ЖАНРЫ

Камила и Эльфийское пламя Оберона
Шрифт:

Огонь в камине так же ярко пылал, как и в её сердце. Она приблизилась к нему, пытаясь сдержать себя. Она глядела на него так, что через секунду кинется на него… То расстояние, что лежало между ними, оказалось преодолено одним рывком. Она кинулась к нему и поцеловала так, что тот закрыл глаза от удовольствия и непонятного чувства внутри.

Его горячая ладонь легла ей на талию. Их не волновало, что они не знают друг друга. Он не знаком с ней, а она не догадывается, кто он. Ей стало неловко после того, как мужчина развернул её спиной к себе. По телу пробегали мурашки, когда блондин избавлял её от одежды. При этом не стал снимать и половину того, что есть. Его интересовало всё, что было ниже пояса. Не нашлось и сил на то, чтобы остановиться и спросить имя.

Камила прижалась к взмокшему от пота телу эльфа. Он чувствовал, как громко бьётся её сердце. Она наблюдала за каждым его движением, замечала, сколько в нём может быть страсти. Страсть — это пламя, что загорается в их сердцах. А он всегда умел обращаться с пламенем.

Но всё закончилось быстрее, чем можно было подумать. Им удалось прийти в себя от забвения. Было неловко от того, что было между ними. Женщина продолжала требовать продолжение, но он не мог себе этого позволить. Открылась старая рана, которая до этого никогда его не тревожила. На груди посинел символ-проклятие, которое было наложено много лет назад. Даже если ему и понравилось происходящее и эти чувства, то не хотелось в таком состоянии трогать её, когда о ней ничего не знаешь. Что-то в ней ему нравилось, только не удавалось понять, что именно. Может, золотистые волосы? Или красивые глаза, в которых отражалось горящее пламя в камине. Они не могли ничего сказать друг другу, эта неизвестность пугала их. Кто она? Откуда? Она точно не эльф, у неё был средний рост, поэтому была чуть ниже него, а уши, как у человека. Выглядела она совсем иначе. Её одежда странно выглядит. Никогда ему не встречалась подобная одежда. Кто же её сюда впустил?

В голове у неё тоже был беспорядок, но она-то знала, что происходит. Это всего лишь сон, остаётся только проснуться и его не будет, но этого делать ой как не хотелось. Не смотря на то, что она в мире своих грёз, не хотела покидать его. Ей казалось, что она чувствует биение его сердца и пение души. Их объединяло что-то большое и в то же время маленькое по размерам.

Она взглянула на стол и обнаружила на нем знакомые предметы, а потом заметил он. Его это удивило ничуть не меньше, чем её. Он же не делал копию, откуда взялось второе кольцо? На столе было семь колец, все были на месте, но одно из этих колец было схоже с тем, что было у девушки на указательном пальце правой руки. Жёлтый обсидиан, вставленный в кольцо, переливался красными или оранжевыми цветами.

Они чувствовали себя одинокими и брошенными, будто всю жизнь прожили одни. И он полюбил её безумно, о чём раньше даже подумать не мог. Сколько может быть эмоций в таком хрупком и нежном человеке, как она. Перед его внешностью устояли бы не многие. Они подошли друг к другу поближе, чтобы внимательно разглядеть, но ничего нового не узнали. Камила хотела заговорить с незнакомцем, но применила старинный эльфийский язык, который практически ничем не отличался от нового и напоминал французский.

— Это всего лишь сон, но я не хочу просыпаться, — даже после таких загадочных строчек, ему удалось понять смысл. Дерево прошлого показывало не сны, а то, что было. У него было огромное желание внутри узнать, что с ним станет в будущем. Будет ли его имя известно всем народам? Но он вдруг передумал, хотя желание узнать стало ещё сильнее. Сердце сопротивлялось его желанию овладеть ей. Только бы в будущем снова увидеться с ней, с богиней. Только у него и в мыслях не было, что она действительно Бог. Вот такая странная штука, посмотришь на неё и сразу теряешь голову.

— Это не сон, — спокойно проговорил он и серьёзно посмотрел на неё. — Я существую, это моё прошлое, так? Я хочу знать, что станет со мной, неужели я исчезну в песке времени и буду всеми забыт?

Камила с досадой посмотрела на него. Хотелось спрятаться и убежать. Только сейчас до неё дошло, кем является высокий блондин. Чем же она думала, когда бросалась ему на шею. Но исправить уже не получиться. А он всё пристальнее смотрел на её губы, ожидая ответа. Лучше бы на её месте был кто-то другой, а не она.

— Я знаю, что ты чувствуешь и поверь мне, что мои чувства настоящие, я люблю тебя, — тут же она могла опровергнуть его слова. У злодея не может быть сердца.

— Когда ты истреблял свой народ, люди умирали от холода, что ты наводил. Ангелы и демоны страдали, потому что ничего не могли сделать. У тебя тогда было сердце? — враждебно спросила она у эльфа, который даже не подозревал о том, что такое может сделать. В нём была злоба на светлых эльфов, но чтобы убивать других. Нет, такого не может быть. Было страшно от уготовленной ему судьбы, но теперь, когда ему всё известно, сможет исправить свои ошибки.

— Возможно, но теперь я встретил тебя и когда захочу сделать что-то плохое, буду вспоминать о тебе. На моём сердце лежит проклятие, но ему не справиться с моими чувствами. Вот сейчас, я сниму его, и ты поверишь, — с надеждой ответил он, пытаясь заставить её передумать. Только кое-что он не учёл…

В прямом смысле слова, он содрал с себя символ, как пластырь. Он почувствовал облегчение, будто камень с души сняли. Она подошла к нему, чтобы убедиться в правдивости его слов, но стало только больнее. Его сердце было заморожено толстым слоем льда. Это не почувствовать, всего лишь прикоснувшись к телу, надо хорошо знать человека и чувствовать это сердцем. Уже ничего не исправить. Ему суждено стать злодеем. Судьбу изменить невозможно.

— Оно холодное и ему не дано полюбить, — вынесла она свой окончательный вердикт, в душе у него возникли сомнения. Ей лучше знать. Перечить ей уже не было сил. Она была права.

— Даже если оно холодное, то ты можешь растопить его, — он был уже не так уверен в своих словах. Он был обижен и унижен. Чем дольше продолжался разговор, тем сложнее было понять и договорится. — Возьми это, только кольца способны одолеть меня.

Он взял со стола семь колец и отдал ей в руки. Они были новыми, а поэтому не утеряли силу, как старые. Это единственное, что он мог сделать для неё, потому что знал, что это уже конец их разговора.

Неожиданно всё потемнело вновь, краски потеряли свои цвета и расплылись, словно по бумаге. Мир стал серым, его уже не было видно. Он начинал исчезать, будто одуванчик сдували ветром.

***

В её горячих от солнца ладонях лежали маленькие колечки, они поблёскивали на солнце, словно вода в ручейке. Она проснулась от прохладного дуновения ветра, солнце уже заходило и провожало её последними лучами. Взглянув на драгоценности, её охватил тихий ужас. То, что с ней произошло, было на самом деле?

— Зачем я сделала это? Надеюсь, об этом никто не узнает, — подумала она. И действительно, лучше никому не рассказывать. Ей вспомнился её жених, их отношения. Как только она могла променять своего любимого на злодея?

Тогда он казался ей совсем другим. Симпатичный, приятный, добрый, активный, не был чудовищем, как сейчас. Стоило только надеяться, что он её не вспомнит. Их чувства были под запретом. Особенно его холодному сердцу не дано понять чувство любви. Не так легко будет забыть и простить себя.

Поделиться с друзьями: