Чтение онлайн

– У меня будешь жить, – отрывисто говорил Вадян, пока мы забирались в трамвай. – С матерью все решу. Помогать ей будешь по хозяйству.

– Вадюша, но у меня же здесь, в Ярославле, пенсия, – попробовала возразить баба Лида.

– Уймись, – мой тезка махнул рукой. – Пенсия, скажешь тоже…

Салон был почти пустой, народу немного, так что мы спокойно расположились на старых пластиковых сиденьях. Или это не пластик, а крашенная фанера? Постучал по креслу костяшками пальцев – нет, все-таки химволокно. Старое, поцарапанное. Резиновый пол в вагоне затерли до дыр сотни тысяч ног пассажиров.

– Мы бесплатно проедем, – улыбка Вадяна, адресованная хлипкому мужичку-кондуктору, была из тех, что называют обезоруживающей.

Кондуктор отвел взгляд и прошел мимо, собираясь как ни в чем не бывало «обилечивать» других пассажиров. И ведь никто не роптал! Честно, сейчас это не такая уж и проблема, и я хотел было махнуть рукой… Но нет. Раз уж собираюсь менять судьбы людей, начинать нужно с себя самого. Иначе все эти пафосные разговоры гроша ломаного не стоят.

– Постойте, уважаемый! – требовательно позвал я, и кондуктор, вздрогнув, медленно обернулся.

Он только что выдал билет мужчине в очках и шляпе, похожему на одного известного маньяка, а теперь на его лице медленно начинало отражаться отчаяние.

– Мы нашли размен, – нарочито громко сказал я, чтобы, во-первых, самим выйти красиво из ситуации и, во-вторых, дать такую возможность этому мужику.

Кондуктор, особенно не скрываясь, выдохнул и уже спокойно подошел к нам. Я отсчитал нужную сумму, мужик выдал сдачу и шесть билетов.

– У бабушки ведь проездной? – уточнил он, кивнув на бабу Лиду.

– Ой, где-то тут был, – засуетилась она, но кондуктор махнул рукой.

Верю, мол. А сама бабушка, видно, только что наконец-то пришла в себя. Вадян все это время внимательно наблюдал за моими действиями, но ничего не сказал.

– Так что там было-то, пацаны? – не выдержал Саня, когда кондуктор вновь отошел.

Мы заняли всю заднюю часть, оккупировав восемь сидячих мест. Восемь – потому что одно отвели под корзинку с котом Васькой. Мурлыка, похоже, решил отоспаться после пережитого стресса, и теперь даже грохот колес в неизолированном от шума вагоне его не тревожил. Спит себе котейка и спит.

– Батя, сволота, – проговорил Вадян, чем заслужил укоризненный взгляд старушки. – От нас с мамкой и братаном ушел, поехал в Ярик бизнес мутить. Баба Лида – это его тетка, моя двоюродная бабушка, получается. Единственная из всех родственников, у кого в Ярике своя хата. А она, добрая душа, его еще у себя прописала…

– Вадюша, не надо так про отца, – попросила старушка. – Какой-никакой, а отец все-таки…

– Никакой, – пробурчал Вадян. – Никакой он отец, ноль без палочки. А ты, баб Лид, не защищай его. Прогорел, квартиру твою заложил, гад. Так ведь было? А где он сейчас, хоть знаешь?

– Так они это… – пенсионерка взволнованно теребила наполовину оторвавшуюся пуговицу. – С Элечкой куда-то уехали. Ну, жена его вторая… Уж прости, Вадюша, но большой ты уже, как есть говорю.

– Зато ты, баб Лид, как ребенок, – мой тезка беззлобно махнул рукой.

