Чтение онлайн

— Это был обычный день, — сказал я. — Я начал свою смену рано, как только взошло солнце. В тот день я был в патруле, и у меня была новая напарница, Маргарет. Это был ее второй год, и она только что перевелась в мой участок. Я был старшим офицером, но мы оба были молоды. Хочешь услышать что-то глупое?

— Конечно.

— Обещай не судить меня слишком строго?

— О боже мой, — простонала Пресли. — Ты переспал со своей напарницей?

— Нет. — Я рассмеялся. — Я совершенно определенно не спал с Маргарет. Она была — есть — красива, но нас определенно не тянуло друг к другу.

— Хорошо, так за что я собираюсь тебя судить?

— Я был рад работать в паре с женщиной-офицером, потому что думал, что смогу ввести ее в курс дела. Так как я уже был выше, потому что был парнем.

— Да. — Пресли нахмурилась. — Я осуждаю тебя.

— Как и следовало. — Я поднял руку. — В свою защиту скажу, что я был замкнутым идиотом. Но я был идиотом, который вынес урок. Маргарет многому научила меня в то утро, и после школьного автобуса я начал смотреть на вещи по-другому. Я по-другому смотрел на своих сестер. И на маму тоже. Я открыл уши и начал прислушиваться к их мнению, не предполагая, что только мое было правильным.

Потому что Маргарет была сильной и уверенной. Потому что Маргарет была храброй и уравновешенной. Потому что Маргарет спасла тех детей. Поэтому я восхищался ею.

— Все еще осуждаешь меня? — спросил я.

— Немного. — Пресли ухмыльнулась. Некоторые из тех качеств, которые я увидел в Маргарет, смотрели на меня в ответ яркими голубыми глазами.

— Справедливо. — Я усмехнулся. — После увольнения из полиции я нанимал в основном женщин. Мой ассистент, мой агент и мой менеджер — женщины. Прежде чем ты спросишь, я нанял их не потому, что они были женщинами. Я нанял их, потому что они были лучшими, и я думаю, что, будучи молодым человеком, я бы не дал их резюме шанса. Я не горжусь этим, но… я достаточно мужчина, чтобы признать свои недостатки.

— Хорошо, ты прощен. — Она отхлебнула пива. — Так что же произошло в тот день в автобусе?

— Мы с Маргарет объезжали окрестности. Уже было солнечно и жарко, даже утром. Вот как я понял, что в том автобусе что-то не так. Все окна были закрыты. В тех автобусах нет кондиционеров, поэтому у детей всегда опущены стекла. Дети, увидев полицейскую машину, обычно машут из окон, особенно если они маленькие. Вы проезжаете мимо и видите все эти торчащие маленькие пальчики.

— Логично. Ты остановил его?

— Нет, он был припаркован на стоянке продуктового магазина. Еще одна вещь, которая показалась странной. Переполненные автобусы не паркуются, пока не приедут в школу. Я был за рулем и сбросил газ, чтобы хорошенько осмотреться. Там был парень, он стоял рядом с водителем. Водитель держал руки на руле, глядя вперед. А стоящий парень был одет полностью в черное, в куртку и шапку. В жаркий день в том автобусе без опущенных окон он должен был обливаться потом. Все это было странно, поэтому я сбавил скорость, хотя в любой другой день, вероятно, продолжил бы движение.

Мое нутро кричало.

— Мы сделали еще один круг по кварталу, и я заехал на стоянку продуктового магазина с другого конца, подъезжая к автобусу под другим углом. И тогда я увидел его.

— Пистолет?

Я кивнул.

— Штурмовая винтовка. Позже мы узнали, что и пистолет у него тоже был.

— Чего он хотел, тот парень?

