал заглядывать в боковые улочки и магазины, сопровождаемый Джейсоном, Робером и Корундом.

Повсюду по улицам бродили толпы веселящихся людей, некоторые по случаю карнавала были в масках. К одной из проходивших мимо групп, горланившей походную песню, присоединился Пайдур. Тавис и сам не заметил, как оказался в гуще разношерстной публики… как вдруг, внезапно кто-то схватил его за руку и толкнул в сторону, в темную боковую аллею.

— Дерини не смеют помогать врагам! — услышал он шепот над самым ухом.

Потом кто-то ударил его по затылку, и молодой человек потерял сознание.

Он напрягся, дернулся, но его держали так крепко, что он не мог даже упасть. В голове все смешалось, он чувствовал лишь, что его тащат куда-то по аллее. Похитители все, как один, были в масках, а стража осталась там, на улице, с принцами.

— Так что же нам делать с Дерини, который помогает врагам? — заслышав вопрос, Тавис попытался рвануться и прочесть мысли негодяев — но тут же ощутил, как те ставят ментальные барьеры. Значит, его похитили Дерини! Он хотел позвать на помощь, но тщетно. Кто-то крепко зажимал ему рот рукой, а голову притиснули к чьей-то груди в бархатном камзоле.