Чтение онлайн

– В этом мире всё и вся так или иначе связано друг с другом. Земля лучше рожает, удобрённая навозом. Самая зелёная и густая трава вырастает на кладбищах… и на местах сражений. Круговорот форм многообразен, вечен, бесконечен. Это азы философии, с которыми магам приходится иметь дело на практике. А уж огонь, это изначально чистое начало, уничтожает без следа даже заведомую скверну. Так что печь, где стало прахом сам знаешь что, пугает тебя совершенно напрасно. Но если мои слова недостаточно убедительны, добрый фер…

– То что?

– Тогда я сама съем тот хлеб. И мне кусок поперёк горла не встанет.

После завтрака, состоявшегося с опозданием, но зато возместившего отставание основательностью, передо мной в полный рост воздвиглась проблема свободного времени. Говоря в двух словах: чем заняться?

Нет, действительно: чем?

Шокировать доброго фера просьбой позвенеть со мной мечами? Ха! Он и так-то на меня косится подозрительно, а после этакого пассажа и вовсе шарахаться начнёт.

Продолжить завтрак, плавно переводя его в обед, а там и в ужин? Всё равно от еды во сне не толстеют… нет, не тянет. Слишком скучно.

Практиковаться в магии? Ой, что-то боязно. Ещё начнут задавать неприятные вопросы, обвинять в ведьмовстве и злотворстве. Фера Уллахиса позовут для окорота… нет, нет и нет.

В итоге я пришла к выводу, что вряд ли найдётся для меня лучший способ скоротать время, чем визит в местную книжную лавку. Занимаются торговлей книгами люди, как правило, умные (или, на худой конец, начитанные). Философски подкованные. А философская беседа, именуемая ещё диспутом, легко способна затянуться и на час, и на два, и на сутки. Говорят, в столице (если только свидетели не привирают, что тоже может быть) однажды случился диспут на свободную тему, который продолжался без перерыва аж два месяца, пятнадцать суток и три часа. Закончился он лишь тогда, когда сборище философов, признанных и самозваных, в полном составе арестовала королевская гвардия. Они незадолго перед тем перешли к теме власти – ну и дообсуждались. Впрочем, хотя это уж точно апокриф, иных не угомонила и камера, в стенах которой тема власти получила особенно глубокое и всестороннее развитие…

Увы мне! Довольно скоро выяснилось, что град Харроу начисто лишён такой достопримечательности, как книжная лавка. Как-то не ощущало здешнее население тяги к познанию мира через знакомство с описаниями оного, сиречь чтение регулярное и многообразное. Гм… что-то общение с добрым фером мне на пользу не идёт. Начинаю даже думать, как он. Так же возвышенно, чуть архаично и излишне пространно.

Короче: лавки нет. Владелец лавки также отсутствует. Поговорить не с кем…

А вот последний довод уже притянут за уши. Поговорить всегда есть с кем. Только с заунывным большинством лично мне общаться как-то неохота. Ладно, кто тут может быть начитанным и даже, возможно, неглупым? Сходу ведь не угадаешь. Я лично знавала двух очень и очень грамотных профессиональных воров, один из которых чуть-чуть не дотянул до диплома магистра в Большом Зи-Нанском университете, а также не уступавшую им в книжной премудрости куртизанку. Союз Стражей Сумерек – тот ещё котёл, на Севере порой оказываются и сталкиваются друг с другом многие преудивительные личности.

О! Попробую-ка я спросить, кто в городе самый умный.

Спросила. Трижды, у разных людей. И все три раза меня послали прямиком к начальству. Наш, мол, мэр – это да-а, это голова! Первый богатей в округе…

Брр! Ненавижу такой подход. Если ум подменять хитростью да сметкой, а то и умением со всего и вся слупить выгоду, порой за счёт жульничества обыкновенного, а порой и за счёт надувательства наглого, – тогда да, тогда чем толще мошна, тем больше ума. Но на мой скромный вкус с умом настоящим, свободно парящим над морем неизвестности, это рядом не висело.

