Чтение онлайн

– Если вы довезете меня до Тоунтона, Мэрион...

– Ничего лучшего вы не можете предложить?

– Нет.

– А я могу. – Из ее голоса исчезла резкость, в нем слышались другие, знакомые Раффу интонации. – Давайте двинем подальше, остановимся в какой-нибудь нелепой ветхой гостинице, где полы рассохлись, а стены оклеены розовыми английскими обоями. Может получиться забавно.

Рафф решительно помотал головой.

– Терпеть не могу вот так, попусту, тратить время. – Она снова выехала на шоссе. – Вы сами вытащили меня. Если я сейчас вернусь в Гринвич, то не смогу уснуть, буду без толку слоняться по чертежной и в конце концов займусь работой, за которую плачу своим чертежникам. – Она ехала теперь по Тоунтону: мимо вокзала, мимо почти законченного здания Тринити-банка, мимо узкого сквера на той пустынной улице, где стоял «виллис» Раффа. – У вас по-прежнему нет ни своего дома, ни квартиры? Все еще ютитесь у этого вашего бостонского приятеля? Кстати, он мне понравился. – Она затормозила.

Рафф взялся за ручку дверцы.

– Почему вы не хотите? – Другой голос Мэрион, размягченный и такой знакомый. – Почему бы нам не остановиться в первой попавшейся придорожной гостинице?

Он открыл дверцу, но Мэрион протянула руку и захлопнула ее.

Рафф снова открыл, не говоря ни слова.

Тогда ее рука, теперь уже без перчатки, коснулась его, опять раздался знакомый голос, в котором появились хрипловатые нотки:

– Рафф, мы так давно не виделись. – Прохладная, ищущая рука.

– Мэрион, – сказал он.

Смешок.

– Мы можем остановиться где придется, где окажете свободная комната, и зарегистрироваться как мистер и миссис Смит, – нет, это не пойдет. Все регистрируются под такими именами, правда? – Она снова засмеялась и надела перчатку. – Давайте надуем хозяев, назовемся... ну, хотя бы мистером и миссис Левин.

Этого Рафф не ожидал. Он был в таком мучительном смятении, что смысл ее слов не сразу дошел до него. К тому времени, когда он понял, Мэрион уже осадила машину и отъехала от тротуара.

Он распахнул дверцу, выскочил, и в тот же момент машина рванулась вперед, а он потерял равновесие споткнулся и упал, протянув руки, чтобы как-то смягчить удар. Ладони его шлепнули по заднему крылу «виллиса».

Он встал, с трудом переводя дыхание. Спортивный жук уже выехал на середину улицы Рафф видел, как оглянулась Мэрион, потом жук словно прыгнул, рванулся вперед: Рафф представил себе, с какой злобой, с какой яростью нажимала Мэрион педаль газа.

Он медленно влез в «виллис», не чувствуя ни облегчения, ни злорадства; ему просто было очень грустно. И поехал он не к Эбби, а назад, к Вертенсонам. К ней.

Когда он вошел, вечер был в полном разгаре, в апогее шумного успеха. Казалось, в гостиной теснится еще больше народу, чем раньше. У длинного стола стоял Роджер, окруженный гостями. Он показывал макет нового дома, время от времени поднимая крышу, чтобы все могли рассмотреть пятистенную гостиную и как она расположена по отношению к другим комнатам.

Рафф ждал чего-то.

– Где Трой? – спросил он наконец.

– Трой? – Роджер взглянул на него. – Она ушла минут пять назад.

– Ушла? – Рафф уставился на макет. Потом пересек гостиную и подошел к Эбу и Феби, которые почти весь вечер не расставались.

– Пожалуй, я пойду, – сказал он. Вид у него был поникший, пришибленный.

– Да вы только что пришли! – заметила Феби.

– Видите ли... – Рафф не знал, что сказать. – Я ушел в такой спешке... Думал, что нужно вернуться... Хотел повидать Трой...