— По сей день я не знаю. Водитель сказал, что парень появился из ниоткуда на его последней остановке. Один из детей поднялся по ступенькам, улыбнулся и пошел по проходу. Водитель наблюдал за ребенком в зеркало, пока тот садился на свое место. Затем, когда водитель начал закрывать дверь, парень был просто… там. Он ждал. Зашел в автобус, крикнул детям, чтобы они заткнулись и закрыли окна. Затем приказал водителю ехать через город. Заставил его остановиться на парковке. Все это время он бормотал какую-то безумную чушь о спасении детей от самих себя. Спасении их от общества.

— Он был сумасшедшим.

— Он был сумасшедшим. Не было никакой связи с водителем автобуса или кем-либо из детей, кроме того, что он жил в районе, где проходил этот маршрут. Было ли за этим что-то еще, мы никогда не узнаем.

— Он мертв?

Я кивнул.

— Он выстрелил в Маргарет. Я выстрелил в него.

Пресли выдохнула.

— Неужели она…

— Она жива. Он попал ей в плечо.

— Слава богу. — Ее тело расслабилось. — Как это произошло?

— Быстро. Я вызвал подкрепление и припарковался посреди группы машин, надеясь, что он не увидит патрульную машину. Мы вышли с оружием наготове. Маргарет направилась в заднюю часть автобуса, а я — в переднюю. Он не видел никого из нас. Мы планировали дождаться прибытия спецназа, но потом все пошло насмарку. Один из детей открыл аварийный люк. А потом… все было кончено. Может быть, тридцать секунд, и все было кончено.

Я видел все это со своего места. Ребенок заметил Маргарет со своего заднего сиденья и низко пригнулся. В тот момент я уже двигался, уворачиваясь от машин, чтобы подобраться поближе. Когда дверь люка открылась, я со всех ног бежал к переднему окну.

— Задняя дверь открылась, и парень сошел с ума. Он начал кричать достаточно громко, чтобы я мог слышать его снаружи. Он поднял пистолет, прицелился в ребенка. Я что-то прокричал, надеясь привлечь его внимание. Я подумал, что если бы он увидел меня, то пристрелил бы меня, а не ребенка.

Мои ноги казались цементными блоками. Сначала водитель заметил меня, потом пару детей впереди. Они низко наклонились, перегнувшись через сиденье перед собой, их лица были искажены страхом.

По сей день я иногда вижу их. Маленькие личики, покрытые кровью.

— Я выстрелил в ту же секунду, что и он. Я выстрелил в него прямо сквозь стекло. Три пули. Вот и все. Бум. Бум. Бум. Одна попала ему в затылок, две другие — в позвоночник. Повсюду кровь и мозговое вещество.

Пресли вздрогнула.

— Черт. Извини. Я не хотел рассказывать так наглядно.

Она отмахнулась.

— Я не боюсь крови. Я просто… это безумие.

— Водитель открыл для меня дверь. Я вошел и ожидал услышать детский плач и вопли, но было тихо. Все они съежились на своих сиденьях, и только когда я пошел по проходу, они начали поднимать головы. Семнадцать испуганных лиц смотрели на меня. Я… я не знал, что с ними делать.

— Но Маргарет знала, — предположила Пресли.

— Она увидела, что я замер, и немедленно взяла инициативу в свои руки. Она вытерла лица детей рукавом своей рубашки. Помогла мне выгрузить каждого из этих детей и все это время была спокойна. Прикоснулась к каждому ребенку, обняла тех, кто в этом нуждался. Я даже не понял, что в нее стреляли, пока автобус не опустел. Она не сказала ни слова.

Только когда подъехала другая полицейская машина, дети начали плакать.

— Вау.

Я кивнул.

— Как я уже сказал, это был лучший день, потому что они все выжили. И худший день тоже.

— Я прочитала статью об этом после того, как ты приехал в город.

Я насмешливо приподнял бровь.

— Ты гуглила меня?

— Да, — призналась она. — Прости. Я надеялась, что после этого ты мне разонравишься.

— И как?

— Ты пьешь мое пиво и я предложила тебе хороший стул.