Сменив тактику, я попробовала спрашивать про магов. И…

Ну да. Два раза мне с придыханием рассказали, что в "Золотом петухе" не далее как вчера остановился доблестный воитель и знаток заклятий фер Уллахис, этим утром снявший ужасную порчу с дома пекаря. При этом спрошенный так и норовил выдать максимум подробностей, вплоть до того, в какой позе фер заклинал и с каким выражением лица рубил лихо на семьдесят семь частей. Описания боя с порчей меня позабавили, но, спроси я про магию в третий раз, меня, надо думать, снова послали бы по месту нынешнего проживания.

На редкость предсказуемый городок, чтоб ему провалиться!

Снова сменив тактику, я от отчаяния спросила о чудаках. Не о дурнях стукнутых или блаженных, а просто о таких вот… ну… вроде не от мира сего, понимаете? Здоровые люди, сообразительные, только со странностями. Есть тут такие или не держите?

– А-а, так вы имеете в виду нашего архивариуса, почтенного мэтра Крибли? Что ж сразу-то не сказали?!

Пыталась, подумала я с мрачноватым облегчением. Да только, похоже, изъяснялась на каком-то напрочь непонятном языке.

Привет тебе, "Zlatyi Kochet"!

Обитель архивариуса соединялась с массивным зданием ратуши этакой короткой каменной пуповиной на уровне второго этажа. Сама обитель представляла собой башню, до второго этажа включительно прямоугольную, а выше пузато круглящуюся. Мне аж взгрустнулось, до того это строение показалось родным и знакомым. Почти так же выглядела библиотека Тральгимского отделения ОКМ, в которую я частенько (не реже двух раз в месяц) заглядывала для неторопливого общения со старым магом-библиотекарем, заставшим ещё моего деда.

Впрочем, местный архивариус оказался примерно моим ровесником. С первого взгляда было ясно, почему о нём пошла слава человека со странностями. Встречают всегда по одёжке, многие дальше одёжки вовсе не заглядывают – так вот, на голове у моего нового знакомца красовался пышный белый парик, весь в кудряшках и припудренный пылью. На кончике носа висели ежесекундно грозящие упасть, но, как позже оказалось, никогда не выполняющие эту угрозу круглые очки в тонкой золотой оправе. Одет архивариус был в крайне странно скроенный пиджак: слишком длиннополый и объёмистый, но с коротковатыми рукавами. На худощавой фигуре хозяина этот пиджак болтался, как на огородном пугале, при этом оставляя на виду изящные узкие кисти в чернильных пятнах. Наряд дополняла рубашка с пышными кружевами на груди, а также бесформенные синие штаны в пыльных разводах и мягкие тапочки типа "отходим ко сну".

– Добрый день. Кто вы и что вам угодно?

Голос у архивариуса, этого чуда человеческой природы, легко мог быть сочтён женским, если бы не редкостная скрипучесть. Таким отродясь несмазанным голосовым связкам мог бы позавидовать даже самый мерзопакостный, въедливый и склочный старикашка. Ему бы они очень пригодились в жизни.

– Я – Игла. Угодно мне провести время за беседой, желательно не об обмолоте зяби и не о соседских двойняшках, чудных хулиганах. А вы, полагаю, здешний архивариус, мэтр Крибли?

– Жиан.

– Что?

– Зови меня Жиан. И желательно на "ты", – скрипуче объявил архивариус. – Выкать во время беседы на отвлечённые темы свыше моих сил.

Я усмехнулась, кивнула – и наткнулась на ответную усмешку.

Да, пришла по адресу. С этим вот точно не заскучаешь.

Спустя десять минут мы с архивариусом уже сидели за столиком в небольшой выгородке на втором этаже. От заваленных исписанной бумагой стеллажей нас отделял лишь изображающий фальшивую стену фанерный щит. Мы неторопливо пили какой-то странный бодрящий напиток – тёмно-коричневый, горький, сдобренный сахаром и малой порцией крепкого спиртного из тёмной бутылки без надписей – и беседовали.