Чтение онлайн

— Не надо.

На глазах графа от отчаянья выступили слезы: впору было в петлю лезть от такой засады — с одной стороны Романовы с этим их Алексеем Александровичем, с другой Тагильцев, которому терять уже было нечего!

— Вот и славно, Борислав! — лицо отца Мефодия, прекрасно чувствовавшего настроение «связи», растянулось довольной улыбкой. — А теперь давай перейдем к частностям…

— Присаживайся, Андрей Кириллович. — Император поздоровался за руку с князем Шереметьевым и указал тому на кресло. — Коньяк будешь?

— Не откажусь, Николай Николаевич…

…Утренний звонок императора с приглашением в Кремль «на пару рюмок коньяка» явился для князя Шереметьева не то чтобы полной неожиданностью, но некоторую сумятицу в его мысли и планы все же внес. Андрей Кириллович сразу понял, что речь пойдет про события вечера воскресенья, но вот в каком разрезе будет протекать беседа, он пока не представлял. Вариантов было ровно два: или император просто хочет извиниться за доставленные роду Шереметьевых неприятности, или, что намного хуже, великий князь Алексей Александрович поделился с родичами содержанием их с Андреем Кирилловичем беседы. В последнее, впрочем, князь не верил. Ну а вдруг?..

…С минуту император и князь грели бокалы с коньяком в руках, пока хозяин кабинета не спросил:

— Андрей, ты догадываешься, по какой причине я тебя пригласил?

— Догадываюсь, Коля, — кивнул тот.

— Ну, тогда давай не будем ходить вокруг да около… — Император поднялся со своего кресла, князь Шереметьев последовал его примеру. — Андрей Кириллович, от лица рода Романовых приношу тебе свои неофициальные извинения за доставленные неприятности с этим… подлым похищением Анны. Искренне рад, что все завершилось благополучно. Сам понимаешь, официальных извинений ты не услышишь.

— Государь, я все прекрасно понимаю и принимаю твои извинения. Поверь, зла на род Романовых мы не держим.

Они отсалютовали друг другу бокалами с коньяком и уселись обратно в кресла.

— Как там Анна? Не сильно перепугалась? — с подчеркнутым участием поинтересовался император.

— Перепугалась, конечно, — покивал головой князь. — Но уверен, через какое-то время она благополучно забудет про этот досадный инцидент. Мы тут решили ее до конца недели подержать в особняке, так сказать, в привычной домашней атмосфере, а потом будем думать, что с ней делать дальше.

— Это в каком смысле, будете думать, что с ней делать дальше? — Император изогнул бровь.

— Коля, ты только пойми меня правильно… — Шереметьев сделал вид, что ему очень неудобно. — Но уж слишком много… непонятного происходит вокруг твоего внука. Ты же не будешь этого отрицать?

— Продолжай… — Лицо Николая осталось непроницаемым.

— Вот я и переживаю за Аннушку… И Алексею, кстати, у «Русской избы» сказал то же самое.

— А вот с этого места поподробнее, Андрей. — Император сказал это таким тоном, что князь Шереметьев весь подобрался, прекрасно понимая, что ступает на очень тонкий лёд, который может треснуть под ним в любой момент.

Вздохнув, он подробно пересказал весь свой разговор с великим князем, постоянно при этом следя за выражением лица императора. Реакция последнего поставила князя в тупик: государь шумно выдохнул, встал с кресла и начал прохаживаться туда-сюда перед журнальным столиком, а попытку Шереметьева подняться пресек властным жестом.

— Ценю твою честность, Андрей, а также смелость, — хмыкнул император и остановился. — Не побоялся, значит, Алексею, с его-то репутацией, все это высказать? Да и мне подобное слышать, честно говоря, тоже не очень приятно.

Князь Шереметьев никак не прореагировал на этот комментарий, он продолжал сидеть с прямой спиной. Император же продолжил:

— А учитывая все обстоятельства произошедшего, понимаю и твою прямоту. — Он сел обратно в кресло и немигающим взглядом уставился на князя. — Андрей, говори прямо, чего ты добиваешься? Вот никогда не проверю, что ты это все сказал и сделал, не подумав перед этим десять раз? Слишком давно я тебя знаю. Да и это твое желание отправить внучку в Северную столицу, уж извини, но выглядит полнейшим блефом.

— Коля, не забывай, я тебя знаю не меньше, — делано усмехнулся Шереметьев, у которого нервы были напряжены до предела. — И ты прекрасно понимаешь, чего я добиваюсь.

— Породниться хочешь через Аньку?

— Хочу, — кивнул тут. — Может, обозначишь… перспективы моей внучки? Чтоб роду Шереметьевых не позориться и не строить на ровном месте вредных иллюзий?

— Перспективы тебе описать? — хмыкнул император. — А перспективы у нас с тобой, Андрей, крайне туманные. — Он взял бутылку и добавил коньяка в бокалы. — Ты слышал о бандитском нападении на особняк Карамзиных?

— Конечно, Коля, — кивнул князь. — Москва только это и обсуждает.

— Слушаю твою версию событий, Андрей. — Улыбающийся император откинулся на спинку кресла. — Давай, князь, не стесняйся, не разочаровывай меня, ты ведь уже понял, что там произошло на самом деле.

Шереметьев вздохнул:

— Да, понял, Коля. И очень рад, что Алексей Александрович нанес «визит вежливости» родичам его святейшества. Мы с Кириллом даже почувствовали некоторое удовлетворение от произошедшего, ну, ты понял… Вы получили то, что от вас скрывал Святослав?

В следующий момент император резко перегнулся через столик, от него повеяло сметающей все на своем пути властностью, а князь Шереметьев сжался в кресле, боясь пошевелиться.

— Род Романовых всегда получает то, что хочет! — прошипел Николай в лицо князю. — Не забывай это, Шереметьев!

Через несколько секунд властность пропала, а взявший себя в руки император уселся обратно в кресло.

— А теперь я отвечу на твой вопрос, Андрей, — уже спокойно продолжил он. — Род Романовых до последнего момента ничего не знал о визите Алексея в особняк Карамзиных, и нам пришлось, так сказать, прямо «с колес» поддерживать молодого человека в этой во всех смыслах полезной инициативе. И да, мы получили доступ к информации, которую от нас скрывал Святослав. А теперь сам, на основании вышеизложенного, прикинь наши с тобой перспективы породниться, если у Алексея Александровича такого желания не возникнет?

Князь Шереметьев, уже пришедший в себя, только понимающе покивал головой, а император продолжил:

— И обозначил я тебе это только для того, Андрей, чтобы отношения между нашими родами и в дальнейшем оставались такими же хорошими. Осознал перспективы? Проникся ими?

— Да.

— А теперь забудь, что я тебе только что сказал. Забыл?

— Вот вообще не понимаю, что вы имеете в виду, ваше императорское величество. — Князь Шереметьев встал и поклонился.

— Так-то лучше… — удовлетворённо кивнул император. — И сядь уже, Андрей… Как жена, дети?