Парни принялись наперебой обсуждать ситуацию. Валерка по-прежнему стоял на своем – мол, надо было сразу обратиться в милицию, в городскую управу, Ельцину написать. Илюха предлагал по газетам и телеканалам пройтись. Саня качал головой, гладил кота и говорил, что кроме других бандитов с той строительной фирмой никто не справится. А Дюс все никак не мог поверить, что отец Вадяна всерьез мог так поступить сначала с детьми, затем с пожилой тетей. Последнее, кстати, его даже сильнее задело – из-за того, что его родители-геологи не вылезали из экспедиций, воспитывала Дюса бабушка Ираида. И к ней он был привязан, пожалуй, сильней, чем к матери и отцу.

– Ну, может, его обманули? – он задумчиво чесал висок. – Заставили что-то подписать, например.

– А зачем он подписывал? – возразил Илюха. – Читать не умел?

– Надавили, – не унимался Дюс. – Угрожали чем-нибудь. А если у него долги были…

– Хватит, – оборвал всех Вадян. – Что бы у него там ни было, поступила эта тварь как последнее чмо. Вы видели, во что квартира превратилась? Как над старой бабкой издевались? А он сам, видите ли, с этой шмарой Элькой куда-то уехал!..

– Вадюша! – снова расстроилась баба Лида.

– Сама наивность, – пробормотал он, но в голосе не было осуждения в адрес старушки. Только горькая жалость.

А у меня вот были к нему вопросы! Во-первых, как он узнал о судьбе отца в Ярославле и о том, что случилось с двоюродной бабушкой? И во-вторых, где он сам был раньше? Навещал ли старушку хоть раз до этого? И, главное, почему вдруг решил к ней заехать именно сегодня, еще и так неожиданно? Он ведь явно до истории со скорой и токсикоманами не планировал этого делать! Да и вообще, с электрички соскочил в последний момент, как увидел, что нас преследуют. Значит, и тогда не собирался, пофигу ему было.

Пока что эта история не налезала на голову, и я по-прежнему не понимал Вадяна до конца. Каким-то странным было его поведение в целом, только я никак не мог ухватить суть.

– Выходим, – он как раз прервал мои размышления.

До станции от остановки трамвая было недалеко, но мы все равно добирались довольно долго – баба Лида заметно уступала в скорости даже нашему Илюхе. Город уже погружался в вечерние сумерки, когда мы вышли на платформу Которосль. С другой стороны, это был даже плюс – основной поток пассажиров остался позади. Калымщики, работавшие в Ярославле, уже разъехались по домам, в Москву под вечер никто не ездит, это завтра с утра несчастные «электроны» будут штурмовать толпами. А в нашу сторону и вовсе желающих мало всегда.

– Чего вы так долго? – раздался расстроенно-гнусавый голос.

Из дальнего конца старого облупившегося навеса поднялась фигурка в леопардовой мини-юбке и с яркими пергидрольными локонами. Лариса, девушка Вадяна, промыкалась на платформе несколько часов, но все-таки дождалась.

– Здравствуйте, – блондинка, наверняка вознамерившаяся устроить своему парню головомойку, наткнулась взглядом на бабу Лиду и машинально подтянула вниз чересчур короткую юбку.

– Знакомься, Киса, – хмыкнул Вадян. – Это моя двоюродная бабулька, баб Лида. В гости к нам едет.

– Надолго? – ляпнула Лариса, и старушка вздохнула.

– Вадюш, может, я все-таки домой?

– Нет у тебя больше дома в Ярике, – набычился тезка. – В Семибратове теперь жить будешь. И не обсуждается.

Как раз подошла электричка, обдав нас горячим воздухом и заурчав. Зашипели, открываясь, побитые двери. Пахнуло тем самым непередаваемым ароматом старых пригородных поездов – смазка, резина, пластмасса и множество других составляющих, соединившихся в безумный коктейль.

– Давай, бабуль, помогу, – Лариса неожиданно прониклась симпатией к пожилой женщине и теперь, оттерев Вадяна, сопровождала ее. – Сюда вот, сюда давай. Пойдем место искать.