– Но она-то не хочет тебя видеть, – возразил Эбби

– Знаю.

Что-то в его голосе заставило Эбби пристальнее взглянуть на него.

Но ТУТ вмешалась Феби:

– Рафф, а вам известно, что Тикноры просто с ума сошли от вашего дома? Они...

– Да, Роджер только что говорил мне. Но я должен был убрать отсюда Мэрион. Что о ней сказала Трой?

– Ничего особенного, – ответила Феби. – Что-то вроде того, что Мэрион Мак-Брайд похожа на старый Капитолий в Бостоне: такая же златоглавая и такая же бесполезная для общества.

Рафф даже не улыбнулся.

– Что она сказала? – обратился он к Эбу.

– Что ты предатель, – добросовестно ответил Эб и увидел, как опять потемнели глаза Раффа.

Эбби был удивлен. Он давно уже обратил внимание на повышенный интерес Раффа к Трой. Началось это с той ночи, когда родилась Дебора, или немного позже, после возвращения Раффа из Мичигана, и особенно бросалось в глаза потому, что прежде Рафф совершенно не реагировал на слова и поступки Трой. Доведись ему услышать, что Трой только что полетела вверх тормашками с банкерхиллского памятника [57] , он только зевнул бы в ответ.

– Замечательно удачный вечер, – подойдя к ним, сказал Винс.

– Да, – согласилась Феби.

Винс раскраснелся, на лбу у него выступили капли пота. Он расстегнул серый пиджак, под которым был надет пестрый вязаный жилет, вытащил пачку «Парламентских» и данхилловскую зажигалку.

– Ив Викфорд только что сказала мне, что у Берта наклевывается покупатель для твоего дома.

– Знаю. Берт сегодня водил его осматривать дом, – равнодушно отозвался Эбби. Он не позволял себе надеяться на удачу. Пусть раньше Берт Викфорд принесет ему задаток. Слишком уж много было этих покупателей.

Винс закурил.

– Досадно, что Трой пришлось уехать домой.

Рафф сделал резкое движение.

– Спокойной ночи, – сказал он вдруг и зашагал к Роджеру и Лойс.

– Что это гложет мистера Блума? – спросил Винс. – Впрочем, насколько мне известно, мы сегодня упустили клиента.

– Не понимаю, – сказал Эбби, хотя отлично понял

– И не кого-нибудь, а Тикнора. Ты знаешь, кто он такой?

– Что-то не припоминаю.

– Ничего особенного он собой не представляет, –. поспешно отступил Винс. – Во всяком случае, с точки зрения человека, который не жаждет быть причисленным к сливкам торрингтонского общества. А я, безусловно, не жажду. – Винс выждал секунду, потом закончил: – Но все же он – президент шарикоподшипниковой фирмы «Тикнор».

– У вас, должно быть, на всех заведены карточки, – с невинным видом сказала Феби.

– Нет, – засмеялся Винс. – Но у Берта Викфорда заведены. Он-то и сказал мне. Родж Вертенсон рисовал для Тикнора рекламы. Отсюда и знакомство. Они проезжали мимо и решили заглянуть к Вертенсонам. Но, как я понял, Рафф торопился и не соизволил...

– Он действительно очень спешил, Винс. Так ведь с кем угодно бывает, – сказал Эб. Он не был склонен оправдывать Раффа, но каждое слово Винса раздражало его.

Винс начал переходить от группы к группе, потом заглянул в буфетную и наконец снова присоединился к Эбу, который вместе с другими архитекторами стоял у длинного стола посреди столовой, обсуждая будущий фестиваль искусств Новой Англии – самое значительное в году событие для всех архитекторов восточных штатов.

– Кто знает, кого в этом году прочат в члены жюри?

– Я знаю, – сказал Эб. – Джорджа Хау, Уоллеса Харрисона, Марселя Брейера [58] и Мэтью Пирса.